и деньгами, радости. И когда я ребенком возносила молитвы, то не испытывала ничего кроме всеобъемлющего счастья от того, что я обращаюсь к ней и возможно буду услышана.
Но потом пришла боль. Много боли. А потом храму стали не нужны цветы и фрукты, зато понадобилось золото и власть. Власть, почему то стала даже нужнее золота. Власть над душами, умами, телами и чувствами. Нет, я не перестала молиться Праматери, но мне стало казаться, что в храме она меня точно не услышит. Раньше, когда я заходила в храм, то видела роспись на храмах, и прекрасные статуи богинь. Теперь, когда я заходила в него, видела только холод от сырых стен и толстые наглые взгляды жрецов. Они больше не благословляли на исцеление от болезней и ран, а требовали послушания и смирения.
Смирения требовалось много. Из светлой империи невозможно было сбежать. Порталы стоили дорого. А переход до спорных земель был труден. Нам с мужем долго удавалось балансировать и не терять надежду, только потому, что он был богат. Мы могли себе позволить и портал, и путешествие вглубь страны, где их нет. Но потом была казнь и деньги скоро иссякли. И пришла эта страшная боль. А потом осознание беспомощности и невозможности защитить самое дорогое.
Сейчас я понимаю, как мне повезло тогда. Я не знала, куда меня выкинет старый портал и не могла предугадать всех последствий этого перехода. Но у меня тогда не оставалось выхода, я использовала всевозможные пути спасения. И не дойти бы мне с сыном до спорных земель, он бы не выдержал перехода. Слишком далеко к тому времени зашла болезнь. Из той крепости у меня был только один выход. И тех пленников я ждала почти месяц. Я конечно не рассчитывала на императоров, но все-таки надеялась на чудо и оно произошло. Так бывает. Может все-таки мои молитвы Праматери в холодном храме были услышаны? Кто знает.
Я оглядела комнату и поняла, что нахожусь в ней одна. Ната и девушки-тролля не было. Я встала и устремилась в ванную. Быстро приведя себя в порядок, взялась за ручку двери и на миг задумалась. Никуда не ходить одной распространяется на выход из комнаты гостиницы? Я же не собираюсь на улицу. А в коридоре найду кого-то из императоров и дело будет сделано. Я решительно распахнула дверь и вышла в коридор. Вчера после утомительного двойного перехода я так устала, что даже не поинтересовалась, где они разместились. Ну не заглядывать же мне во все комнаты подряд. И я решительно двинулась к лестнице, ведущий вниз в общий зал. Уже спускаясь, я подумала, что все-таки неприятности мне, наверное, обеспечены, но все обошлось. Едва выйдя в общий зал, я с облегчением увидела трех императоров, сидящих за одним столом в ожидании завтрака. Я смело двинулась к ним, не обращая внимания на сальные взгляды местных забулдыг, которые, несмотря на раннее утро, уже отирали локти о стойку бара.
— Светлых свершений. А где Нат и Лидаджу? Их не было в комнате, когда я проснулась. — Поприветствовала я императоров и в ответ получила два кивка и недовольный взгляд Ива.
— Я же просил тебя не ходить одной. — Пробубнил он.
— Я и не хожу. Лестница это не поход одной в неизвестность. — Отмахнулась я от его бурчания.
— Я собирался за тобой подняться. А Нат и Лидаджу пошли по делам. У них тут кто-то из знакомых и они решили встретиться перед тем, как мы отправимся в светлую столицу. — Ответил Ив.
— Значит, ей ты разрешаешь небольшие отступления от правил, так почему мне нельзя было пойти с Лидаджу? — Вдруг спросил Ян, тоже чем-то недовольный.
— Ян, насколько я понял, они сами тебя не взяли. Почему теперь я в этом виноват? — Удивленно приподнял брови Ив.
— Потому что ты их поддержал и велел мне не лезть. А в походах мы всегда выполняем твои приказы, и это уже достало. — Продолжил проявлять недовольство Ян.
В этот момент нам принесли завтрак, и мы с удовольствием приступили к еде. Я посмотрела по сторонам, но никто на нас внимания не обращал. И я окончательно расслабилась.
— Ну, так сиди дома, Ян. В конце концов, хватит бубнить. Ты мне всю плешь проел со своей Лидаджу. Я устал слушать про нее. — Ответ Ива Яну точно не понравился, поэтому я решила поинтересоваться.
— Ян, а что не так с Лидаджу?
— Ана, ты тоже не понимаешь? Я таких девушек никогда не встречал. Просто не представлял, что такое может быть. У нее гарем. Она сама содержит большую семью. Она совершенно точно воин. Ты видела ее лук? А ножи? Готов поспорить, у нее и дротики имеются. И вот я уверен, как в годовом отчете императорской казны, что она прекрасно этим всем владеет. — Воодушевился Ян.
— Ну и что? Очень многие содержат сами семью. Если погиб муж-кормилец. Что в этом необычного? — Удивилась я.
— Но ведь в ней собрано сразу так много качеств. И красота, и ум, и сила. Если еще и характер великолепный, то она совершенство. Я до сих пор встречал только двух таких женщин. Вот не думал, что встречу еще одну. — И Ян мечтательно закатил глаза.
— А кстати, я когда была во дворце, не видела вашу мать, вдовствующую императрицу. Она в столице не живет? — Поинтересовалась я.
— Она после гибели отца и дядей живет на побережье у моря. — Ответил Марк.
— Ана, ты непременно с ней познакомишься. Но ты зря подумала, что Ян говорил о ней. Уверяю тебя, наша мама несильная. Хотя она, безусловно, очень красива и умна. Смерть отца ее сильно подкосила. Она привыкла быть полностью зависимой от отца, и не умеет сама принимать решения и брать ответственность. — Хмыкнул Ив.
— Зря ты так. Мама она… Ну да. Ты прав. — Подтвердил Ян.
