Зоя без интереса глянула — никаких плечистеньких там не было, одни сурки.
— Ушел, — разочарованно сказала Нина. — Но я все равно останусь, ладно? Посижу, посмотрю. Может, хотя бы теоретически чему-нибудь научусь.
— Ух, как правильно мыслишь, — радостно удивилась Зоя. — Первый теоретический урок: смотри и запоминай, как надо одеваться на занятия.
В зал вбегала ее гордость и радость, третья группа, которая, конечно, на самом деле была первой группой, всегда первой, первой из первых! Девочки вбегали по одной, и каждая показывала Зое свое приветствие — ровно четыре секунды, — и Зоя зеркально повторяла это приветствие, и это уже была настоящая работа, потому что девочки к каждому занятию придумывали что-нибудь новенькое, что-нибудь этакое, и каждый раз следили: а вдруг Акела промахнется? Вон что Жанка делает, подлая… Ну, сейчас она им покажет, кто тут вожак стаи. С места в карьер.
— Лицом к зеркалу, делать отражение, — скомандовала Зоя.
Это было одно из самых противных упражнений на внимание, девочки его терпеть не могли. В свое время Зоя его тоже терпеть не могла и подозревала, что тренеры придумали это упражнение для того, чтобы время от времени напоминать ученикам, кто тут вожак стаи. Когда сама стала тренером — поняла, что подозревала не без оснований. Вон как они все подтянулись, вон как напряженно следят за ее отражением, пытаясь предугадать ее следующее движение и одновременно соображая, чьи движения они повторяют — ее или ее отражения? Нет, молодцы. Никто не ошибается. А подлая Жанка — так просто молодец-молодец. Надо ее поощрить.
Зоя остановилась, внимательно оглядела замерших перед зеркалом девочек, скомандовала:
— Лицом ко мне, Жанна — на мое место. Ритм вальса, слушать меня.
Девочки развернулись, лица у большинства были недовольные. Жанка выскочила вперед, встала рядом с Зоей, от гордости вроде даже подросла на пару сантиметров, но косилась на нее все-таки настороженно. Мало ли. Может, это вовсе не особое расположение тренера, а внеочередной экзамен.
— Внимание! И-и… раз-два-три, раз-два-три… — Зоя с удовольствием отметила, что Жанка особо не выпендривается, не пытается выкинуть что-нибудь этакое, чтобы народ от изумления с ритма сбился. Но работает изобретательно и весело. И — подумать только! — внимательно следит за группой. Тоже тренером будет… — Все, Жанна, очень хорошо. Следующая — Оксана.
И так — сорок минут без перерыва, без всякой музыки, какая там музыка, зачем тут музыка, тут не танцульки, тут тяжелая работа, очень, очень тяжелая… Даже эти закаленные, твердокаменные, цельнометаллические — и то за тренировку по килограмму живого веса теряют. Ну, пусть отдохнут.
— Всем ходить по кругу, руки за голову, медленные наклоны в стороны.
Зоя села на скамеечку, наблюдая за девочками, машинально растирала ноги — все-таки многовато нагрузки каждый день…
— Это что, каждый день так?
Нина. А Зоя и забыла о ней.
— Ну что ты! Если каждый день только так развлекаться — разве каких-нибудь результатов добьешься? — Зоя заметила, как вытягивается лицо Нины, и немного позлорадствовала. — Сегодня все-таки выходной, надо же девочкам когда-нибудь отдыхать. А каждый день — это в другом зале. Там тренажеры серьезные. Ну и прочее — кольца, брусья, канаты… Хочешь, потом покажу?
— Да ну их, — почти испуганно сказала Нина. — Куда уж нам уж… А почему на занятия так одеваться надо?
Все девочки из ее третьей — первой из первых! — группы были одеты точно так же, как Зоя: старые, линялые, свободные спортивные трусы и майки, растянутые носки с нашитыми под пятками и пальцами кружочками кожи, головы перевязаны шнурками или просто бинтиками. Запястья и щиколотки у многих тоже были бинтиками перевязаны. Никаких блестящих купальников, никаких ленточек с цветочками, никаких золотых тапочек.
— Чтобы удобно было, — объяснила Зоя. — Чтобы ничего не мешало. Да и потом — на сколько занятий хватит шелкового костюмчика? Хорошо, если на два. Шелков не напасешься.
— Я напасусь… — Нина погладила свои малиновые бока в серебряных узорах и опять искоса глянула на балкон. — Красиво же, а?
— Красиво, — согласилась Зоя. — Только задницу ты уже натерла. Завтра еще натрешь. А через неделю — еще… А если каждый день по нескольку часов в таком костюмчике? Вон край какой — чистый наждак. Отрежет ногу на фиг, прям по тазобедренный сустав. И ленточка эта твоя все время на брови сползает, ты ж ее без конца поправляешь, с ритма сбиваешься. Да тебе и не надо ничего на голову цеплять, у тебя правильная прическа, ничего не растрепывается, в глаза не лезет. Но, конечно, смотри сама, я тебе приказывать не могу, я только вот этим своим приказывать могу.
— А если я вот так одеваться буду, ты со мной будешь каждый день заниматься? — подумав, нерешительно спросила Нина.
— В моей группе — нет… — Зоя прикинула свое расписание и решилась. — Можно индивидуальные занятия попробовать. Но это дорого. И зрителей не будет.
— Ну и хорошо, что не будет, — буркнула Нина и опять покосилась на балкон. — Тем более, если в футбольных трусах заниматься. А дорого — это наплевать, за такую фигуру ничего не дорого. Когда приходить?
— Завтра решим. Я график составлю, а потом решим, кому когда удобнее. — Зоя встала и похлопала в ладоши. — Девочки! Отдых закончен. Десять минут танцуем со всеми элементами, произвольно, парами… Что будем танцевать?
— Студента! — закричали сразу несколько голосов, и девочки оживились, быстренько разбежались по залу парами, заулыбались, задрыгали в нетерпении ножками.
Ну да, она так и думала. Эта старая песня была самой удобной для любого спортивного танца. Вообще для любого танца. Первый раз Зоя танцевала под эту мелодию еще лет десять назад, и с первого раза она ей страшно понравилась. И до сих пор нравится — смешная песня. Просто до гениальности. Она улыбнулась, кивнула Генке, который ожидающе выглядывал из своего окошечка под балконом, и подняла руку:
— Три, два, один… Ноль!
«Во французской стороне, на чужой планете, предстоит учиться мне в университете…»
Какой хороший рисунок у двух Елен получается. Они всегда в паре танцуют, станцевались уже. Или заранее прорепетировали, хитрые морды? У Наташи замечательный шпагат, какой-то особенно изящный, стремительный, легкий, она об этом знает, поэтому демонстрирует его когда надо и когда не надо. В таком ритме пять шпагатов подряд — чистой воды выпендреж. Надо будет потом ей по затылку настучать. А вообще все молодцы, рыбы мои золотые. Вот только Жанка и Оксана все не могут выяснить, кто круче. Не так в паре танцуют, как фокусы друг другу показывают. Ишь ты, соперницы.
