– Прямо как у Бабы Йоги, только печи для Ивашек не хватает.
Тот отвесил легкого подзатыльника и, понизив голос, пророкотал:
– Зим здесь наших не бывает, а что на столбах, так то ж у местных причины есть. Чай, не дворец, чтобы выпендриваться.
Усевшись на новенькие циновки, вожди повели степенный разговор, но неугомонный Ивашка сразу влез с вопросом:
– А почему вождь так хорошо наш язык знает?
На этот раз прилетело от Спеся, но вопрос атаман повторил.
Вождь тяжело вздохнул, грустно посмотрел на шамана, но ответил:
– Когда ампиратор стал на циновку, он сказал коротко: «Хочу чтобы меня все понимали! У вас слов много и все разные. Поэтому учите мой язык!» Вот и пришлось на старости лет… ну чистый империалист!
– И вообще, он не старый! – вспыхнула девушка, которая подавала снеданье. Потом зарделась, схватилась за щеки и умчалась из хижины.
– Дочь? – вежливо спросил Спесь.
– Жена, – опять тяжело вздохнул вождь. – Младшая…
Потом повернулся к дебелой тётке и что-то проворчал на своём языке, и для облегчения перевёл на понятный:
– Послал за военным вождём, он у нас походами распоряжается. А вам надо к ампиратору, я так понял?
– Надо, конечно, – обрадовался Геллер. – Он у меня тогда онучи выпросил, самые лучшие, и не вернул.
Спесь Федорович поперхнулся пивом и закашлялся. Получив по-братски, между лопаток, придержал вылетевшие было глаза и, в раздумье пошевелив губами, всё-таки изрёк:
– И сколько нам до ампиратора добираться?
На вопрос ответил уже молодой абсолютно чёрный парень, незаметно подсевший к компании:
– А это смотря на чём! Ежели на птичках, то быстро.
– На каких таких птичках? Почему не знаю? – нахмурился вождь.
– Не успел доложить! – вытянулся во весь рост парень. – Прости, великий вождь, надо было самому испытать!
– Сядь, военный вождь Вбану. Расскажи лучше об этих птичках, да и гостям нашим подробней объясни всё, язык их ты лучше всех нас знаешь.
– Слушаюсь! Птички, – тут Вбану растерянно посмотрел на окружающих. – Не знаю, как это по вашему, прынц-то их «Харлеями» называет. И ржёт при этом, как гиппопотам во время… хм…
Старый шаман сердито запыхтел, потом не выдержал и, неожиданно для тщедушного тельца, рявкнул густым басом:
– Не суетись, как мартышка под гиббоном! Рассказывай по порядку, начни с великого похода.
Шумно отхлебнув из поданной Геллером кружки, Вбану открыл рот и долго молчал, выпучив глаза. Кудаглядов успел прикрикнуть на ватажника, и по спине арапа хлопать не стали. Отдышавшись, парень аккуратно поставил кружку, ещё раз глубоко вздохнул и начал свой рассказ:
– Когда племена с левой от восхода светила руки начали жаловаться на то, что серые запрещают им делать «кус-кус», ампиратор приказал собрать великое войско! Нас было очень много, и мы были как великая река весной. Неудержимым потоком выплеснулось наше войско из джунглей и увидело врага. Их было немного, но впереди стояли сверкающие воины, а по бокам замерли огромные слоны, тоже укрытые доспехами. Отважно вышел вперёд наш великий вождь и громко сказал те слова, которым он нас не учил. Мы поняли что победим, но не все вернутся к очагам. И тут произошло странное. Выехавший вперёд на птице большой человек ответил теми же словами. И сказал ещё много непонятного, но радостным тоном. Наши вожди обнялись и долго разговаривали. Потом ампиратор Дык объявил что прынц, в какую-то доску, наш, и что будем дружить. А с казусами белли сами разберемся. Не знаю, кого он имел в виду, только «кус-кусов» больше нет. Мы с ними на обратном пути того… разобрались. А казусов ампиратор искать запретил, объявив, что их больше нет. Испугались, наверное. Так вот. Теперь у нас в империи эти «харлеи», полученные в подарок, в почте работать будут. Прынц энтот такой хохотун, он наездников ещё «емэйлами» обзывал, но ампиратору то слово не глянулось. Так что «харлеи» – для гонцов и почётных гостей.
– И как они? – поинтересовался Спесь.
– О-о-о!! – закатил глаза Вбану. – Как с места шугаются, так потом за собственной головой приходится возвращаться.
Геллер нахмурился и веско сказал:
– Не пойдёт! Ампиратору Дыку мы без голов не нужны.
– Правильно! – согласился ехидный шаман. – А то прикажет отрубить, а уже нечего.
Володимир побагровел, но вождь и атаман прикрикнули на своих помощников, и те расселись по разным углам. Вскоре Ивашка заскучал, пиво он не пил, разговоры велись скучные, да и младшая жена слишком часто подкладывала кусочки, прижимаясь к его спине. Но Спесь Федорович не зря занимал свой пост, он-то всё видел и поэтому, сославшись на дела, отослал парня на берег. Облегченно вздохнув, волхв вышел на улицу. Вслед за ним выскочил и Вбану. Переглянувшись, парни рассмеялись, и военный вождь предложил посмотреть на таинственных птичек.
Птички были как птички. Причём Спесь таких уже как-то привозил, разбежались. Потом волки до самой зимы с синяками ходили. Вспомнив про особую примету, Ивашка зашептал вождю на ухо, но тот не поверил.
– Да быть такого не может! Они же бегать бы не смогли с такими… как у слона… Ладно, потом спрошу у вашего атамана. Но всё равно сомневаюсь. Пойдём лучше искупаемся в реке.
– Зачем в реке? – удивился волхв. – Море есть.
– Не-е-е, – вздохнул Вбану. – В море большие рыбы, людей совсем едят.
– Наши стирку устроили, никаких рыб там не будет! – авторитетно заметил юноша и, немного подумав, добавил: – По крайней мере, живых…
На берегу было шумно и весело. Гремел бас Гриця, командующего ватагой плотников, суетящихся вокруг вытащенной на берег ладьи. Визжали блестящие арапки, неохотно убегающие от загребущих рук мореходов. Ещё громче кричали дети, крутящиеся под ногами и, как всегда, оказывающиеся в самом неподходящем месте. Возле бурлящего котла стоял Лисовин, с сомнением обнюхивающий поданную ему рыбу. Дело кончилось тем, что рыбина очнулась, врезала хвостом по лицу повара и попыталась сбежать. Но последствия химической атаки от стираемых портянок толкнули её на фатальную ошибку. Прыгнула она прямиком в котёл. Когда парни подошли к Лисовину, тот чесал в затылке и бормотал:
– Крупа? Есть. Мясо вяленое? Есть. Грибы сушеные? Тоже есть. Рыба свежая? И что это получается? Не иначе как кулеш. А-а-а, всё равно съедят! Что, хлопцы, голодные?
– Нет, дядько. Нас уже покормили. Купаться-то где можно?
– Где хотите, – махнул рукой Лисовин, всматриваясь в кулешовороты. – Да, кстати, парень. Вбану? Ну хоть и в баню, тебе полезно, там наши мужики пошли в речке портки полоскать… Говорят, там какие-то каркодилы водились, тебе они нужны?
