но улыбка с моего лица медленно и верно испарялась. Вспышка была словно на другом конце леса. — Лагерь так далеко.
Стало грустно. Бросив быстрый взгляд на ногу Оливера, поняла — он через весь лес не дойдет. Конечно я могла дойти сама, но смогу ли я сориентироваться и снова не потеряться.
— Оливер. Какой план действий?
Он сел и посмотрел на поврежденный участок ноги. Штанина пропиталась кровью сильнее. Он словно что-то обдумывал, потом произнес.
— Капканы ставят часто близко к жилищу если оно в лесу, в качестве защиты от крупных хищников.
— Ты имеешь в виду… — По правде говоря до меня не сразу дошло, но, когда я помножила два на два, меня снова наполнила радость. — То есть где-то должен быть дом?
Оливер кивнул.
Я вскочила со словами:
— Я посмотрю. Скоро вернусь. Никуда не уходи.
Оливер нахмурился и попросил меня не теряться.
Пройдя немного вперед, я действительно нашла маленькую хижину. Стучаться и звать на помощь не стала. Она находилась недалеко и проще было сюда Оливера дотащить.
Пока я искала хижину, Оливер подполз к стволу дерева и облокотился на него спиной. По возвращению я нашла его с закрытыми глазами. Выглядел он откровенно говоря — плохо. Возможно мне это казалось, но пришлось его изрядно потормошить, прежде чем Оливер открыл глаза.
Он был тяжелым и почти не наступал на ногу. С горем пополам мы добрались до хижины. И путь к ней с Оливером, которому приходилось помогать, казался неимоверно длинным.
Мы стучали, но никто не открыл и набравшись наглости я заглянула внутрь. Пусто.
Снова загрузив на свое плечо руку Оливера, мы зашли в хижину. Я усадила парня на узкую кровать с засаленным бельем. Посветив фонарем по сторонам и пробежав глазами, у меня создалось впечатление, что хижина не заброшена, но хозяин бывает не часто.
В маленьком помещении было так же мало мебели. Наверное, сюда заезжали поохотится и переночевать. Но я все равно надеялась найти аптечку. Искала лихорадочно и быстро. Нога Оливера была в плачевном состоянии, и он похоже и так потерял много крови.
В основном помещении я ни нашла ничего отдаленно напоминающего аптечку. Еще была дверь, ведущая возможно в ванную или туалет — судя по запаху. Но туда я заглянуть не решилась. Рядом, за занавеской нашла маленькую кладовую с несколькими банками, возможно с соленьями, но какими-то засохшими. От осмотра мне стало не по себе. Сильно возросло чувство брезгливости. Мое внимание привлекла бутылка водки. Покопавшись еще немного нашла кусок то ли полотенца, то ли просто ткани.
— Пойдет для обработки раны? — Я показала Оливеру свои находки. — Аптечку не нашла.
Оливер молча кивнул. Когда я подошла ближе, он забрал у меня водку из рук и сделал несколько глотков, потом задрал свою штанину и меня снова затошнило от вида исковерканной плоти. Он плеснул жидкость из бутылки на рану. Я помогла с перевязкой и рассказала ему про то что тут нет телефона.
— Ты сможешь идти?
Оливер поднялся и сделал несколько неуклюжих, хромающих шагов, потом произнес.
— Как видишь.
Мне оставалось только выдохнуть.
— А если кровь не остановилась до конца, и ты по дороге потеряешь сознание?
— Ты за меня волнуешься? — На бледном лице Оливера заиграла самодовольная усмешка.
Мне очень захотелось стереть ее с его лица. Гордо встав и отряхнувшись, сообщила, что мне нужно в туалет и после я готова идти. Я направилась в сторону той двери из которой шел неприятный запах. Зажмурившись собралась с мыслями и толкнула дверь.
Это был не туалет. Совершенно непонятное по своему назначению помещение, с запахом от которого щипало глаза. Посветив фонариком на непонятный таз с черным мусорным мешком, инстинктивно я попятилась, задев что-то. Когда я, испугавшись, резко развернулась, глаза упали на дряхлую табуретку с лежащими на ней несколькими карточками водительских удостоверений. Машинально взяв одну из них, я прочитала женское имя. Лихорадочно просмотрела другие карточки. Их было немного, но все они принадлежали разным людям. Словно в замедленной съемке посмотрела в сторону странного таза с мусорным пакетом. Я больше не считала, что там был именно мусор.
Страх застучал в висках и змейками разнесся по венам, сковывая все тело. Крик вырвался из груди и его заглушила ладонь, резко легла на мои губы.
От ужаса перехватило дыхание. Я заметалась в попытке вырваться, а некто сжал мое тело еще сильнее, блокируя любые движения. И чем больше в страхе боролась за свободу, тем сильнее напрягались мышцы на руках, державших меня. Немного успокоилась, только когда услышала привычный голос над ухом:
— Тссс. Не ори. Это я.
Оливер все еще зажимал мне рот рукой, когда я светом фонаря показала ему что меня так напугало.
После продолжительной паузы Оливер снова заговорил, почти шёпотом.
— Надо выбираться отсюда прям сейчас. Я уберу руку, а ты постарайся не кричать.
Получив в ответ мой слабый кивок, Оливер убрал ладонь от моего лица. Он схватил меня за руку и сильно хромая повел к выходу. Мы не успели покинуть хижину, когда яркий свет фар осветил окна.
— Сюда. — Хрипло шепнул Оливер, затаскивая меня за занавеску, где я нашла водку. Прятаться в этой хижине особо негде было. Но меня беспокоил вопрос, и я его озвучила:
— А если этот псих сюда заглянет?
— Если заглянет, то приготовься бежать. — Оливер рыскал глазами по полкам, в поисках средств самообороны. — Потуши фонарь. Быстро.
Я подчинилась. Мы стояли в тишине. И у меня снова появились вопросы.
— А зачем ты пошел за мной в туалет? — Я старалась говорить, как можно тише.
— Какой к черту туалет в хижине в лесу. Тут канализации нет.
— В смысле? — Не знаю почему эта информация меня так смутила и почему меня вообще волновала данная тема сейчас. — А как же без туалета?
— На
