— Всё верно. Правда, во вновь открывшихся обстоятельствах, систему обороны придётся пересматривать, как-никак она теперь у нас береговая.
Вот это было самой большой новостью для меня. Оказалось, что граница упиралась в глубокий залив на северо-западе континента, и когда волна разрушения дошла до него, то океанские воды с рёвом устремились в возникшую на месте леса котловину. Теперь нас от эльфийского королевства отделяла водная гладь километровой ширины. А ещё бы пара сотен километров вдоль уже границы с вампирами и это был бы не залив, а пролив, соединивший северный океан с южным. Но, к сожалению, на вампиров проклятья были менее действенны, оборона строилась по другому и цепная реакция затухла, не получив необходимой подпитки. Поэтому там всё оставалось как было.
— Н-да, — протянул я, — могу только сказать, что такого я тоже не ожидал.
— Оно может и к лучшему, — ответил, отпуская мою руку брат Дизариус, — кстати, не думали, как залив назвать, как-никак, ваших рук дело.
— Это было коллективное творчество, — быстро произнес я.
— Под вашим руководством, если я правильно помню все обстоятельства, — заметил инквизитор.
— Ладно, — вздохнул я, — ответственность действительно на мне.
— Ну так что насчёт названия?
— А назовите, — тут я на секунду задумался, а затем с некоторой долей пафоса произнёс, — залив имени тысячелетия имперской инквизиции.
Лицо Дизариуса надо было видеть. Особенно когда он понял, что я не шучу.
— Ну а что, — начал я подтягивать аргументы, — Тысячелетие же есть? Есть. Имперская инквизиция тоже наличиствует. Залив появился благодаря инквизитору, то есть мне. Вот и выходит, что залив назвать именем тысячелетия имперской инквизиции, будет самым правильным.
— Хм… — старик глубоко задумался.
Для старого инквизитора такой выбор названия был в новинку, они-то больше всякими царями-императорами называть привыкли, а тут такой авангард.
Тут я увидел, как чётче прорезавшиеся на старческом челе морщины слегка разгладились и брат Дизариус, огладив чисто выбритый подбородок, с появившейся в глазах хитринкой, вдруг произнёс, — А что, и действительно, почему бы не увековечить нам это деяние в веках. Пусть потомки знают силу святой инквизиции. Ладно, — он деловито засуетился, — пожалуй отправлюсь-ка я к верховному, пока чинуши столичные не подсуетились и что другое в название не пропихнули. Да, — тут он вновь строго взглянул на меня, — Павел Алексеевич, только одна большая просьба, больше глобальными изменениями ландшафта без согласования с высшим руководством не заниматься. Хотя бы предупреждайте заранее.
— Да я не специально, — снова поморщился я, сам себе иногда временами напоминая какую-то, обезьяну, даже не с гранатой — с ядерной бомбой. За то как я один такой магический эквивалент ядрёнбатона глупейшим образом проворонил, стыдно было до сих пор. И хоть умом я понимал, что там была целая череда несчастливых совпадений, но менее дурацкой от этого ситуация выглядеть не переставала.
— Да, да, — прищурился, улыбаясь, инквизитор, — и гномов не специально и триста султанских янычар, да и самого султана…
Лучше бы он не напоминал. Настроение у меня сразу испортилось. Видимо брат Дизариус это понял тоже, поэтому тут же попрощался и поспешно ретировался, оставляя меня одного.
А затем меня нашла Элла. Хотя точнее будет сказать — подкараулила. Появившись прямо из воздуха, скинув иллюзорную маскировку, она застыла в паре метров от меня. Замок был огромным, с большим количеством коридоров, проходов и ходов, которые тянулись даже внутри толстенных замковых стен, и сейчас мы как раз находились в одном из таких, почти неосвещённом, тянущемся на добрую сотню шагов, без каких-либо развилок, и пустом.
Оглядев облачённую в полевую форму магичку с полным комплектом вооружения, я кривовато улыбнулся и чуть склонил голову набок, приготовившись выслушать девушку.
Логика была проста, если бы хотела напасть, напала бы из невидимости, а раз не напала, значит хочет что-то сказать. И я не ошибся.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Говорят, — облизнув губы, произнесла магичка, — что война откладывается, большая часть войск эльфов была уничтожена.
— И ты решила, что условия нашей магической клятвы выполнены?
Она чуть кивнула, подтверждая догадку, затем произнесла, — Я почувствовала, что она больше не действует.
— Почувствовала? — дернул я бровью, в некотором сомнении.
— Я мастер, у меня выше сродство с магией, если потенциал поднимешь до моего уровня, тоже будешь чувствовать.
— Понятно, — я кивнул. Сияющий над головой магический огонёк делал черты лица стоявшей передо мной девушки резкими и чёткими, высвечивая каждую впадинку, каждый изгиб, — и теперь ты пришла…
— Да, я пришла, — решительно произнесла Элла, шагнув ко мне почти вплотную, глядя на меня снизу вверх, добавила, — сказать, что официально отказываюсь от мести.
— И что, если не секрет, тебя н это сподвигло?
Она вновь отошла, глядя чуть исподлобья, — Если я убью человека, который уничтожил столько остроухих тварей одним ударом, меня навеки проклянут все мои предки.
— Хорошо, — я склонил голову, — тогда официально объявляю, что тоже не имею претензий со своей стороны.
Не проронив больше ни слова, она, только глубоко поклонилась, а затем вновь растворилась в воздухе, уйдя по-английски, не прощаясь.
Больше, по дороге к выделенным нам покоям происшествий не было.
* * *
— Пашка!
— Серёга!
Появление в бывшем замке Касов Глушакова было неожиданно, но от этого не менее приятно. Мы с чувством обнялись, сжимая друг-друг до хруста костей. Затем, отстранившись, я спросил, — Какими судьбами к нам?
После известных событий с внеплановым увеличением водной границы империи, я почти неделю безвылазно с девчонками сидел в замке и появление бывшего трудовика внесло сразу свежую струю в скучные серые будни.
— Да вот, хотим посмотреть что можно тут сделать по укреплению границы, — продолжая улыбаться, ответил тот. Ткнул меня по-дружески кулаком в бок, — Ну, рассказывай, что ты тут устроил.
— Что чуть что, так сразу я? — притворно обиделся на товарища.
— Хочешь сказать не ты? — ирония в голосе Глушакова была слышна невооруженным ухом и я сдался.
— Ладно, угадал, — признался со вздохом. Тут в замок телепортировалась аж целая делегация, сплошь из студентов инженерной кафедры, и на приёмной площадке телепорта сразу стало чересчур оживлённо.
— А ну тихо! — прикрикнул на своих Сергей, указал рукой на широкое и приземистое здание, стоявшее чуть в стороне, безошибочно угадав замковую столовую, — все с вещами пока туда, Ставр — ты за главного.
Долговязый пятикурсник кивнул, а я, внезапно, увидел среди дружно потянувшихся за ним юношей и девушек свою старую знакомую, девочку с красивым именем — Силана. Та, правда, долго пыталась меня убить, но это было уже в прошлом. Заметив мой взгляд, она улыбнулась и помахала рукой. Помахав ей в ответ, я внезапно вспомнил, что она сама родом из этих мест. Задумчиво проводил взглядом.
“А ведь она может показать то место, где они видели прислужника старых богов, — сверкнула в голове неожиданная мысль, — варано-богомола с девочкой в которую тот подселил демона”.
Но тут меня отвлёк Глушаков озаботившийся размещением своей банды и я повёл его к знакомому писарю, договорившись вечером рассказать историю появления нового залива.
Уже после, в упавших на крепость сумерках, когда Сергей благополучно расселил всех по комнатам, мы взяли пива и закусь и, расположившись на самом верху донжона, где хоть и дуло, но вид открывался бесподобный, принялись делиться последними новостями.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Я ведь, ещё подстраховался, — рассказывал я, отрывая зубами кусок волокнистого мяса от копчёного окорока реквизированного из замковой кладовой под недовольным взглядом местного интенданта, — с девчонками обсудил всё, кто же знал, что там в толще земли ещё целая куча проклятий окажется, на поверхности-то не видно.
