— Думаю, у нас остается еще примерно час светлого времени, — сказал я, принимая каждый палец за пятнадцать минут. — Этого вполне достаточно для того, чтобы они нас обнаружили и вытащили отсюда еще до наступления темноты.
— Я очень на это надеюсь, — усмехнулась мексиканка, показывая на несколько стволов деревьев, плывущих возле самого берега реки, потому что, насколько я вижу, нами начинает интересоваться кое-кто другой.
Я повнимательнее вгляделся туда, куда она показывала, и сразу же почувствовал, как у меня по коже побежали мурашки: похожие на стволы деревьев длинные предметы отнюдь не были стволами.
И тут вдруг за моей спиной, заставляя меня испуганно вздрогнуть, громко вскрикнул профессор. Я быстро обернулся, чтобы посмотреть, что случилось, и увидел, что Кастильо скачет по песку, как полоумный.
— Что… — начал было спрашивать я.
— Ну наконец-то! — воскликнула, перебивая меня, Кассандра.
И тут я его увидел.
На берегу реки — том самом, на который нам было необходимо попасть, — высунулся из зарослей абсолютно голый, если не считать маленькой набедренной повязки, туземец, держащий в правой руке огромный лук. Его кожа была покрыта замысловатыми рисунками. Он разглядывал нас, никак не реагируя на приветственные жесты и крики профессора Кастильо, как будто те были адресованы кому угодно, но не ему.
Мы с Кассандрой тут же последовали примеру профессора, и вот уже мы все втроем стали подпрыгивать, махать руками и орать, надрывая легкие, — то есть вели себя так, как ведут себя потерпевшие кораблекрушение, которые оказались на необитаемом острове.
— Эй! — крикнула Касси, махая рукой. — Привет!
— Мы здесь! — заорал я.
— Друг, нам нужно, чтобы ты привел своих соплеменников и чтобы они побыстрее вытащили нас отсюда, пока не наступила ночь! — стал громогласно объяснять профессор, сложив руки рупором.
Мы с мексиканкой переглянулись.
— Проф… Он ведь наверняка не говорит на нашем языке.
— Да, но…
— Эй, смотрите, — перебила нас с профессором Касси, показывая на туземца. — Он уходит!
Туземец, так и не ответив на наши жесты и крики и не соизволив хотя бы махнуть на прощание рукой, повернулся с невозмутимым видом и исчез в зарослях — наверное, чтобы продолжить свою вечернюю прогулку.
— Не может быть… — с досадой пробормотал я.
— Как вы думаете, он нас заметил? — спросил профессор, озадаченно почесывая затылок.
— А как он мог нас не заметить? — ухмыльнулась Кассандра. — Нас, наверное, было слышно аж в Рио-де-Жанейро.
— И что теперь?
— Он наверняка пошел в свою деревню за помощью, — предположил я.
Кассандра снова уселась на свой рюкзак.
— А может, — с пессимистическим видом покачала головой она, — к чужакам здесь относятся совсем не так доброжелательно, как нам хотелось бы…
Когда солнце опустилось уже так низко, что его оранжевый диск отделяли от верхушек деревьев лишь два моих пальца, а густые заросли, покрывавшие берега, стали заметно темнеть и приобретать все более зловещий вид, я решил, что мы должны что-то предпринять.
— Нам необходимо отсюда выбраться, — сказал я, поднимаясь на ноги.
— Это мы уже знаем. — Касси пожала плечами. — Вопрос заключается в том, как это сделать.
— Как получится, — не унимался я. — Если придется плыть, то поплывем.
— А как быть с кайманами? — спросил профессор. — Может, для нас будет безопаснее подождать здесь?
— Я так не считаю. Насколько мне известно, кайманы предпочитают охотиться ночью, и если мы останемся на этом дурацком острове, то станем для них ужином.
Мексиканка покачала головой.
— А мне кажется, что если мы полезем в воду, то нас ждет то же самое, — сказала она, а затем, показывая вокруг себя, добавила: — Эти гады притаились вон там, и нас они не пропустят. Как только мы войдем в воду, они тут же на нас нападут.
— Вполне вероятно, но я придумал, как можно их отвлечь и тем самым выиграть время.
— Собираешься спеть им песенку? — съехидничала Касси. — Если поднатужишься, то тебе, наверное, удастся их напугать.
— Я говорю серьезно, — пробурчал я. — У меня родился один замысел, который, скорее всего, сработает, — сказал я. — Но вы должны мне помочь. У нас, кстати, осталось уже совсем мало светлого времени.
13
Пока профессор и Кассандра разворачивали походную палатку, которую мы купили в Сантарене, я расстилал на песке одну из москитных сеток, растягивая ее на всю длину и ширину.
— Готово, — послышался за моей спиной голос Касси. — И что теперь?
— Несите ее сюда, — сказал я, — и положите сверху на москитную сетку.
Когда Кассандра и профессор это сделали, я быстренько привязал тонкую сетку с трех сторон к палатке при помощи имеющихся на краях палатки отверстий и тесемок.
— Я так до сих пор и не понял, — смущенно произнес профессор Кастильо. — Для чего тебе нужно, чтобы палатка была покрыта москитной сеткой? Ты думаешь, что это удержит кайманов?
— Это не убежище, в котором мы стали бы скрываться, проф, — ответил я, переворачивая палатку так, чтобы москитная сетка оказалась сверху. — То, что мы только что сделали, — рыболовная сеть.
Касси с озадаченным видом посмотрела на меня.
— Мы окружены кайманами… А ты хочешь заняться рыбной ловлей?
— Именно так, — кивнув, подтвердил я. — Но это будет совсем не та рыбная ловля, о которой ты подумала.
— Расскажи нам, что ты собираешься делать, — попросил профессор.
Я взял самодельную сеть и, подойдя к воде, опустил ее в реку.
— Идея заключается в том… — стал объяснять я, зайдя в воду по колено и крепко ухватившись за один угол «сети», — что мы наловим рыбы и используем ее в качестве отвлекающей приманки для кайманов. Если нам удастся заманить их на один край этого островка, мы сможем беспрепятственно переплыть на нужный нам берег.
— Ты говоришь серьезно? — спросила Кассандра. — Ты что, собираешься привлечь сюда всех кайманов, какие только есть в радиусе одного километра?
— Мне эта затея тоже кажется крайне неудачной, — сказал профессор, проявляя солидарность с мексиканкой. — Мне приходят в голову буквально тысячи причин, по которым она может закончиться очень плохо.
— Мне тоже! — воскликнул я. — Но пока никому не пришло в голову ничего другого, это — единственный имеющийся у нас план нашего спасения. Или мы попытаемся его реализовать, или просто будем сидеть и пассивно ждать, чем все закончится.
Кассандра и профессор с сомневающимся видом переглянулись. И хотя они щелкали языком, закатывали глаза и качали головой, в конце концов все же согласились со мной и тоже зашли в воду, внимательно следя за тем, чтобы ни одно существо, превышающее по размерам форель, не приближалось к ним слишком близко.
