Хок холодно улыбнулся.
– Мы не будем отворачиваться. Расскажите о самом Хардкастле.
– Он головорез и буян, его слово ничего не стоит, – объяснял Медлей ровным голосом. – Он берет у всех взятки, но не спешит выполнять обещания. Он сколотил огромное состояние. Ходят слухи, что ему известны некоторые очень важные секреты. Хардкастл содержит армию головорезов. Любому, кто попытается перечить, сначала ломают ноги – в качестве предупреждения. Не думаю, что у него есть друзья, но среди знакомых многие занимают высокие посты.
– Что-нибудь еще? – спросила Фишер.
– Он женат, – добавила Даниель. – Но я никогда не видела его супругу.
– Мало кто ее видел, – заметил Медлей. – Она редко выезжает в свет. Я слышал, что брак был по расчету. Они женаты уже семь лет. Но детей у них нет.
– «Армия головорезов», – произнес Хок задумчиво. – Вы хотите сказать – наемников?
– Верно, – ответил Медлей. – Трудно назвать точную цифру, но под его личным командованием находится по крайней мере триста наемников. Может быть, даже больше.
– И вы боретесь с таким человеком? – спросила Фишер. – Должно быть, вы сошли с ума. Вам тоже нужна личная армия – хотя бы для того, чтобы не бояться ходить по улицам.
– Для чего мне армия? – возразил Адамант. – У меня есть вы и капитан Хок, не так ли? Ну, а если начистоту, есть и наемники. Не так много, как у Хардкастла, но в достаточном количестве.
– Расскажите о других кандидатах, – попросил Хок.
Адамант взглянул на Медлея, который задумался, прежде чем заговорил.
– Ну, во-первых, лорд Артур Синклер. Моложавый тип, унаследовал титул несколько лет назад при довольно сомнительных обстоятельствах, но это в Хейвене не в диковинку. Занимается политикой просто от скуки. Любит привлекать к себе внимание и пользуется любым случаем, чтобы публично повалять дурака. Он выступает как независимый кандидат, потому что не нужен ни одной партии. Поскольку он требует отменить все виды налогов на алкоголь, то пользуется поддержкой дельцов пивоваренной, винодельческой и винокуренной промышленности. Он достаточно богат, чтобы купить какое-то количество голосов, но выберут его только в том случае, если все остальные кандидаты погибнут. Впрочем, тогда результаты выборов аннулируют.
– Он не представляет опасности ни для кого, кроме самого себя, – добавил Адамант. – Я слышал, что он пьет как сапожник.
– Есть еще Меган О'Брайен, – продолжил Медлей, терпеливо ожидавший, когда Адамант закончит. – Он торговец пряностями и выступает за свободную торговлю. Принимая во внимание, что большая часть доходов Хейвена состоит именно из тех налогов, которые О'Брайен хочет отменить, не думаю, чтобы у него было много шансов. Ему повезет, если он переживет выборы.
И, разумеется, есть генерал Лонгарм. Когда-то он служил в армии Нижних Королевств, теперь возглавляет воинствующее крыло Братства стали. Братство официально отреклось от него, но значит ли это что-нибудь на самом деле – не известно. Братство стали никогда не отличалось искренностью. Лонгарм считается независимым кандидатом и выступает за Закон и Порядок. Утверждает, что любой нарушитель закона должен быть казнен на месте, и хочет, чтобы каждый мужчина старше четырнадцати лет проходил обязательную военную службу. Он сумасшедший, а вдобавок считает себя богоизбранным. Связи с Братством могут принести ему некоторое количество голосов, но в остальном он безвреден.
– Я бы не стал сбрасывать его со счетов, – возразил Адамант. – Воинствующее крыло Братства на последних выборах отобрало у консерваторов место от района Дауне. Думаю, будет разумно приглядывать за генералом Лонгармом.
– Есть еще какие-нибудь кандидаты? – спросила Фишер, наливая себе вина из ближайшего графина.
– Только один, – ответил Медлей. – Таинственный кандидат. Колдун по имени Серый Плащ. Никто его никогда не видел и ничего о нем не слышал, но это имя внесено в официальный список. Как правило, волшебникам никто не запрещает участвовать в выборах, но законы против применения магии так суровы, что большинство колдунов не выставляют свои кандидатуры. Они говорят, что подвергаются дискриминации, и, возможно, правы. Мортис утверждает, что никогда не слышал о Сером Плаще, а значит, тот не должен быть очень сильным чародеем.
Хок нахмурился.
– Сегодня утром у нас произошла стычка с колдуном. Вполне возможно, именно с ним.
– Какая разница, – сказала Фишер. – Он скрылся. Если это был Серый Плащ, то, думаю, мы можем больше не считать его кандидатом.
– Давайте подведем итог, – предложил Хок. – Кроме вас, есть Хардкастл и его наемники, воинствующее крыло Братства стали и группа независимых кандидатов со своими наемниками и телохранителями. Адамант, предстоят не просто выборы, а вооруженный конфликт. До сих пор мне доводилось участвовать в гораздо менее опасных заварушках, чем эта.
– Вы правы, – подтвердила Даниель.
– Я думаю, что итог вы подвели верно, – заключил Адамант. – Кто-нибудь хочет перекусить, прежде чем мы выйдем? Сомневаюсь, что потом у нас найдется время поесть.
Хок с надеждой взглянул на Фишер, но та решительно покачала головой.
– Нет, спасибо, – отказался Хок. – Мы сыты.
– Это несложно устроить, – возразила Даниель. – Хватит одной минуты, чтобы послать кого-нибудь на кухню и к дегустатору.
Хок взглянул на нее.
– Дегустатору?
– Меня постоянно пытаются отравить, – объяснил Адамант. – У реформаторов множество врагов в Хейвене – особенно в Хай-Степс. Мортис заботится о моей безопасности, так что мы держим дегустатора просто на всякий случай. Вы даже не поверите, каких бешеных денег он стоит.
– Я не думаю, что мы станем отвлекать себя закусками, – сказал Хок. Фишер опустила глаза.
– Хок, уверен, мы сработаемся, – усмехнулся Медлей, – и основательно познакомим вас с хейвенской политикой. В ней есть многое, что скрыто от глаз.
– Что ж, посмотрим, – ответил Хок.
3. ВОЛКИ В ЛОГОВЕ
Бримстон-Холл одиноко высился посреди двора, окруженного высокой каменной стеной, испещренной защитными рунами. За массивными железными воротами дежурили вооруженные часовые, а открытое пространство охраняли сторожевые собаки. Ходили слухи, что собак кормили человеческим мясом, пока они не привыкали к его вкусу. Когда-то в саду росли яблони. Хардкастл выкорчевал их с корнями -они могли служить прикрытием для убийц.
Камерон Хардкастл очень осторожный человек. Он не доверял никому и ничему и имел для этого все основания. В свое время он различными способами уничтожил и помог уничтожить множество людей. Говорили, что у него насчитывается больше врагов, чем у любого жителя Хейвена. И Хардкастл гордился таким фактом. В городе, населенном жестокими и безжалостными людьми, он стал легендарной личностью, за что приходилось платить немалую цену – подвергаться постоянной угрозе смерти.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
