Ильич пожал плечами — Придется изымать в селах хлеб и вести его в город.
Лис поднял указательный палец — Вот именно! Вы будете силой отбирать у крестьян хлеб, лишая их детей жизни и обрекая их семьи на голод, лишая зерна для посева весной. Страна рухнет в голод, появятся людоеды, готовые продлить свою жизнь даже таким способом. Крестьяне, которые вроде от Вас получили землю, лишатся зерна, без которого не будет и посевов, видя свою голодную смерть, они возьмутся за оружие, чтобы убивать тех, кого Вы послали за их хлебом!
Плеханов аж открыл рот, затем, опомнившись, прикрыл его — Страшную картину вы нарисовали, товарищ! И какой вы видите выход из этой ситуации, как накормить народ после революции?
— Для начала, получив власть, не стремиться разрушить до основания государственную машину, банковскую систему, ни в коей мере не выпускать из тюрем уголовников, которые ни в коей мере не являются братьями революционерам на основе того, что они тоже сидят в тюрьмах. Ни в коей мере нельзя ставить рабочих выше всех. Это же обычный народ, в основном выходцы из крестьян и ему хочется только меньше работать и больше и вкуснее есть. Хотя есть квалифицированные рабочие, которые на оружейных заводах получают хорошие зарплаты и которые не смогут понять низкооплачиваемых трудяг. Что же тогда этих холеных рабочих к стенке? чтобы сравнять их с другими. Нельзя делать революцию, не продумав все последствия. Вспомните Францию! Если решено отобрать у дворян и помещиков их богатства, то не уничтожайте их, предоставив им равные права со всеми. Если уничтожить всех дворян и офицеров, не останется ни ученых, ни просто образованных людей для руководящих и технических должностей. Революция не должна быть кровавой, нужно лавировать и убеждать а не рубить с плеча.
Сидевший за столом анархист князь Кропоткин огладил свою шикарную бороду и хитро взглянул сквозь стекла очков на Лиса — Вас товарищ нужно немедленно расстрелять! Мало того, что вы перечеркиваете идеи Маркса, так вы и нам, анархистам, стоите посреди дороги своим сохранением государства! Конечно, революция необходима, но только для того, чтобы противостоять натиску реакции. Когда мы одолеем эксплуататоров и они канут в небытие, нам следует сразу отказаться от публичной власти: даже самая демократичная демократия — это признающее подчинение меньшинства большинству государство, а оно может переродиться в диктатуру и деспотизм.
Лис повернулся к князю и возразил — Вот вы говорите эксплуататоры. Ну хорошо, отберете у буржуев их заводы. А дальше? Дальше государство их национализирует и станет тем же эксплуататором для рабочих, получая с них прибыль. Какая разница на кого работает рабочий? Частник, а есть хозяева, готовые дать и восьмичасовой день и хорошую зарплату, или государство, они все являются по сути эксплуататорами.
Ульянов опять взвился — После революции рабочие смогут выбирать директора завода, мастера и остальных начальников.
Лис усмехнулся — Владимир Ильич, это наивно! Кого они выберут? Того, кто пообещает их не наказывать за их брак, давать частые выходные, увеличить им зарплату, не понимая откуда они ее возьмут, но пообещают и будут требовать у вас денег для своих рабочих, которые будут кое-как работать, выпуская горы брака и наплевав вообще на планы изготовления продукции. Эксплуатация труда по Марксу присвоение результатов труда другого человека без обмена или с предоставлением взамен товаров (услуг, денег), стоимость которых меньше, чем стоимость, созданная трудом этого человека за рабочее время. Но в чем тогда разница между Эксплуатацией человека человеком или государством? Всего лишь в том, что прибыль тратится не одним человеком, а государственной машиной. Маркса не занимали традиционные формы человеческого труда, чтобы заработать на жизнь, так как он жил за счет своего друга Энгельса. Фридрих же тратил на себя и друга деньги своего отца, крупного текстильного фабриканта. Нельзя считать этих людей пророками, их многие идеи ошибочны и далеки от действительности. Да, в их трудах можно взять много полезного, но нельзя следовать их цитатам от и до. Вы в курсе, что помимо денег Энгельса, Маркс получил и наследство от своего почитателя Вольфа в сумме восемьсот с лишним фунтов стерлингов. Но деньгами он пользоваться не умел, и потому довольно быстро их прокутил. И этот человек учит нас политэкономии! Вы в курсе, что Маркс и Энгельс, как революционеры, рассматривали роль России в Европе как исключительно реакционную, как роль жандарма. Маркс просто ненавидел русских. «Колыбелью Московии, — утверждал Маркс, — было кровавое болото монгольского рабства, а не суровая слава эпохи норманнов. А современная Россия есть не что иное, как преображённая Московия». — наморщив лоб, Лис вспоминал заученные когда-то цитаты — «Московия была воспитана и выросла в ужасной и гнусной школе монгольского рабства. Она усилилась только благодаря тому, что стала виртуозом в искусстве рабства. Даже после своего освобождения Московия продолжала играть свою традиционную роль раба, ставшего господином. Впоследствии Петр Великий сочетал политическое искусство монгольского раба с гордыми стремлениями монгольского властелина, которому Чингисхан завещал осуществить свой план завоевания мира». Нет людей, которые ни в чем не ошибаются.
Плеханов возразил! — Откуда у вас такие сведения!
Князь усмехнулся — Вот вам и бывшие крепостные! Если ваши товарищи правы, то вам, товарищи социал-демократы, пора перестать как молитвенник цитировать «Капитал»!
Глава 10
Князь Кропоткин после многократного общения с бывшими крепостными, поначалу относившийся к их словам с усмешкой, а вскоре схлестнувшийся с ними в битве философских теорий, в течении недели был задумчив и опустошен — оказалось, что все, во что он раньше верил оказалось миражом, правильно товарищ Лис, эта кличка действительна выражала его сущность умного и продуманного человека, постоянно подчеркивал своим оппонентам их зашоренность и чуть ли не фанатичное преклонение перед создателями философских течений. Пьер-Жозеф Прудон доказывал, что собственность есть кража, потому что она противоречит справедливости, потому что нельзя найти никакого принципа, на котором бы можно было её обосновать. Противоположность собственности составляет общность, но общность, согласно Прудону, есть такое же отрицание равенства, как и собственность, но только в противоположном смысле: собственность есть эксплуатация слабого сильным, общность есть эксплуатация сильного слабым; в собственности неравенство условий порождается силой, в общности его производит посредственность, оцениваемая одинаково с силой. Общность есть рабство, ибо она уничтожает свободное распоряжение способностями, и, если собственность порождает соревнование в приобретении благ, то общность порождает соревнование ленивых. Прудон считал, что труд должен быть для всех свободен, а свобода эта состоит в том, что все одинаково должны трудиться для общества, считал, что все формы правления хороши, если правительство действует в духе справедливости, а это возможно тогда, когда оно допускает самую широкую свободу, когда существует автономия и децентрализация. Эту наивность Лис раскатал по бревнышкам, доказав, что Все эти мечты Прудона на деле окажутся пшиком, как и его банк, который был создан Прудоном для натурального обмена. Он должен был быть открыт для каждого лица, желающего обменять продукты своего производства на меновые свидетельства (боны) банка: например, сапожник доставляет сапоги и получает взамен их боны на сумму стоимости сапог; за эти боны он может получить в банке другие вещи на ту же сумму.
— Какой-то базар должен был выйти вместо банка, интересно где всю! продукцию от сапог до булок ваш банкир собирался хранить.
Лис был беспощаден и князь понял, что у анархизма нет будущего. К удивлению социал-демократов Кропоткин попросил рассмотреть его прием в РСДРП, обосновывая свой поступок полным разочарованием во всем, во что он раньше верил.
