с черными прилизанными волосами невысокого роста, которого, кажется, я видел в академии, забрасывал камнями, землей, и зелеными искрами существо, которое перешло во вторую ступень ярости.
-— Откуда… — прошептал я, и увидел лук, за плечами паренька. — Так это он все-таки?
Больше мы не ждали. Виктор, в руке которого трость моментально преобразовалось в копье, камнем спрыгнул вниз, придавливая своими ногами, явно, приправленными магией стихии демона, а я же, в свою очередь, поджарил задницу, а точнее, мантию, охотнику с луком.
Он не ожидал, что здесь будет кто-то еще. А вот когда увидел меня, его бледное лицо, которое озаряли зеленоватые вспышки, преобразовалось из сосредоточенного в запуганное.
-— Откуда ты, -— его голос был странным, казалось, что он ломается и в нем прорезывается какой-то внутренний рык, что было неестественным для человека.
Я ничего не отвечал. Лишь ринулся на него с белым клинком, озаряя темный лес новой вспышкой.
Шаг за шагом, я теснил парня по сугробам, псам же — проходил их без какого-либо труда, аура работала на ура, но что-то с ним было не так. Он не был внимателен, когда отражал атаки, и казалось, его интересует бой, который был за моей спиной, где Виктор должен был уже сломать демона, и отрезать ему башку.
Но что-то шло не так.
Сначала, в мое левое плечо прилетело что-то острое, и пробило его насквозь. Чувствуя, как теплая кровь разливается по предплечью и капает на снег, я, преобразовав клинок в быка — «швырнул» в противника фамильяра, отвлекая его от меня.
Пускай защищается.
И, обернулся. Существо, которое, как я первоначально понял, был одержимым, вовсе не был на него похож. Четырехметровая, громадная туша, которая была помесью человека и обезьяны, с вычурными, набухшими венами по рельеф мышц всего тела, пыталось вдолбить Виктора, который выставил над собой копье, в землю.
И у него получалось.
Хоть он и не наносил никакого урона, ноги наемника ушли уже по щиколотку в продавленную яму.
«Это ж какая сила должна быть?»
Мой противник, кажется, оправился. И доказательством была стрела, от которой я инстинктивно увернулся. Она пролетела всего в десятке сантиметров от моего лица, и попала в руку демону. Тот зашипел и оставил Виктора, за долю секунды преодолел десятиметровое расстояние между нами, взмахом руки — швырнул меня в сторону, и ударил кулаком, на котором я увидел только три пальца, по стрелку.
-— Брат, остановись! — взревел тот и увернулся от удара, -— Это все — гниль, она неправильная, не надо подобаться низшему, проснись!
Но демон не просыпался. Точнее, человек внутри него.
Теплая рука Виктора подняла меня за грудки из снега.
-— Одержимый. Но не нормальный. Я такого еще не видел, -— сказал он, -— Стрелок — Евгений Лисицын, первокурсник стихии земли. Его отец — Майор местного казачества, неплохая такая шишка в армии. Был под подозрением в махинациях, связанных с черным рынком. Скупка демонических органов, продаваемых черными алхимиками.
-— К чему вы это?
-— Я просто, -— он виновато улыбнулся, -— Не зря подозревали. Видишь, как он двигается?
Я проследил за его рукой и обомлел. Движения стрелка были неестественные. Нечеловеческие. Он широкими прыжками наращивал расстояние от демона, а потом, пулей, оказывался рядом и бил его по ногам, постоянно что-то крича. А еще, блеск в его глазах был очень знаком мне.
-— Он тоже одержимый?
-— Наркоман. — сухо ответил Виктор. — Они получают силу и наслаждение, потребляя внутривенно демоническую гниль. — Она — редкость, но до сих пор есть на рынке. Вена на руке демона — исколоты. Такого вида употребления я еще не встречал.
-— А с учетом, что рядом полноценный граф, у них постоянная доза.
-— Именно, -— Виктор распрямился, и вновь сделал из трости копье, -— А вот второй — не знаю кто. Тоже, скорее всего, из академии, раз братом его называет. Не помню, кто с Евгением живет.
-— Вы знаете всех учеников? — удивился я.
-— Я мониторил силы, чтобы набрать группу. Этот, -— он указал копьем на стрелка, -— Слабак. Но его оружие — смертоносное. Стрелу видел? — получил утвердительный кивок, -— Стрела Икара. Запрещенное оружие в Европе. Убивает, если коснется крови человека. Но, если получит преграда на своем пути, дерево там…
-— Или песок, -— прервал его я.
-— Да. То — теряет свою особенность и остается бесполезной стрелой, которой разве что, в зубах ковырять.
«Если она должна убивать, то, получается, то, что выжила Анна — это чудо?» -— промелькнуло в моей голове, -— «Или подобным орудием невозможно убить некроманта? Придется тратить две стрелы?»
Но этот вопрос я не стал задавать.
-— Вася, это я, Женя! В тебе отрава! — прозвучал пронзительный крик, и мы увидели, что стрелок был прижат огромной, волосатой лапой с тремя пальцами к земле. — Услышь меня! У меня есть чистая гниль, не та, которую дал тебе горбун! Мы сможем тебя вернуть, просто дай мне тебе помочь.
Его слов мне хватило, чтобы все понять. Но боясь, что это может разузнать и Виктор, жестом пригласил его двинуться в атаку, пока демон занят.
Он одобрил мое предложение, и синхронно, усиливая тело магией, мы ринулись вперед.
Резким, горизонтальный взмахом, я перерубил связки на ногах левой ноги демона, которая удерживала в земле лучника, а Виктор, проткнул правое плечо, заставляя руку демона отпустить большущий булыжник, который с грохотом приземлился на место.
Демон взревел. В глаза лучника проблеснул страх, и я увидел, то, что интересовало меня.
Небольшая сумка в его руке, как б намекало на то, что она явно не для книг. На момент, когда нога демона чуть сместилась, лучник начал выбираться. Я посмотрел наверх, увидел, что Виктор занят плечом и не смотрит на меня, повернул голову обратно.
И, рубанул.
В удар я вложил как физическую силу, так и магическую, оставляя на месте плеча Евгения — открытую рану, отсекая его левую руку. Магия огня, которая сопровождала мою атаку — сразу же, обуглила рану, но крик стоял ужасный.
Пнув ботинком противника в лицо, опрокину того на землю, я мимолетно посмотрел на Виктора, который впихивал копью глубже, заставляя демона кричать от боли, и смахнул с земли сумку, не заглядывая в нее.
Держа лезвие клинка в десяти сантиметрах от ног Евгения, который, пытался проползти подальше, машинально, не глядя, нарыл в плотной сумке две склянки, которые перекочевали в мой внутренний карман.
