К третьему этапу тренировки я подошёл не разогретым и бодрым, как полагалось — уставшим и «помятым», будто не разминался, а бился «стенка на стенку». Малолетние «ветераны» самбо поделились на пары — отрабатывали самостраховку при падениях после бросков. Новичков тренер отогнал в сторону от «опытных» бойцов: нас он заставил кататься по полу — «группировать» тело. Простейшее упражнение… оказалось для меня таковым лишь в теории. Я вертелся на полу по соседству с Зоей Каховской (бёдра прижаты к туловищу, колени разведены, пятки касаются ягодиц). И ругал себя за то, что не купил кимоно: сейчас полагал, что делать знакомые упражнения в привычной для меня (но не для Миши Иванова) спортивной форме было бы легче и проще.
С «правильным» выполнением самостраховки нас познакомил Саша Кузин (под присмотром Дмитрия Петровича). При этом парень дословно повторял любимые выражения Верховцева (от чего тренер недовольно хмурился, но не поправлял мальчишку). Кузин первым учил меня страховке при падении и в прошлый раз (история повторялась). Вот только теперь я не посматривал на Сашку, как на образец мудрости. Потому что видел: Кузя пока и сам не отработал должным образом движения — достиг в самостраховке лишь уровня «начинающий». Но Сашка всё же втолковал новеньким, что основная задача самбиста при падении — сгруппироваться и погасить удар о ковер. И сделать это спортсмен мог тремя способами…
—…Можете выполнить перекат, чтобы это… погасить энергию, — говорил Кузин. — Либо сделать из рук и ног тормоза…
— Амортизаторы, — поправил я.
—…Точно! — сказал Саша. — Сделать из рук и ног амортизаторы.
В качестве демонстрации работы «амортизаторов» он топнул ногой по полу.
— И третье — погасить удар хлопком.
Кузин вдруг упал (Каховская пугливо отшатнулась), лихо ударил рукой по поверхности мата. Звук хлопка получился громким (я посчитал этот факт единственным достоинством этого «показательного выступления»). Мальчик горделиво взглянул… на Зою, резво поднялся на ноги, одернул кимоно. Пашка и Валера восторженно выдохнули. Помнится, в тот «первый раз» я тоже посчитал Кузю «настоящим мастером». Но не в этот. Теперь же я не сдержался, покачал головой. Мой намётанный глаз рассмотрел в Сашкиной страховке целую вереницу из грубых ошибок. Но я промолчал. Дмитрий Петрович не заметил мой жест (или не обратил на него внимания) — велел Кузину показать нам «перекат на спину из положения сидя».
Сашка послушно выполнил тренерское указание.
А потом я услышал слова, что запомнились мне в прошлом на всю жизнь (я сам неоднократно повторял их после новичкам).
— Саша молодец, — сказал Верховцев. — А вы запомните главное. При падении необходим мощный удар по полу. Тут нельзя жалеть руку. Должны сработать все мышцы руки: от плеча до кисти. Должно быть немного больно. Именно кисть принимает весь удар на себя!
Тренер показал нам свою большую ладонь (я вспомнил его крепкое рукопожатие).
— Голову прижимайте к груди. Перед падением представляйте, что вы подбородком удерживаете на груди сторублёвую купюру — если банкнота выпадет, то она отходит вашему противнику. А новую купюру вам придётся просить у родителей. И так при каждом падении — пока ваши родители не угодят в долговую яму.
Дмитрий Петрович ухмыльнулся.
— Ладонь не щадить! — отчеканил Верховцев. — Шею не расслаблять — подбородок прижимать к груди. Это понятно?
Новички (и я) дружно кивнули.
— Замечательно, — сказал тренер. — Ваша задача на сегодня — правильно выполнить «перекат на спину из положения сидя». И сделать это не меньше сотни раз. Не забывайте про подбородок. И подсчитывайте долги ваших родителей. Всё. Хватит отдыхать, бойцы. Приступайте к работе.
Дмитрий Петрович приободрил нас строгим взглядом. И похромал к упражнявшимся в парах спортсменам. До самого окончания тренировки он не сказал нам больше ни слова. Но я знал, что он не выпускал нас из поля своего зрения. Верховцев уже сейчас прикидывал наши возможности. Мне он позже признался, что ещё на первом занятии рассмотрел во мне и в Валерке Кругликове будущих чемпионов. И через три года после той первой тренировки перечислил все допущенные мной (Пашей Солнцевым) сегодня ошибки. Тренер рассказал, какие слабости и недостатки во мне тогда выявил (как в бойце), и какой путь их исправления наметил. Я проводил Виктора Петровича взглядом, сел на мат, прижал бёдра и подбородок к груди.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Отметил, что Паша и Валера посматривали на меня, копировали мои действия (брали пример со старшего товарища). Следила за мной и замершая в нерешительности Зоя Каховская. Я не заставил зрителей долго ждать. И не понадеялся на пока не существовавшие навыки — проконтролировал положение своего тела. Задержал дыхание (падение на вдохе вызывало неприятные ощущения), сделал перекат на согнутой спине, не изменяя положения группировки. Коснулся поверхности мата лопатками, ударил по ней вытянутыми руками (ладони направил вниз; угол между туловищем и руками сделал примерно равным сорока пяти градусам). Проследил, чтобы момент удара руками крестец был приподнят над полом.
Удар отозвался в ладонях той самой болью, о которой упоминал тренер. Я знал по собственному опыту, что скоро эта боль превратится во всего лишь индикатор, отмечавший правильность выполнения страховки. Потом я привыкну и перестану обращать на неё внимание (как и на боль в натруженных мышцах). Я оторвал подбородок от груди — отметил, что «сто рублей» при падении не выронил. Усмехнулся, повернул голову и встретился глазами с взглядом Дмитрия Петровича — Верховцев одобрительно кивнул (как делал это в моих воспоминаниях сотни раз). Петрович никогда не хвалил учеников незаслуженно — его кивок означал, что я справился с упражнением «на отлично». Тело Миши Иванова с сегодняшней задачей справилось.
Справа и слева от меня раздались хлопки Каховской, Кругликова и Солнцева — будущие чемпионы проделали первый шаг по пути к «большим победам».
* * *
После тренировки Верховцев объяснил нам свои требования и пожелания — всё то, что я давно выучил наизусть. Упомянул тренер о пунктуальности, о недопустимости прогулов, о поведении на занятиях. Потребовал, чтобы мы не стеснялись обращаться к тренеру с вопросами. Посоветовал не наполнять живот жидкостью перед занятиями. Велел часто обрезать ногти, чтобы не навредить партнёру. Сказал, чтобы мы не переходили к новым упражнениям, пока не отработаем самостраховку и основные приёмы — это приведёт к неправильной технике и травмам. Велел соблюдать режим и правильное питание.
Тренер повторил для Зои мои слова о переводе в старшую группу (к старшим мы отправимся только после сдачи «лично» Верховцеву «самостраховки»). Виктор Петрович рекомендовал мне «уже сейчас» приобрести кимоно. Он похвалил Павлика и Валеру за упорство и трудолюбие, проявленные на сегодняшней тренировке. Высоко оценил «акробатические способности» Зои Каховской. А ещё тренер поинтересовался, каким видом спорта я занимался до самбо. Ответил Петровичу от лица Миши Иванова: до сегодняшнего дня венцом моей спортивной карьеры была утренняя зарядка. «Но я кое-что читал о самбо в газетах и журналах».
* * *
«Прочитанными в журналах» сведениями о самбо я щедро делился с другими новичками. Потому что хотел наладить дружеские отношения с Павликом Солнцевым. Помнил о своей (а значит, и о его) любознательности (когда-то я жадно перечитывал все статьи в «Советском спорте», что касались борьбы). Потому активно ею пользовался: активно просвещал Зою, Пашу и Валерку на тему «самбо и всё, всё, всё…». По лицам мальчишек (и по выражению лица Каховской) видел, что им мои рассказы интересны. Потому я без устали черпал из памяти связанную с борьбой информацию, облекал её в слова.
Прислушивались к моим рассказам и «ветераны» спорта — мальчишки и девчонки, занимавшиеся «самообороной без оружия» уже не первый год. Поначалу (ещё в «раздевалке») рядом со мной вертелся (из «опытных») лишь Саня Кузин. Но мои рассказы привлекали внимание всё большего количества детей. Тема борьбы и истории появления «самообороны без оружия», как вида спорта (и не только), заинтересовала многих. На звуки моего голоса пришли и девчонки (их в группе было втрое меньше, чем парней). Ещё рядом с борцовским залом вокруг меня собралась большая компания слушателей.
