Самокат обнаружился в груде веток неподалеку.
Я вытащила его и с облегчением убедилась, что жесткое приземление ему, как и мне, не повредило. С запозданием сообразила, что очки тоже слетели в процессе посадки, и отправилась искать уже их. Темнело. Поиск становился все сложнее. Наконец я остановилась и сняла рюкзак. Конрад тут же высунулся наружу.
– Мы прибыли, – объявила я. – Куда-то. Надо еще понять, куда. Но я потеряла очки. Помоги, пожалуйста.
Кот пренебрежительно выдохнул, намекая, что с ним такого бы никогда не случилось, выпрыгнул на землю и растворился в темноте. Я зябко обхватила себя руками. Снимать плащ не хотелось. Хотелось переодеться в сухое и поесть горячего, чтобы наконец согреться.
Я мечтательно представила себе горячую ванну и тут же прогнала из головы эту заманчивую картину. Такое счастье мне светило не раньше, чем я доберусь до города. То есть, непонятно когда, учитывая, что я представления не имела, где оказалась.
Я прошла вперед по расчищенной просеке. За кота можно было не волноваться, я была уверена, что он легко найдет и очки, и меня. Нужно было сориентироваться и решить, куда двигаться дальше. Во всем окружающем была некая смущающая неправильность. Что-то царапнуло меня сразу, как я открыла глаза, но я никак не могла понять, что же это было.
Сумерки плавно сменились окончательной темнотой. Конрад прыгнул мне на плечо и гордо предъявил зажатые в зубах очки. Я тут же натянула их на глаза. За деревьями неподалеку мелькнул знакомый отблеск, и я направилась туда. Через несколько шагов я увидела сети полностью, а еще через мгновение сообразила, что именно показалось мне странным.
Лес не просто был похожим. Я вернулась на то же самое место, с которого вчера совершила прыжок в горы. Если точнее, я вернулась к началу дороги, по которой за мной гнался неведомый преследователь. Мысли об отдыхе тут же растаяли, а вялая расслабленность сменилась напряжением.
Если кто-то знал, что означали яркие вспышки сетей, он мог появиться здесь гораздо быстрее, чем мне хотелось бы. В моих интересах было оказаться к этому моменту как можно дальше отсюда.
– Полезай в рюкзак, – скомандовала я коту. – Валим отсюда, пока у нас не появилась компания.
Конрад перебрался за спину, и рюкзак снова потяжелел. Я потратила несколько драгоценных мгновений на то, чтобы снять его со спины и плотно затянуть завязки. Не стоило рисковать потерей драгоценного содержимого. Закинула груз на плечи и помчалась вперед.
Я набрала такой темп, что сети снова понемногу начали светиться. Перенестись опять в неизвестные края совсем не хотелось, так что приходилось держать баланс между тем, чтобы продвигаться быстро и случайно не активировать свое перемещение.
Я чутко прислушивалась. Лес вокруг меня жил своей обычной жизнью. Ухали совы, шелестели звери, но никаких крупных хищников в округе не было. А главное – не было слышно людей. Ближайший город был примерно в дне пути от Авейро, но теперь я не была уверена, что мне стоило там показываться.
На небосклон вскарабкалась круглая луна. Моя собственная тень, карикатурно изломанная из-за растущих вокруг деревьев, теперь догоняла меня. Выглядело это довольно жутко. Я едва не улетела вниз, увлекшись её разглядыванием, и поняла, что уже наступила середина ночи.
Энергия, которая заставляла меня двигаться вперед, потихоньку рассеялась. Тело снова начало болеть, горло скребло, а в желудке урчало, напоминая о том, что с обеда миновало уже слишком много времени. Пора было остановиться.
Я спрыгнула вниз и решила поставить палатку прямо около сетей. В полупрозрачном осеннем лесу всё равно не вышло бы как следует замаскироваться. Вскоре мой верный походный дом был снова развернут. Я развела костер из обычных дров снаружи, чтобы не тратить драгоценное топливо. Дождей здесь давно не было, так что ветки занялись легко и горели чисто, не давая много дыма.
Конрад отправился на охоту сразу, как я начала разворачивать лагерь, и вскоре вернулся, торжественно неся добычу в зубах. На сей раз это была не водяная крыса, как в наше прошлое путешествие, а вполне съедобно выглядящая перепелка.
Вот только я так устала, что при одной мысли о необходимости обдирать перья и потрошить птицу, руки опустились. Да и источника воды поблизости не было. Поэтому я поблагодарила кота и сказала, что обойдусь лепешками. Он высокомерно зафыркал и снова исчез в кустах вместе с птичкой.
Я разогрела на огне сразу две лепешки, чтобы поддержать свои силы. В подогретый отвар добавила несколько капель травяной настойки из рюкзака. Немного подумала и подлила еще. Болеть мне было ни к чему. Особенно сейчас, вернувшись в центр непонятных событий.
Получившееся зелье обожгло горло, заставив не на шутку раскашляться. Теперь я пила напиток мелкими глотками, чувствуя, как становится теплее. В голове зашумело. Я поспешно схватила лепешку и принялась жевать, одновременно обдумывая свое положение. По всему выходило, что мне имело смысл не оставаться в ближайшем городе, а двигаться дальше.
Мелькнула было мысль и вовсе туда не заходить, но я от нее отказалась. Припасов у меня не было, а ярмарки в деревнях закончились. Одинокую путницу, которая появилась из леса и ушла в лес, непременно запомнят. Оставлять следы мне было ни к чему. Гораздо удобнее будет купить всё в городе, где никто ни на кого не обращает внимания. На этот раз я собиралась держаться от башни так далеко, как только смогу.
Мои поиски так и не были завершены, но разум вместе со всеми инстинктами дружно кричали, что снова приближаться к башне будет слишком опасно. Вот только я и в прошлый раз оказалась там не по своей воле. Я медленно жевала горячую лепешку, запивала ее своим огненным питьем и вспоминала, как появилась в Авейро несколько недель назад.
Глава 12
Я шла по тракту, переполненному людьми. Было непросто удержаться и не смотреть по сторонам во все глаза, как мне очень хотелось. «Это выдает провинциалку и бросается в глаза, а тебе надо быть неприметной!» – прогрохотал в голове воображаемый голос наставника, но на этот раз даже он оказался бессилен. Слишком уж отличались окрестности Авейро от всего, что мне случалось видеть раньше.
Я была еще ребенком, когда жила в Приграничье. Да и тамошние города, по правде говоря, не слишком далеко ушли от деревень. Позже мы с наставником и вовсе перебрались на архипелаг Борнхольм. Самым крупным из его островов был Эренсун. Поселений на нём было немного.
Северяне жили тесной общиной,
