– Вот и посмотрим, – ухмыльнулся мастер Дор'оэнес. – Пусть приходят ваши парни к нам на тренировки. Имена мне потом скажете, я пропуска закажу охране академии.
– Какие пропуска? – В зале объявился Уеаткон, нагло пропихиваясь в толпе рослых шитеров. – Кому пропуска?
– Будущим участникам соревнований. Вот, тут студентка Бальмануг обеспечивает нашу академию международными отношениями по всем направлениям, – усмехнулся мастер Дор'оэнес, заставляя девушку смутиться от новой порции взглядов, обращенных к ней. – Будет с кем тренироваться моим ученикам. А твои орлы согласятся к нам присоединиться, Артам?
Уеаткон тоже глянул на окончательно стушевавшуюся Хелен, но ответить не успел. В зале появились старшие Ларки вместе с Барионом, толпа мужчин всколыхнулась, шитеры вновь загалдели на своем языке.
Хелен непроизвольно поискала взглядом Лернавая, но его не было видно. Тревога на миг коснулась ее, затем девушка успокоила себя тем, что вряд ли бы братья сейчас добивали дознавателя, если тот вышел из круга.
– Итак, раз наш жених выстоял ваш бардакард, то мы забираем эйру Бальмануг, – объявил Уеаткон, обводя взглядом собравшихся шитеров.
Хелен глянула на Шимна, тот, уже полностью одетый и даже не запыхавшийся, с довольным оскалом кивнул. Граф Уеаткон протянул руку девушке, но Бальмануг подобрала юбку обеими руками и развернулась к выходу, даже не думая реагировать на жест Артама. Поскольку тот опять нарушал огертский этикет – провожать девушку на выход должны не гости, поскольку она не с ними сюда пришла, а хозяева или члены ее семьи. Да, мог еще старший по иерархии изъявить такое желание, но раз у Ларков в Адинае положение примерно графское, то они с Уеатконом вроде бы ровня получаются. То есть зря Артам тянет к ней руки, да и не сбежит она, раз договорились.
Вышли во двор. Света от фонарей было достаточно, чтобы увидеть, как на задворки большого конного экипажа, что стоял во дворе, пристраивают пару сундуков. Шелли, что вышла вместе с Хелен, вздохнула рядом:
– Ты ведь будешь заглядывать к нам в гости? Не забудешь?
Сердце Хелен опять словно крепкой рукой сжали. Будь ее воля, никуда бы она от Ларков не съезжала. Не хочет она ехать в чужой дом! Но вместо слов повернулась и крепко обнялась с сестрой, стараясь сдержать слезы.
– Не думайте, что мы оставим вам сестру совсем, будем приглядывать и за ней, и за домом, где она живет, – в это время сообщал в стороне Шимн Уеаткону. – И с ирнами вы одни не справитесь.
– Хелен будет жить в доме, самом защищенном в Брулмепе, – спорил с шитером граф Уеаткон. – После дворца, конечно. Хелен, может, лучше сразу во дворец тебя забрать? Что скажешь? Там тебе интереснее будет, столько людей, возможностей... кхе, – осекся он под ее взглядом. – Да и парков для прогулок больше.
Но нервничающей девушке было не до шуток Артама, она нервно мяла ткань юбки в ожидании отъезда.
Уже и транспорт готов, только жених где-то пропал.
Но вот появился и он в компании с Мермотом.
– Эйра Бальмануг, мы подписали предварительное соглашение, правда, пока в одном экземпляре, – зачастил законник. – Прошу прощения, я не успел дописать второй экземпляр за выделенное мне время. А нужно же еще для регистрационной палаты... Но подпись жениха мы получили на своем экземпляре, и я сразу же займусь подготовкой всех остальных бумаг. Которые подпишем полностью в ближайшие дни.
– Вот, даро Шимн, вы тоже поставьте здесь свою подпись, – совал бумаги Мермот, уже привычно крутясь в толпе рослых шитеров. И поскольку старший Ларк вопросительно глянул на Хелен, законник зачастил дальше. – Эйра Бальмануг, я учел и добавил в соглашение все ваши условия, которые вы озвучивали! И о сире Ари тоже добавил. Не переживайте, документ составлен по всем правилам, но если вы хотите вначале проверить...
Нет, проверять сейчас бумаги Хелен была не в состоянии, Мермоту она доверяла, поэтому просто кивнула Шимну. Она сама за всей этой суетой забыла о документах, но Ресин молодец, получается, не на драку таращился, как другие, а спешно оформлял бумаги.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В это время Лернавай, уже опять полностью одетый в черный костюм и застегнутый на все пуговки, прошел до экипажа и развернулся. Протянул руку в сторону девушки, тем самым приглашая ее усаживаться уже. И словно холодные пальцы коснулись груди Хелен.
– Напоминаю, что еще нужно клятву принести, – потребовала она.
Потому что эйрам веры нет, даже с подписанными документами.
Пальцы мужчины сжались практически в кулак, рука опустилась. Тем не менее в окружении притихшего народа Его Сиятельство, граф Раймонд Лернавай скупо отчеканил слова магической клятвы, что не позже, чем через год от заключения помолвки с эйрой Бальмануг эту помолвку расторгнет, не доводя дело до свадьбы.
– Чтобы не случилось за это время, – упорно подсказала девушка, стискивая пальцы перед собой до боли.
– Чтобы не случилось за это время, – послушным эхом отозвался дознаватель, буравя Хелен тяжелым взглядом.
Закончив говорить, мужчина вновь поднял руку и теперь в свою очередь давил ожиданием. А Хелен стушевалась – она была без перчаток! На улице зима, и приличная эйра не должна выходить из дома без перчаток, которые берегли бы нежную кожу ее рук. Но девушка и в родном мире, где зимой были настоящие морозы, часто пренебрегала этим аксессуаром, проще же руки в карманы засунуть, пока бежишь до метро или отапливаемого автобуса. И в этом мире, где зима очень теплая, а компания была чаще шитеровская, тоже часто забывала о перчатках.
Но теперь ей положено ответить на жест "жениха", игнорировать его, да при стольких свидетелях – это как прилюдно разругаться, демонстративно выказать неуважение. Но зачем ухудшать их и без того ужасные отношения?
Лернавай ждал с протянутой рукой, окружающие притихли, не понимая, из-за чего заминка. Тогда Хелен через силу подняла руку и вложила свои пальцы в мужскую ладонь. Совсем немного, едва касаясь чужой горячей кожи, лишь символически обозначая сам жест.
Да, касалась обнаженной кожей также оголенной мужской руки. Хотя потомственный эйр мог и озаботиться наличием перчаток, негодовала про себя девушка. Утешало, что с женихом подобные вольности, наверное, допустимы. К тому же в свидетелях шитеры, они не в курсе подобных мелочей, а Уеаткон вряд ли будет потом болтать о таком мелком недоразумении в обществе. "Пусть молча завидует" – скрипнула зубами Хелен, пытаясь не смутиться.
Сделала шаг по направлению к ступеньке экипажа, но опять запнулась. Поскольку чужие пальцы сомкнулись крепко на ее руке, перехватывая удобнее. Нагло сжали, словно захватывая в плен. Девушка попыталась незаметно потянуть ладонь на себя, но ее руку не отпускали.
Подняв глаза, Хелен столкнулась с темным взглядом дознавателя. "Так, кажется, мне уже нужен тот самый молоточек для мяса! – поджала она губы. – Интересно, в сундук мне его Кеора положила? Как самую важную часть приданого?".
"Странно, что дознаватель всё еще на ногах, – думала Хелен, не отрывая взгляда от мужчины. – Мало его, что ли, били братья? И куда он свои наны дел, если впитывать обратно не умеет? В землю утопил? Большие там воронки остались? Как это, вообще, бывает у других нанщиков? Но энергию он точно потерял". Лицо эйра было чуть осунувшимся, темные волосы, кое-как зачёсанные назад, немного влажные. Темные круги залегли под глазами Лернавая, которые тот не отводил от лица девушки.
– Мы проводим Хелен до нового дома. Который вроде как самый защищенный в Брулмепе, – заявил сзади Шимн, прогоняя неловкость, что охватила девушку. – И проследим заодно, чтобы в дороге ирны не пристали к вам.
Хелен поспешила скрыться внутри экипажа, наконец-то забрав свою ладонь из чужого захвата. Следом за ней в салон скользнули Шимн и Шан. И только сейчас Хелен обратила внимание, что с одной стороны у виска Шана волосы подпалены, но ничего не спросила. Мужики сами захотели развлекаться, еще хорошо, что жертв нет.
