— Нет, почему же? Когда она заснула на уроке, то он написал на ее лбу «Не верьте». Несмываемой краской. Потом родителей Зенона вызвали на собеседование. И как думаешь, что ответила мама Зенона учительнице? О, это мой любимый момент! Какая женщина, какая женщина! Она сказала, что если учительница еще раз не сдержит обещание данное детям, то самолично сделает эту надпись в два раза ярче!
Я столько никогда в жизни не смеялась! И когда Эрцгерцог сказал, что у него дела, а Аниэль встала следом за ним, то я почувствовала легкую грусть. Ото всех. Никто не хотел прерывать беседу, но дела требовали нашего присутствия. Эх, лучше бы мы еще посидели в кабинете.
Выйдя в коридор, я едва не упала: какая-то дама ураганом пролетела мимо, заставив меня отшатнуться.
— Эрцгерцог! — с придыханием сказала она. Вот актриса, а? Хотя, признаюсь, вышло это придыхание у нее естественно и красиво даже на мой придирчивый взгляд.
— Леди Кэйнор, спокойнее. — Эрцгерцог попятился от дамы. Ну конечно! Она же его своим бюстом почти атаковала, я бы тоже испугалась нашествия двух шаров для боулинга.
Но Эльба не привлекли ни ее потрясающая фигура, ни красивое лицо, ни шикарные волосы. Я чувствовала, сколь он равнодушен. Более того, эта дама вызывала у Эрцгерцога лишь раздражение. Я перевела взгляд на Аниэль: она как-то сразу потухла, улыбка из теплой превратилась в тусклую. И мне стало так обидно за Аниэль, такая злость взяла, что вот эта красотка, сама того не зная, портит чужое счастье, что я, подойдя к Зенону, с превеликим удовольствием наступила ей на ногу.
— Ой, простите меня.
Зараза! Даже я поняла, как фальшиво звучали мои извинения. Ужас просто! Эрцгерцог перевел недоуменный взгляд на меня, а я скосила глаза в сторону Аниэль. Кажется, меня прекрасно поняли. И пока леди Кэйнор пыхтела от возмущения, полностью сосредоточившись на мне, осматривая, как будто я была финалисткой на конкурсе красоты, Эрцгерцог схватил Аниэль за руку и ушел прочь. Я облегченно вздохнула, потом заметила взгляд роскошной дамы и предусмотрительно встала Зенону за спину. На спину Зенона смотреть намного приятнее.
Глава 38
Сегодня я преступила к поискам осколка. Мне было стыдно за то, что я до сих пор этого не сделала. Даже если опустить тот факт, что я оттягивала неприятное дело, я еще и подставляла девчонок. Кто знает, что сделает этот сумасшедший дух, если мы будем собирать его осколки слишком долго?
Поэтому, прочитав предварительно толстенный талмуд «Законы перемещения посторонних предметов из других миров», который посоветовал мне Картер, я составила план поисков.
Все же Картер попытался вывести меня на чистую воду. После долгих хождений вокруг да около, я соврала, что потеряла одну вещь при перемещении. Поэтому мне нужно было найти. Картер понедоумевал, почему я не обратилась к Зенону, но подсказки, с чего начать, дал.
Теперь я прочесывала кусты под окном той комнаты, где я эпично свалилась прямо на стол переговоров из своего мира. Разумеется, я предварительно нашла метаморфов, которые отвечали за уборку территорий и расспросила, не находили ли они что-нибудь необычное. Меня завели на склад, где были потерянные вещи, но, разумеется, никакого осколка бутылки я не нашла и в помине.
Поэтому сейчас лезла в кусты неизвестных земной науке растений. Растения, между тем, не особо стеснялись, и тоже лезли ко мне. Щекотали запястье, а когда я начинала хихикать, куст трясся от смеха вместе со мной. Господи, никак не привыкну, что растения здесь такие… живые.
Я очень надеялась, что осколок найдется в кустах, потому что попасть в зал военных советов и соседние кабинеты будет намного сложнее. Можно было бы, конечно, попросить помощи у Зенона или Райне. Но тогда пришлось бы объяснять все про осколок, откуда и почему.
Сейчас я четко осознавала: надо было рассказать все с самого начала. Но когда это я поступала разумно, а? Солгала раз, второй, потом недоговорила. И теперь попросту неловко начинать разговор. Тем более, Зенон уже как-то раз обмолвился, что не терпит лжецов. Не хотелось бы терять его доверие и уважение.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Леди Элейн, а что вы тут делаете?
Я вздрогнула. Вот уж кого нелегкая принесла! Я постаралась выбраться из кустов как можно более изящно, что мне удалось, спасибо этим самым кустам, которые поддержали.
Леди Кэйнор, которую я видела всего несколько раз и предпочла бы больше никогда не встречать. После того, как я наступила ей на ногу, мне казалось, что она объявила мне вендетту и преследовала повсюду, создавая конфликты на ровном месте. Хорошо еще хоть то, что леди Кэйнор, как и многие, опасалась Зенона, с которым я практически всегда была рядом. Иначе бы мне точно было несдобровать.
Жгучая брюнетка с раскосыми глазами и симпатичной фигуркой. И с языком острее бритвы, а взглядом она меня прожигала так, будто я у ее детей забрала последний и единственный кусок хлеба, который она собственноручно зарабатывала целую неделю. Без сна и перерыва на отдых.
— Ха-ха, — неловко рассмеялась я. — Как что, знакомлюсь с этим чудесным растением!
Растение меня поддержало, зашевелив листьями. Я осмотрела свои руки, которые запачкались, увидела подол платья с чуть ободранным краем. Видимо, леди Кэйнорм это тоже заметила, ее змеиные глаза сощурились, она улыбнулась так, что даже мои новые знакомцы-кусты съежились, и произнесла:
— Надо же, какие у вас нестандартные знакомые! Впервые встречаю тех, кто общается с растениями, тем более такими ободранными. Хотя мой отец всегда говорил, что подобное притягивает подобное, потому я не удивлена.
Я посмотрела, как эта напыщенная мадам, поплевавшись ядом, покидает меня. Ну и скатертью. Вот только кустик зачем обижать? Кустик-то весьма симпатичный, о чем я не преминула этому самому кусту сообщить, чувствуя себя полной идиоткой.
Глава 39
Я никогда не была особо везучей, хотя и неудачницей себя назвать не могу. На экзамене я тянула тот билет, который вроде и знала, но не слишком хорошо. Шкафчик в бассейне мне доставалась не сломанный, но неизменно заедающий. Даже булочки мне доставались средней свежести, а не горячие. То есть я могла бы себя охарактеризовать как барышню средней везучести.
Но именно с поиском осколка мне не везло тотально. Мало того, что кусты и коридоры не оправдали моих надежд, так еще и не было никаких идей, как попасть в зал военных собраний и прилегающие к нему кабинеты.
Радовало только то, что один из кабинетов около зала военных собраний принадлежал Райне, о чем я узнала совершенно случайно!
Однажды Зенон попросил отнести меня какие-то очень важные документы, попутно объяснив, как найти кабинет Райне. Как я тогда радовалась! Недолго, кстати, потому что попасть в кабинет Райне без Райне было невозможно (что, в общем-то, логично). А с Райне кабинет невозможно было тщательно обыскать. Что вылилось в то, что я заглядывала туда практически каждый день, осматривая видные места и надеясь, что кто-то позовет хозяина кабинета наружу, а я смогу осмотреться (покопаться) тщательнее. И да, мне было очень стыдно! Но я действительно не знала, что делать. Своими действиями я добилась только одного — ревности Зенона.
— Элейн, ты опять к Райне? — спросил Зенон, когда я рассортировала все его документы по полочкам и собралась уходить.
— Да, — ответила я без задней мысли.
И только двинулась по направлению к двери, как сзади меня схватили крепкие руки и прижали к груди.
— Зенон?
— Не пущу, — прошептал он мне на ухо, заставив вздрогнуть от теплого дыхания. — Никуда тебя не пущу!
— Э-э-э… — Я растерялась, а разум быстренько отключился. Честно говоря, он так всегда поступал, когда я оказывалась в объятиях Зенона. Эти объятия — теплые, сильные — нужно было признать противозаконными, потому что они были не менее опасны, чем поцелуи.
— Вот тебе и э, — передразнил меня Зенон. — Скажи, мне нужно ревновать? У вас с Райне что-то есть?
