— Причем тут я?
— Хочу пообедать с тобой, раз уж никак не выходит поужинать, — раскрыл он сразу свой коварный план.
— Я не буду с вами обедать. Тем более тут.
— Опять не положено?
— Именно.
— Ладно. А что ты обычно заказываешь на обед?
Я прикрыла глаза, выдохнула. Даже говорить не хотелось, что обычно я обедаю тут, чем расщедрится кухня. Или дома. Во время учебы в институтской столовке. Но Нечаеву об этом знать, конечно, не стоит.
— Гречку, котлетку и компот, — сварливо ответила я.
— Прекрасно, откликнулся Кирилл. — Я буду то же самое.
Он взял меню со стола, протянул мне. Я попыталась взять, но он тут же отпустил папку, и она плюхнулась на стол в очередной раз.
— Это неприятно, согласись? — сверкнул на меня глазами Нечаев.
Я ничего не ответила, забрала меню и вылетела из випа, как пробка из хорошо растрясённой бутылки шампанского.
— Гречку с котлетой и компот, — выпалила я на кухне.
На мгновение работа замерла, и все повара уставились на меня.
— Для Нечаева, — добавила я таким голосом, словно это дракон требовал девственницу. И поскорее.
— Ася, ты ничего не перепутала? — обратился ко мне су-шеф.
— Нет.
— У нас нет этого в меню. Даже в бизнес-ланчах. Возможно, зразы или биточки потянут вместо котлеты, но гречка…
— Чего тут у вас? — нарисовался на кухне Дима.
— Нечаев требует гречку, — повторила я администратору.
— И в чем проблема? — развел руками тот, укоризненно глядя на повара.
— Так нет у нас гречки. Только та, что для обедов персонала. И та не вареная.
— Так свари! — рявкнул Дима и ушел обратно в зал, ругаясь под нос. — Как дети, ей-богу.
Я пожала плечами, мол, мое дело маленькое.
Су-шеф выругался длинно, красочно и полез в шкаф за гречкой. А мне пришлось пойти к Нечаеву снова, чтобы предупредить о небольшой заминке. Он с королевским видом принял извинение, проявил великодушное понимание.
— Посиди со мной, пока готовится, — попросил он и тут же добавил, оценив мою пренебрежительную гримасу. — Откажешься, знаю, но не могу не предложить.
Не знаю, что со мной случилось. Возможно, сработала реверсивная психология. Из вредности, а может, чтобы опять его удивить, я сделала несколько нерешительных шагов вперед и села на диван напротив. Скрестила руки на груди.
— Надо же, — усмехнулся Нечаев. — Может, ты и поговоришь со мной?
— Мы только и делаем, что разговариваем, Кирилл Александрович. Вам не надоело?
— Немного. Но только та часть, где ты меня оскорбляешь.
— Вам кажется. Я не…
— Ты — да, Ася.
— Как угодно.
— Почему ты так ведешь себя, зайчишка? Разве я тебя обидел?
От его пронзительного взгляда и глубокого, вкрадчивого голоса почему то захотелось зареветь. Мои шипы втянулись, и я стала похожа на ежика, только без иголок. Уязвимое, мягкое, беззащитное существо. Сглотнула, с трудом сдерживая тремор в голосе, ответила:
— Вы преследуете меня. Разве этого мало? Мне не нравятся эти игры.
— Ты лукавишь, Ася.
— Что?
— Ты сидишь здесь, говоришь со мной, реагируешь на каждое мое слово, откликаешься на каждую провокацию. Тебе это нравится, милая, — говорил он, сверля во мне дыру своими пронзительными глазами.
Я собиралась возмутиться, но он не позволил, продолжив чуть громче:
— И не делай такое лицо!
— Какое еще лицо? — возмутилась я, вскочив с дивана.
— Как будто от меня плохо пахнет. Как будто я недостаточно хорош для тебя. Как будто ты королева, а я чернь.
У меня дар речи пропал, а вернулся явно не полностью, потому что слов мне не хватало категорически.
— Дда я… Да вы… Как смеете? Арх, — рыкнула я в конце и вылетела из випа, словно за мной гнались все черти ада.
Как он смеет? Это у меня лицо? На себя пусть в зеркало посмотрит! Чертов пижон.
Через десять минут я отнесла Нечаеву его нехитрую еду, еще через столько же он уехал. Даже кофе второй раз пить не стал.
Если бы я не злилась на него так сильно, то расстроилась бы, что он не попрощался. Вопреки моим опасениям, на столе все так же лежали чаевые. Стандартная сумма. Дима рассчитался со мной сразу. Не знаю, откуда он взял деньги: из своего кармана или какого-то неприкосновенного запаса ресторанной кассы. Я отработала свое, остальное без разницы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Выходя из «Праги», я уже не радовалась, ни обновкам, ни хорошей погоде, ни выходному, ни дополнительному лёгкому заработку. Все было отравлено экстренным вызовом на работу и замечанием Нечаева о моем лице. Чтобы хоть как-то воодушевиться, я заглянула в кофейный магазинчик за холодным чаем. Дверь позади хлопнула не сразу, видимо, кто-то зашел за мной следом. Я не стала оборачиваться, протянула деньги, озвучив заказ. По спине прошёл холодок, когда я узнала парфюм мужчины, что стоял сзади меня.
— Американо, пожалуйста, — прозвучал голос Кирилла, когда я уже выходила.
И в этот раз я не обернулась. Почему-то опять навернулись слезы, хотя сердце сделало кульбит и по традиции забилось у горла.
Он не уехал, снова следил за мной. Сама не знаю, зачем, я решила подождать Кирилла у двери, а не удирать, подтверждая прозвище «зайчишка». Выйдя на улицу со стаканом кофе, он улыбнулся мне как-то печально, тепло и очень искренне. Я сглотнула ком.
— Ты домой? Давай подвезу? — Нечаев опять не дождался моего ответа. — Знаю, что откажешь, но не мог не спросить.
Он уже начал разворачиваться, направляясь к машине, которую припарковал прямо у кофешопа.
— Кирилл, — сама от себя не ожидая, позвала я его.
Он застыл на месте, как громом пораженный. Словно его имя из моих уст сработало заклинанием. А я продолжала делать что-то странное. Видимо, чтобы усилить эффект зомбирования и не отпустить своего несносного вип-клиента, я коснулась его руки своей, тихонько сжав.
— Я просто хотела пройтись, — объяснила я свой отказ, — а не уязвить тебя… снова.
Он стоял, не говоря ни слова. Действительно, как каменный. Разве что моргал.
Мой рот продолжал выдавать слова без участия мозга.
— Погода хорошая. Я не буду против, если составишь мне компанию. Это лучше, чем трястись в душной машине.
На этом месте Нечаев пришел в себя.
— С удовольствием компанию тебе составлю, — проговорил он, используя странный порядок слов в предложении. Магистр Йода вылитый. — Правда, у меня в машине не душно. Климат-контроль.
— А еще позолоченная панель и инкрустированный бриллиантами спидометр, — буркнула я себе под нос.
Кирилл улыбнулся опять.
— А теперь тоже не хотела меня уязвить?
— Нет. Хотела.
Я улыбнулась ему в ответ, а мой палец как-то своевольно и без разрешения от мозга погладил его ладонь. Кирилл опустил глаза, глядя на наши соединенные руки. Я поспешила отдернуть свою. Наверно, выглядела при этом, как школьница, которую застукали курящей в туалете. Нечаев ничего не сказал на это. Продемонстрировав чудеса такта, он чуть склонил голову и спросил:
— Идем?
— Да, конечно, — очнулась я.
Кирилл протянул руку к моей ладони. Я подумала, что он хочет взять меня за руку снова и едва не отпрыгнула. Но вместо этого Нечаев забрал у меня пакеты.
— Я понесу, — проговорил он, ухмыляясь, явно заметив, как я дернулась.
— Они не тяжелые, — попыталась возразить я.
— Все равно.
Глава 8. Эксперты
Мы пошагали вдоль проспекта. Как-то сразу завязался разговор. Кирилл спросил меня об учебе, сам рассказал, как был студентом того же универа. Только факультет другой. Тот же что и у Женьки. Мы говорили о городе, о жизни, ругали власть и налоги, сравнивали предпочтения в еде и отдыхе. Кирилл много шутил, постоянно улыбался. Я, не стесняясь, задирала голову, чтобы сквозь яркие солнечные лучи видеть его не менее лучезарную улыбку. Мы дошли до моего дома слишком быстро. Остановившись все на той же задней парковке, Кирилл протянул мне пакеты. А я вдруг поняла, что совсем не хочу с ним расставаться сейчас. Такого Нечаева я не знала, а может не хотела знать, старательно отгораживаясь от него сарказмом и гадостями, который так и сочились из моего рта во время его вип-визитов в «Прагу».
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
