Читаем без скачивания До последнего вздоха - Евгения Горская

Наконец дама откланялась, Телепин запер за ней дверь.

– Ну как она тебе? – спросил жену.

– Не знаю, – покачала головой Вика. – Посмотрим.

Он подсел к ней на диван, обнял, она легла головой к нему на колени. Жаль, что завтра рабочий день и придется от нее уйти.

Утром Света встретила Дашу горящими глазами.

– Какая из себя твоя свекровь? – От нетерпения Света вскочила со своего места, закрутилась около Даши, пока та шла от двери к своему компьютеру.

– Пониже меня, – начала описывать Даша. – С короткой стрижкой…

– Темненькая?

– Да. Вчера в черном платье была.

– Я ее видела, – кивнула подруга. – Она с родственницами стояла, а потом к ним наш директор с женой подошли. Твоя свекровь плакала все время.

– Значит, точно она, – подтвердила Даша. – Она ко мне вечером зашла, вся заплаканная.

– Она одна только и плакала. А родственницы стояли как аршин проглотили. Платки в руках мяли, а глаза сухие. Кто они Ирине, не знаешь?

– Тетка и двоюродная сестра. Сестра где-то за границей живет, приехала на похороны. Слушай, ты не видела, там одна бабуля была, совсем старая? Примерно как Иринина тетка, – прикинула Даша. – Правда, я не знаю, во что она была одета…

– Была старая бабка, – кивнула Света. – Когда на поминки ехали, она к родственницам подошла, сказала, что убийцу найдут и покарают. Или что-то в этом роде. Я как раз рядом стояла. А что?

– Света! – ахнула Даша. – Вспомни, как все это было.

– Что было?

– Как бабуля подошла, к кому…

– А что такое?

– Потом скажу. Вспоминай!

Даша прошла на кухню, включила электрический чайник, опустила по пакетику чая в Светину чашку и в свою.

– Ну… Все стояли около автобуса.

– Кто все? – терпеливо уточнила Даша.

– Родственницы, твоя свекровь, еще кто-то. Максим. Его директор перед этим окликнул. Сам директор, жена его… А почему тебе это так интересно?

– Потому что бабулю ночью убили.

– Да ты что! – поразилась Света. – А за что?

– Самой интересно знать. – Даша залила чайные пакетики вскипевшей водой, подвинула чашку подруге, вздохнула и принялась рассказывать все, что узнала от Гоши.

– Так ты думаешь, бабуля намекнула, что знает, кто убийца? – Света вышла из кухни, вернулась с двумя конфетами, одну сунула Даше, другую положила в рот. – И ее за это убили?

– Да ничего я не думаю! Вкусно, – поблагодарила Даша.

– Из мужиков там были директор, Максим и еще какой-то парень, знакомый нашего директора. Они перед этим разговаривали, я видела, – вспоминала подруга. – Слушай, а женщина может по голове насмерть ударить, как думаешь?

– Думаю, может, – кивнула Даша. – Бабка-то старенькая совсем, это тебе не дядя из спецназа.

– Иринина тетка вряд ли это сделала, она сама того гляди развалится…

– А сестра не могла взрывчатку подложить, она тогда за границей была. Она в Германии живет, мне свекровь говорила.

– Могла заказать.

– Кому? – Даша встала, вымыла чашку. – Нашему директору? Ну правильно, у него зарплата маленькая, он решил киллером подработать. Сама же говоришь, кроме Максима и директора, рядом мужиков не было.

– Еще один совсем рядом стоял, я же тебе говорила. А услышать могли многие, бабка ведь не на ухо шептала. – Подруга подумала и заметила: – А Максима опять нет.

– Наверное, бумаги к защите собирает, – предположила Даша.

Подруги еще поболтали немного и разошлись по рабочим местам, трудиться.

– Вадик, я пошла. – Дина чмокнула Вадима в висок, он поймал ее руку.

– Раньше почему не разбудила? – недовольно проворчал, прижимая ее пальцы к своей щеке. Ему было жаль, что она уже уходит.

– Спи, – улыбнулась Дина и высвободила руку.

Почти сразу хлопнула дверь. Он еще полежал немного и неохотно поднялся.

Сидеть на кухне без Динки было тоскливо, он заварил крепкого чаю и уселся с ним перед компьютером.

Олегов Митяевых в интернете было много. Вадим потратил час, пока окончательно не понял, что самому ему с поиском несостоявшегося Славиного сына не справиться. То есть он, возможно, справится и сам, но времени на это уйдет немерено. Нужно попросить Володю Осокина кого-то подыскать для этой работы.

Вчера Дина заниматься делами ему не давала, потащила на улицу, они долго бесцельно слонялись по Москве, и, только вернувшись домой, Вадим понял, что подруга все сделала правильно. Шок от Славиной смерти не то чтобы притупился, а чуть отступил.

Звонить Осокину было необходимо еще и потому, что Вика просила допустить ко всем Славиным бумагам какую-то тетку. Она вполне могла позвонить Осокину сама, но интерес к делам наследства снизил бы ее имидж беззащитной и непрактичной девочки-художницы.

Художницей сестра была никакой. Полной бездарностью. Когда-то Вадим пытался ей это объяснить, но Вика обижалась и даже плакала. Мать же при таких разговорах обычно начинала объяснять ему, что если девочке нравится рисовать, успех придет сам собой. Рисовать Вике нравилось не больше, чем решать задачи по математике, но математика у нее шла совсем плохо, а класть мазки как придется было делом нехитрым.

К тому же обе они, и Вика, и мать, понимали, что Слава племянницу без копейки не оставит. Вадим тоже это понимал, и на том, чтобы сестра овладела хоть каким-нибудь ремеслом, не настаивал.

Вадим позвонил Осокину, договорился, что тот будет ждать его в офисе в два часа. Перезвонил Вике, сказал, чтобы тетка-аудиторша, или кто она там, явилась в офис к тому же времени.

Время до двух тянулось медленно, и часть пути до Славиного офиса он прошел пешком.

– Слушай, а что твоя дама хочет выяснить? – встретил его Володя вопросом. На этот раз помощник не сидел за Славиным столом, пристроился сбоку, на стуле.

– Да я сам не знаю, – признался Вадим. – Вика беспокоится.

– Понятно, – кивнул Осокин. – Вообще-то банки и номера счетов, куда переводились деньги из фирм, я тебе сам назову. Ты что, сомневался?

– Нет, конечно, – улыбнулся Вадим. Постучал пальцами по столу и решился: – Володя, ты не знаешь, Слава не предполагал, что у него есть сын?

– Сын? – Осокин быстро на него посмотрел и отвел глаза. – Знаешь, я считал Славу другом. Наверное, мы и были друзьями. Но личным мы никогда не делились, ни я, ни он.

– Понимаю.

Вадиму показалось, что Осокин хочет сказать что-то еще, но тут появилась дама, которую Вика уполномочила блюсти свои интересы, и разговор пришлось свернуть.

Вообще-то тетка Вадиму понравилась. У нее был умный взгляд на вполне заурядном лице, отчего лицо делалось совсем не заурядным.

Осокин усадил ее за компьютер, оба заговорили о чем-то совсем Вадиму неинтересном и малопонятном, и он откланялся.

На улице было приятно. Солнце припекало, прохладный ветерок не давал изнывать от жары. Захотелось пить. Вадим огляделся, нужных киосков благодаря деятельности городских властей поблизости не обнаружилось, он зашел в ближайший магазин, купил бутылку газированной воды, выпил ее, сев на лавочку около метро. У фонтана напротив бегали дети, громко разговаривала и смеялась группа молодых людей.

Вадим достал телефон, позвонил Дине, она не ответила.

Он не собирался ухаживать за Диной. Ему вполне хватало девушек из собственного окружения, с которыми его то и дело знакомили приятели. Девушки, как правило, были с претензиями, но знакомство с Вадимом им льстило, и ему это нравилось. Он высоко себя ценил.

Он так и не понял, зачем предложил врачихе довести ее до дома, когда впервые за несколько дней боль в челюсти исчезла, и он выбрался из зубоврачебного кресла. Наверное, просто потому, что на улице стало совсем темно, Дина возилась с его зубом долго, и в помещении уже никого не было, кроме измаявшейся девицы на ресепшене.

– Спасибо, не надо, – отказалась тогда Дина.

Она сняла халат, оказалась в черных джинсах и черном свитерке. Он заметил, что врачиха устала, под глазами обозначились темные полукружья.

– Почему? – зачем-то спросил он, как будто ему было до этого дело.

– Я живу рядом.

Она надела куртку, спрятала волосы под капюшон. Он ожидал, что она предложит ему записаться для дальнейшего лечения, в кабинете она перечисляла ему, что не так с его зубами, но она не предложила. Стояла и ждала, когда он застегнет пуховик и двинется к двери. И девушка с ресепшена ждала, терпеливо ему улыбаясь.

Они вышли на заснеженное крыльцо все вместе, девица с ресепшена предупредила, что ступени скользкие, и Вадим взял Дину за локоть. А потом зачем-то пошел с ней рядом, когда она простилась с администратором.

Идти молча было довольно глупо, о чем говорить с молчавшей Диной, он не представлял, и сказал тогда:

– Вы давно живете в Москве?

– Давно, – кивнула она. – Больше десяти лет.

– Вы здесь учились?

– Да.

– И как, нравится жить в Москве?

– Нет.

– Почему? – заинтересовался он.

Она повернулась к нему, улыбнулась и сказала: