многое повидавшая и о многом слышавшая, и так как она была старше других, то и считала, что больше других имеет право говорить.
И она рассказывала нам о странствующих рыцарях. И, узнав об опасностях и злоключениях, которым они подвергались ради благородных девиц, я стала жалеть их. Мне казалось, что великолепно вооруженный рыцарь, едущий верхом на прекрасном скакуне по берегу прозрачной реки, не может быть столь печальным, как бедная девица у себя в светлице, томящаяся в четырех стенах неприступной твердыни под стражей вечно бодрствующих воинов.
Как много сделано, чтобы лишить девушек всех желаний, и как мало, чтобы оградить их от бед!
Но рыцари умеют казаться печальнее, чем на самом деле, в то время как девицам положено скрывать свою тоску. По крайней мере, если бы я после стольких бед могла начать жизнь сначала, я бы легче перенесла многие разочарования в любви, потому что незачем убиваться ради того, кто вовсе не убивается ради вас. Другими словами, не надо горевать об этом или же надо хотя бы уметь скрывать свою боль.
Я говорю об этом, сеньора, памятуя, при каких словах вы тяжело вздохнули, ибо вы, насколько можно, стараетесь скрыть от меня тайны своего сердца, но я думаю, что и ваша жизнь отравлена каким-нибудь любовным безумством, иначе трудно понять, почему в таком возрасте вы так страдаете.
Мужчины и не думают о том, как терзаются из-за них женщины, так как привыкли к этому и не обращают на это внимания.
Я могу вам с полным правом сказать это, хотя мы лишь недавно знакомы, потому что я старше вас и потому что это правда, а правду и скрывать нечего.
Сколько девиц, брошенных своими возлюбленными, уже приняла земля, и сколько влюбленных рыцарей, настрадавшихся по другим девицам и брошенных ими?
Книги изобилуют историями девиц, оплакивающих отъезд своих возлюбленных, а те не просто отъезжали, а еще и резво пришпоривали коней, так как вовсе не собирались убиваться по своим подругам.
Не такими оказались двое друзей, о которых и пойдет речь в обещанной мною истории. Только у них еще сохранялось утраченное другими понятие о чести. Я думаю, что поэтому злопыхатели и задумали предательски погубить их.
Ведь зло не просто борется с добром – оно не хочет, чтобы о добре даже вспоминали. А мой отец, рассказывая, на какую низость пошли недруги, чтобы погубить двух рыцарей, говорил, что предпочел бы и не знать об этом, ибо он пришел в мир, когда рыцарей уже не было и в помине, и до самой смерти жалел об этом.
Но если тяжко было перенести гибель двух друзей, то еще тяжелее было узнать о гибели двух девиц, которых горе довело до того, что не только рыцари погибли из-за них, но случилось так, что и сами они простились с жизнью.
Два друга по отношению к девицам и себе самим выполняли свой долг и обеты, данные ими при посвящении в рыцари. Они должны были хранить верность своему слову, даже если бы на их пути встретились другие девушки. А девицы погибли во имя того, что более всего ценится нами, и никому другому таких жертв не принесли. Так что раз девушки превзошли в душевном величии юношей, то и смерть двух подруг перенести труднее, хотя я страдаю из-за тех и других: из-за одних – потому что это женщины, из-за других – потому что они не похожи на других мужчин.
Эти слова я обращаю к вам и к себе самой, так как мой сын тоже был мужчиной.
Глава IV
О том, что дама поведала девице
Тут по лицу ее потекли слезы, и она с трудом проговорила: – Простите меня, госпожа моя (а в силу своего возраста я могла бы назвать вас дочерью), вам еще неоднократно придется увидеть мои слезы, хотя и вам они, должно быть, не чужды, ведь неслучайно вы ищете места, подобные тому, где мы находимся сейчас. А говорят, что в прежние времена здесь было много благородных рыцарей и прекрасных девиц, и до сих пор пастухи находят здесь обломки оружия и драгоценности, так что ныне эта долина кажется жалкой тенью себя самой в дни прошлого величия.
Не знаю, к чему нас приведет этот всеобщий разлад.
Когда-то в этих местах было много народу, а теперь они опустели, и вместо людей здесь обитают хищные животные. Одни бросают то, что подбирают другие. И зачем столько изменений на одной земле?
Но кажется, что и сама земля меняется, потому что время ее радости прошло, надвигаются дни ее печали. Когда-то она была обильно заселена людьми и украшена великолепными зданиями, теперь же покрылась густыми зарослями, взращенными безыскусной природой.
Еще кое-где в этой долине встречаются и другие деревья. Прошло уже много времени с тех пор, как за ними никто не смотрит, и их кроны выглядят уже не такими, как когда за ними ухаживали заботливые руки садовников и природа отдавала людям свои прекрасные плоды.
В этой долине все полно грустных воспоминаний для того, кто слышал, что здесь произошло в былые времена, когда и представить себе было невозможно, во что это должно было превратиться. Но так все и бывает, одно превращается в другое, хотя и не было создано для этого, и избежать этого нельзя.
И двое друзей, пустившихся искать подвигов и приключений, надеялись угодить двум прекрасным девицам, не подозревая, в какую западню угодили на самом деле. И прекрасные девицы, облачившиеся в ожидании счастья в лучшие одежды, чтобы показаться двум друзьям-рыцарям, не знали, что покажутся им в последний раз.
Не ведаю, какой стеной Парки отгораживают нас от жизни так, что мы не видим того, что происходит у нас на глазах.
Все меняется, и трудно объять умом эти перемены; беды приходят к нам, когда мы меньше всего их ожидаем, и нам становится больно вдвойне при мысли о счастье, которое мы теряем, и о горе, которое обретаем!
Тут она горестно вздохнула, и мне показалось, что ей хотелось что-то еще добавить к своим словам. Но она сказала:
– Но уже пора выполнить мое обещание, а то моя боль все время уводит меня в сторону. Это случилось в апреле, когда деревья набирают цвет.
Глава V
О том, что Ламентор претерпел там, где причалил его корабль, его поединке с рыцарем, охранявшим мост, и прочих происшествиях
Говорят, что из дальних стран когда-то давно прибыл сюда
