В истории человечества за возникновением и переходом на определенный уровень развития какой-либо новой сферы деятельности всегда следовал и процесс выработки (согласования, принятия) правил поведения, характерных именно для такой сферы деятельности. Такие правила не обязательно носили юридический характер (то есть обеспечивались государственным принуждением) или, по крайней мере, не приобретали его с самого начала. Правовому регулированию зачастую предшествовали обычаи, традиции делового оборота, нормы морального характера, корпоративные правила.
Технологии, обеспечивающие движение к информационному обществу, подтвердили, что такими регулирующими нормами могут быть в том числе правила организационно-технического характера (технические протоколы передачи данных и всякого рода процедуры, согласованные и применяемые организациями, работающими в соответствующей отрасли). Такие правила технического характера применяются не только вместе с соответствующими им юридическими нормами, но и очень часто (в отсутствие разработанной нормативной базы) — и вместо них. Причем в рассматриваемой здесь сети Интернет применение организационно-технических норм характеризуется исключительно высоким, почти абсолютным уровнем эффективности.
В самом деле, исполнение юридической нормы обусловлено многочисленными факторами, в том числе субъективного характера. Например, соблюдение юридического запрета обеспечивается, среди прочих средств, возможностью уголовного (или иного) преследования и наказания. Легко видеть, как часто такие запреты или обходятся, или прямо нарушаются, невзирая на возможные санкции. В случае же ненадлежащего соблюдения организационно-технических норм (протоколов, алгоритмов и т.п.) становится невозможным достижение той цели, ради которой такие нормы были разработаны. Оказание услуг связи без соответствующей лицензии (в нарушение закона) само по себе может и не повлечь неблагоприятных последствий (до первого визита представителя надзорного органа), но использование ненадлежащего оборудования или программного обеспечения при попытке связаться с узлом интернет-провайдера делает желаемое соединение невозможным независимо от наличия или отсутствия на этот счет каких-нибудь законодательных актов.
Приведенный пример подтверждает, что юридические методы регулирования не всегда являются не только единственно возможными, но даже более эффективными, оптимальными для применения. Однако в значительном числе случаев отсутствие разработанных эффективных норм юридического характера может иметь негативный, тормозящий эффект, в том числе и при рассмотрении тех или иных аспектов технологического прогресса.
Интернет является сравнительно новым явлением общественной жизни, к тому же динамично развивающимся. В то же время право (в широком смысле слова) — "статический" социальный регулятор. Число правовых актов в любой момент времени все же конечно, и в принципе их набор так или иначе известен достаточно широкому кругу лиц. Право всегда "отстает" от развития общественных отношений, которое оно призвано регулировать, — достаточно вспомнить, что национальные законы и международные соглашения об авторском праве появились лишь через несколько столетий после изобретения книгопечатания. Открытия и изобретения как практические достижения научно-технического прогресса происходят "без оглядки" на то, существуют ли уже применимые к ним какие-либо правовые нормы. Таким образом, принятый впоследствии правовой акт может в лучшем случае соответствовать лишь какому-то определенному (в данный момент времени) "срезу" общественных отношений. Не случайно, что практически сразу после принятия любых законов и иных правовых актов возникает необходимость внесения в них уточнений, дополнений или изменений... "Качество" правовой нормы определяется не только тем, насколько точно она учитывает специфику регулируемого ею вопроса и насколько эффективно она может исполняться на практике, но и тем, в течение какого времени она не потребует "модернизации".
Без преувеличения можно утверждать, что Интернет является одним из главных достижений "холодной войны" и, как оказалось впоследствии, самым аполитичным. Непосредственным предшественником Интернета была компьютерная сеть Министерства обороны США, объединившая в 1969 г. несколько американских университетов и компаний, выполнявших военные заказы. Первая сеть получила официальное название "APRAnet" (от названия головной организации APRA119). Целью создания такой Сети было определение надежности ее функционирования, например, в случае военных конфликтов. Отсутствие единого (центрального) управления обеспечивало бесперебойную передачу информации даже в том случае, когда отдельный сегмент Сети был приведен в негодность (например, в результате ракетно-ядерного нападения). Поскольку Сеть оказалась особенно удобной для оперативного обмена результатами научных исследований (для чего, собственно, они и использовалась своими непосредственными создателями), к ней стали подключаться другие компьютеры, в первую очередь различных университетов США. Объем чисто гражданских вопросов, решавшихся через эту Сеть, постоянно рос, и Министерство обороны США разделило Сеть на две части (одну для военных целей и одну гражданского назначения), соединенные между собой набором технических и программных средств, названным "Internet Protocol" ("межсетевой протокол")120.
Постепенно к Сети стали подключаться частные компании, некоторые из них продавали возможность входа в Сеть всем желающим. Интернет был приватизирован. Правительство США перестало его субсидировать и контролировать. С начала 90-х гг. Интернет стал лавинообразно распространяться по странам и континентам, включая все новые сети и базы данных. Такие сети приобретают возможность подключения к более крупным сетям, а крупные сети имеют так называемые точки встречи (meeting point), где они соединяются друг с другом.
Прежде чем непосредственно перейти к анализу юридических проблем Интернета, целесообразно обрисовать в общих чертах фактическую сторону предмета обсуждения.
Если какое-либо предприятие или частное лицо желает, чтобы оно стало клиентом (пользователем, подписчиком) Интернета, оно обращается с просьбой о подключении к Интернету к так называемым провайдерам (provider), операторам услуг доступа к Сети. Именно провайдер — то лицо, с которым пользователь Интернета непосредственно вступает в отношения по поводу применения Сети. Необходимо также помнить, что сама по себе компьютерная сеть никаких услуг, помимо подключения друг к другу различных компьютеров, оказывать не может. Все услуги в Интернете оказываются различными организациями, нередко вообще не имеющими отношения к компьютерным технологиям. Некоторые из таких организаций полностью специализируются на сетевых услугах, например, создавая и размещая в Интернете рекламу других фирм или публикуя электронные версии средств массовой информации. Другие фирмы, ведущие активную коммерческую работу в Интернете, хорошо известны и в "некомпьютерном" мире. Например, авиакомпании не только предлагают потенциальным пассажирам при посещении их сайта в Интернете разработать маршрут их авиапутешествия, но и сразу же купить билет, по которому можно отправиться в полет. Наконец, множество организаций и тем более частных лиц предоставляют те или иные услуги совершенно бесплатно, например, в рекламных целях. В целом можно сказать, что в Интернете уже доступна (в более или менее широком диапазоне) практически любая услуга, которую можно получить дистанционно, без непосредственного контакта с производителем, — справочная информация, прогноз погоды, консультация юриста, заказ и покупка мебели по каталогу, просмотр видеофильмов и т.д. При этом уместно напомнить, что все соединения между компьютерами происходят практически мгновенно и только плохое качество каналов связи или недостаточная мощность компьютера могут задержать прохождение ответа до нескольких секунд.
И конечно, главное предназначение Интернета — связь между людьми, а не между соединяющими их компьютерами. Сегодня еще можно встретить рассуждения об опасности, которую таит в себе дальнейшее развитие электронной сети, опасности вовлечения в мир, где нет места индивидуальному и неповторимому человеческому Я. Не менее угрожающе звучат мнения об асоциальном характере сетевого общения, поскольку вместе с субъектом неизбежно разрушается и то единственное, что его создает, а именно социальные связи, общественные отношения. Социальность, однако, допускает разные прочтения. Если ее не привязывать исключительно к легальным институтам, санкционированным традицией, церковью или государством, а рассматривать на более абстрактном уровне, как пространство возможных форм интерсубъективности, то значение Интернета оказывается не просто важным, но первостепенным: сам Интернет в этом случае можно было бы определить как виртуальное множество саморегулирующихся социальных систем.
