На лице Полли застыло озадаченное выражение. Кончиком языка она нервно облизала пересохшие губы.
– Я не понимаю…
И вдруг перехватила взгляд Рауля. Сверкающие глаза из-под полуопущенных ресниц, не отрываясь, следили за розовым язычком.
– Ты напоминаешь мне маленькую пушистую кошечку, симпатичную и мягкую, но с острыми коготками.
Неужели опять? Кошечка, да еще и маленькая! И это он говорит ей, которая всю свою сознательную жизнь комплексовала из-за маленького роста и терпеть не могла, когда к ней применяли слово «маленькая», а тут еще «пушистая» и «мягкая»!
– Рауль, что тебя во мне привлекает? Новизна? – резко спросила она, борясь со страхом, в который ввергала ее близость его высокой, мощной фигуры.
– Если бы я знал, мой интерес к тебе давно бы угас, – как всегда, прямо, с ноткой цинизма ответил Рауль.
Полли застыла неподвижно, в раздумье сведя брови на переносице.
– Но я тебя совсем не привлекаю…
Рауль засмеялся и окинул молодую женщину выразительным оценивающим взглядом. Ситуация явно его забавляла.
– Я всегда контролирую себя но, Бог свидетель, ты даже не представляешь, сколько раз там, в Вермонте, я был близок к тому, чтобы поддаться искушению и заключить тебя в объятия, целовать тебя, заняться с тобой любовью, – произнес Рауль совершенно серьезным тоном. – Но я убедил себя – моя тяга к тебе объясняется исключительно тем, что я знаю: ты носишь моего ребенка…
– А это так? – не спросила – выдохнула Полли. Ее сердце билось в безумном, беспорядочном ритме.
– Теперь я точно знаю, что занимался самообманом. – Неожиданно Рауль сделал еще один шаг; поднял руки, медленно развязал завязки ее халатика и спустил его с ее плеч. – Подсознательно я выбрал тебя на роль матери Луиса потому, что, помимо прочих достоинств, ты будоражила мои чувства… Как только я осознал это, все, что происходит между нами, приобрело смысл.
Пытаясь осмыслить сказанное Раулем, Полли не заметила, как шелковый халатик соскользнул с плеч и упал на ковер.
Рауль наклонился, подхватил своими сильными руками Полли за талию и легко оторвал от пола.
– Поставь меня на место…
Проигнорировав приказание, Рауль без лишних слов приник к ее губам в поцелуе.
Полли увидела звезды, мириады звезд. Этот поцелуй не походил на тот, первый, случившийся в клинике. Тот напоминал медленное горение, прерванное еще до того, как набрать силу. Этот был совсем другой – настойчивый, требующий ответа, вызывающий дрожь. Язык Рауля ворвался во влажную глубину ее рта и стал мелкими стремительными касаниями исследовать его. Грубая чувственность и интимность этого поцелуя вызвала цепную реакцию в теле Полли, наполняя его диким и бесстыдным желанием чего-то большего.
Низкий стон вырвался из ее горла, пальцы самопроизвольно вцепились в роскошную черную шевелюру, притягивая его голову ближе, еще ближе. Внезапно Рауль тряхнул головой и, оторвавшись от Полли, посмотрел ей прямо в глаза. Он не отводил сверкающих глаз от ее лица, пока нес ее по коридору.
– Я готов заниматься с тобой любовью всю ночь напролет, но знаю, что ты еще не совсем поправилась, – простонал он в явном разочаровании.
Не придя в себя окончательно после поцелуя, Полли все-таки спросила:
– Куда ты меня несешь?
Безошибочно определив спальню хозяев, Рауль плечом толкнул дверь, сделал несколько шагов по мягкому ковру и с осторожностью опустил свою ношу на необъятную тахту. Затем он включил ночник на прикроватной тумбочке и выпрямился, глядя на нее с ленивой усмешкой.
Полли резко села на кровати и обхватила себя за плечи. Голубые глаза сверкали яростью, роскошные рыжие волосы упали на порозовевшие щеки. Она даже не представляла, как соблазнительно выглядела в этот момент.
– Неужели ты действительно думаешь, что я лягу с тобой в постель?
– Конечно. Ты же моя жена. – Рауль резким движением сорвал с шеи галстук.
– Но наш брак ненастоящий! – воскликнула Полли, недоверчиво глядя на него широко раскрытыми глазами.
– В этом вся проблема. Чем скорее наш брак станет настоящим, тем лучше. – Теперь Рауль снял пиджак и бросил его на стул. – Пора забыть о том, как неудачно мы начали…
– Но мы ничего не начинали! – Полли в замешательстве смотрела, как он расстегивает рубашку. – Я забеременела до того, как мы впервые встретились!
– Не усложняй. Ты забеременела моим ребенком, а это придало особую интимность нашим отношениям.
– В Вермонте? Когда ты сбросил меня с небес на землю?
– У меня не было другого выхода.
– Я забыла, ты всегда считаешься только со своими чувствами, если они вообще у тебя есть, – осуждающе сказала Полли.
Рауль бросил на нее удивленный и насмешливый взгляд.
– Росточком – метр с кепкой, а пилишь – как настоящая сварливая женушка.
При этих насмешливых словах Полли взвилась от злости.
– Я требую, чтобы ты относился ко мне серьезно, Рауль!
Рауль снял рубашку и бросил ее поверх пиджака.
Полли смотрела на него во все глаза, в горле застрял ком, язык прилип к нёбу в пересохшем рту. Он был сложен как бог! Гладкая бронзовая кожа, прекрасно развитая мускулатура, треугольник густых черных завитков на широкой груди. Полли покраснела и отвела взгляд.
– Я пока не готова разделить с тобой постель, – натянуто произнесла она.
– Зато я готов за двоих, – с самоуверенной улыбкой «успокоил» ее Рауль.
Полли поджала колени и обхватила их руками.
– Я правда не готова к этому… Я была уверена, что ты с радостью согласишься аннулировать брак и покончить с этой историей, – напомнила она Раулю. – Я не занимаюсь сексом с кем попало.
– Рад слышать это.
– Я вообще… никогда раньше этого не делала, – отрывисто произнесла Полли.
Повисшая тишина действовала ей на нервы.
– Что? – почти шепотом спросил Рауль.
Полли судорожно вздохнула и усилием воли заставила себя не зажмуриться под его пристальным взглядом.
– У меня никогда не было любовника.
– Ты – девушка?! – поразился Рауль.
– Да! – воскликнула Полли, испытывая одновременно смущение и гнев.
– Я очень удивлен. Тем не менее это большая честь для меня – стать твоим первым любовником. Уверен, что смогу справиться с ситуацией. А будучи моей законной женой, ты вряд ли вправе требовать от меня еще каких-либо обязательств.
Это самоуверенное заявление вывело Полли из оцепенения. Она побледнела, оторвала свой взгляд от его гипнотических тигриных глаз и уставилась на свои ноги с бледно-розовыми ноготками, выглядывающие из-под ночной рубашки.
– Но ты не хочешь этих обязательств, – напомнила она Раулю тихим голосом.
– Я уже смирился с этой мыслью.
