Значит, Ник отвезет Джемайму домой... Ну, чего еще ей ждать? Им-то о многом надо поговорить... Разумеется, не при Джемини. Отлично! Пусть что хотят, то и делают. Ей на все наплевать.
Джемини взглянула на Джемайму.
— Нашелся все-таки человек, который заставил тебя образумиться, — произнесла она равнодушно.
— Мне тоже пришлось потрудиться, чтобы Джемайма так быстро вернулась, — заметил Ник, не понимая, чем на этот раз недовольна жена. — В любом случае теперь за Джессикой будет присматривать тот, кто должен, — ее мама, Джемайма.
Джемини сердито сжала губы.
— Хорошо, что Ник отвезет тебя домой. Я беспокоюсь за твою очаровательную дочку. Будь осторожен на дороге, Ник, и не очень торопись обратно.
Ник ничего толком не понял, кроме одного: она дала ему отставку.
— Пойдем, я отведу тебя в спальню и помогу лечь, — спокойно сказал он, но Джемини резко отказалась:
— Я справлюсь сама.
Зачем ей нужно, чтобы он поднимался в ее комнату? Им нечего сказать друг другу. Она отдохнет и подумает.
— Джемини, ты сегодня действительно плохо чувствуешь себя. Я никуда не тороплюсь, Джессика спит. — Джемайма очень дружелюбно смотрела на сестру.
— Конечно, она с непривычки устала. Джессика слишком мала, и никто не знал, как с ней обращаться, — разозлился Ник. — Ты...
— Я пойду, а вы разбирайтесь. — Джемини почувствовала, что головная боль усилилась.
Ник подошел к ней и обнял.
— Я провожу тебя, — произнес он мрачно. — Джемайма, — он повернулся к ее сестре, — собирай вещи. Когда я спущусь, ты должна быть уже готова.
Джемини была уверена, что последняя фраза была сказана ради миссис Джеймс. Какое Нику дело, как она себя чувствует?
Джемайма подошла и поцеловала Джемини в щеку.
— Надеюсь, скоро тебе станет лучше, — она ободряюще улыбнулась. — И, несмотря на то, что говорит Ник... — она посмотрела на него, — я очень, очень благодарна тебе за Джессику.
— Да, я успела к ней привязаться, — ответила Джемини.
Ник обнимал ее, когда они поднимались по лестнице, а Джемини чувствовала себя счастливой в его объятиях... пусть и временно. Она хотела как можно скорее оказаться в своей комнате, в спокойствии и тишине, и заснуть.
— Хью очень беспокоится за тебя. Он не верит, что причина твоего плохого самочувствия — головная боль, — нарушил Ник неловкое молчание.
— Не верит? Напрасно, у меня действительно болит голова, — ответила она нетерпеливо. Она поговорит со своим помощником, когда увидит его в следующий раз. Ишь разболтался о том, чего ему не следует знать. Нечего вмешиваться в ее жизнь, обсуждать ее отношения с мужем.
Ник внимательно посмотрел на нее.
— Почему ты такая грустная, Джемини? Что тебя беспокоит? Прошлая ночь? Что-то было не так?
Она села на стул у туалетного столика.
— Не говори ерунды. Ник, я не хрустальная ваза, которую надо оберегать, — раздраженно произнесла она. — Давай не будем обсуждать вчерашнюю ночь.
— Отчего же? Я собирался повторить ее сегодня, — игриво улыбнулся он. — Меня беспокоит, что ты могла забеременеть. Ты не принимаешь противозачаточные таблетки? — Ник с любовью смотрел на нее.
Забеременеть!..
Она мечтала о ребенке от Ника, но если ее подозрения оправдаются, и Джессика окажется дочерью Ника, о каких еще детях может идти речь?
Неужели он хочет детей от нее?
— Ник, пока рано говорить о беременности. Время покажет. — Она старалась говорить как можно спокойнее.
— Тогда нам нечего обсуждать, — Ник отступил, но медлил уходить.
— Джемайме повезло, что ты оказался дома.
— Согласен, — он кивнул головой. — Но если бы ты согласилась пообедать со мной, она могла бы до сих пор сидеть в аэропорту, — напомнил он ей.
— Джемайма ждет тебя, — вздохнула Джемини.
— Пусть ждет... — взорвался Ник. Он старался взять себя в руки, пытаясь понять жену. — Мне наплевать на твою сестру, на ее капризы и желания. Ты для меня значишь больше, чем кто-либо на свете.
Конечно, он злится на Джемайму за ее легкомыслие, предательство, за безответственность, но она-то тут при чем?
— Забудь о Джемайме хоть на время. Джессика не виновата, что у нее такая мать. Мне кажется, в первую очередь нужно подумать о малышке.
Ник покачал головой.
— Думаешь, я не говорил об этом с Джемаймой? Но ты ведь знаешь свою сестру, — добавил он мрачно. — Она утверждает, что справится со всем сама, и отказывается от помощи.
Джемини стало не по себе.
— Она отказывается от твоей помощи?
Он тяжело вздохнул.
— Я не думаю, что она способна сама управиться с девочкой. Она слишком легкомысленна.
Он хочет, чтобы она дала ему развод? Он собирается жить с Джемаймой и заботиться о Джессике? Они любят друг друга? Тогда зачем, черт побери, он женился на ней? Они прожили столько месяцев вместе.
— Уходи, Ник, — прошептала она, почувствовав, что может расплакаться в любой момент. Ей с трудом удавалось сдерживать себя. — Потом поговорим.
Когда Ник вышел, Джемини села на кровать и разрыдалась.
Все кончено. Маленький отблеск надежды, с которым она жила последние шесть месяцев, погас. Нужно забыть Ника. Но как? Или стоит бороться за него? Почему Джемайма и Ник переложили груз ответственности на нее? Почему она должна принять окончательное решение? Джемини видела только один выход. Только один... Развод...
Странно, но Джемини чувствовала себя спокойной, вернее, она смирилась со всем, что ее ожидает.
Она не заснула после того, как Ник с Джемаймой покинули дом, а лежала и думала, как жить дальше. Остаться здесь или уйти? Нет, надо уйти и тем самым сохранить достоинство и самоуважение — единственное, что у нее осталось. Приняв это решение, она заснула. Спала она недолго, но когда проснулась, было уже темно. Интересно, Ник вернулся? Она посмотрела на часы — уже шесть. Скоро ужин. Надо спуститься вниз...
Джемини приняла душ, вымыла голову, высушила волосы, расчесала, наложила макияж, скрыв синие круги под глазами. Надела ярко-красное платье...
Мама всегда говорила ей: «Если ты знаешь, что проиграешь битву, сделай все, чтобы выглядеть потрясающе, уходя с поля боя. Ты будешь чувствовать себя лучше!»
Слишком поздно, чтобы выигрывать. Ник предпочел ей Джемайму. Но последовать совету мамы необходимо.
Итак, в двадцать девять лет ее жизнь закончилась. Нет, «Джем Стоун», конечно же, будет существовать и приносить доход, но фамилию Драммонд будет носить Джемайма.
Но этот вечер с Ником — ее!
Однако где он? Ник сказал, что не задержится у Джемаймы, он всегда держал слово, всегда говорил ей правду. Правду? Или она была такой наивной?.. Но Ник сидел в гостиной!
