Дубец даже не попытался скрыть вздрагивания.
— У-улов?..
Финт виновато вздохнул.
— Ах да, извините меня, Дубец. Водяные эльфы Атлантиды не любят думать о себе как об улове, или если на то пошло, как о пойманных. Я хотел сказать, что вы прекрасный экземпляр из эльфов и любая женщина в здравом уме будет считать себя счастливицей, если у нее такой приятель как вы.
— Спасибо Финт, — пробормотал Дубец успокоившись, — как продвигается дело? Твой план?
Финт сжал локоть водяного эльфа, чтобы напомнить, что везде есть уши и глаза.
— О, план построить модель акванавта «Ностремиус»? Этот план? Он продвигается довольно неплохо. Начальник Тарпон Винийа проявляет сотрудничество. Мы договариваемся насчет клея, — он потянул Дубца к экрану своего компьютера, — позвольте мне показать вам мой последний проект и могу я сказать, как ценю, что вы проявили интерес? Моя реабилитация зависит от взаимодействия таких достойных людей как вы.
— О… хорошо, — сказал Дубец не уверенный, комплимент это был или нет.
Финт махнул рукой перед экраном, пробуждая V-клавиатуру на столе (настоящее дерево: опознание воров, Нигерия)
— Вот, смотрите. Я решил проблему с балластными цистернами, видите?
Тремя пальцами он активировал шифровальное устройство, которое Дубец тайком пронес для него. Устройство было из органических пластин, которые производятся в отделении Атлантиды, ныне несуществующей Лаборатории Кобой. Шифратор был изъят из мусора, для эксплуатации ему был нужен только кремний.
«В промышленности так много отходов», — печалился Финт Дубец, — «стоит ли удивляться тому, что мы находимся в самом пике ресурсного кризиса?»
Крошечный шифратор был очень важен для Финта, потому что он делал все остальное возможным. Без него у него не было бы ссылки на удаленный компьютер; без него здесь, в «Пучине» органы власти могут регистрировать каждое нажатие на его клавиатуре и узнать над чем, в действительности он работает.
Финт постучал по экрану. Он был разделен на две части. Одна показывала видео, записанное несколько часов назад: сцена набитая загипнотизированными людьми, взбирающимися друг на друга. Вторая в режиме реального времени показывала с высоты полета робота, горящий шаттл в ледяной тундре.
— Одна цистерна исчезла, а остальные остались, поэтому я лучше привлеку третьих лиц, чем буду еще тратить на это время.
— Разумный подход, — сказал Дубец, который впервые начал понимать выражение вершков «в беспомощном состоянии».
Финт Крут, уперся подбородком в руку в стиле пожилого актера позирующего для фото.
— Да, мистер Дубец. Очень скоро моя модель будет закончена. Еще одна из важнейших составных частей находятся в пути сюда, и когда это случится, ни одного волшебного существа не останется в Атлантиде. Эээ, то есть, не останется ни одного волшебного существа неослепленного моей моделью.
Он знал, что это было слабое прикрытие. Есть вообще такое слово — «неослепленного»? Но не нужно паники, никто больше не сторожит его. Уже давно. Он уже не рассматривается как угроза. Весь мир забыл опального капитана Финта Крута. Тем, кто знал его сейчас, было бы трудно поверить, что этот убогий старикашка может быть так опасен, как написано в его досье.
«Опал Кобой то, Опал Кобой это…» — часто думал Финт с горечью.
«Ну, ничего, мы еще посмотрим, кто сбежит из этого места первым».
Финт прогнал изображение одним щелчком пальцев.
— Вперед, за пределы Дубец. Вперед за пределы.
Дубец вдруг улыбнулся, что у морских эльфов сопровождалось с чавкающим звуком, когда они засовывали язык назад, освобождая место для зубов. На самом деле, улыбка, было неестественным выражением лица для морских эльфов, и они улыбались только чтобы дать знать другим, что они чувствуют.
— Да, у меня хорошие новости, Финт. Я, наконец, получил лицензию пилота после побега Мульча Рытвинга.
— Здорово, сэр.
Дубец был одним из сопровождающих Мульча Рытвинга, когда тот сбежал от ЛеППРКОНа.
Все члены экипажа подводного шаттла должны были получить квалификацию пилота в случае, если основной пилот стал недееспособным.
— Просто, для экстренных поездок. Но через год или два я вернусь в ротации.
— Хорошо, если учесть, как долго вы хотели управлять шаттлом снова. Надеюсь, нет никакой экстренной эвакуации, а?
Дубец почти подмигнул, что было сложно, так как у него не было век, и он скоро должен побрызгать свои нижние веки, чтобы смыть с них накопленный песок. Его версия подмигивания — весело склонить голову на бок.
— Экстренной эвакуации? Нет, мы бы этого не очень хотели.
«Глазной песок», — думал Финт. «Отвратительно. Этот рыбный мальчик такой же изысканный как паровой каток с сиреной на верхушке. Нужно сменить тему пока кто-то не удосужился, взглянул на монитор камер наблюдения. Вот тут-то бы мне повезло».
— Так, мистер Дубец. Я полагаю, никакой почты для меня сегодня?
— Неа. Никакой почты в сотый день подряд.
Финт потер руки, делая вид ожесточенной деятельности.
— Ну вот. Я не должен отрывать вас от ваших обязанностей, да и самому мне есть чем заняться. Я установил для себя график, и как видите, его следует соблюдать.
— Ты прав Финт, — сказал Дубец, который уже давно забыл, что он должен отделываться от Финта, а не наоборот, — Я просто хотел сообщить вам, что у меня снова есть лицензия. Потому что это было в моем расписании.
Улыбка Финта даже не дрогнула и он сохранял ее живой, обещая себе, что избавится от этого идиота, в ту же секунду, как только он станет непригодным для пользования.
— Хорошо. Спасибо что заглянул.
Дубец уже почти полностью скрылся в люке, прежде чем обернуться и проронить другую грубость.
— Надеюсь, здесь у нас не будет аварийной эвакуации, а, капитан Крут?
Финт застонал про себя.
«Капитан. Теперь он называет меня капитаном».
Ватнаекуль; настоящее время.
Новый парень, Орион Фаул, осматривал свои носки.
— Не уплотненные носки, — заявил он, — у меня было несколько полетов только за прошлые несколько недель, и все же Артемис никогда не носит уплотненные носки. Я знаю, он осведомлен он тромбозе глубоких вен, он просто игнорирует риски.
Это была вторая проповедь Ориона за несколько минут, и последняя детализировала использование Артемисом не гипоаллергенного дезодоранта. Элфи начинала уставать.
— Я могу успокоить тебя, — весело сказала она, будто это было самым разумным планом действий, — мы бьем тебя в шею и оставляем в ресторане для людей. Конец обсуждения носков.
Артемис ласково улыбнулся.
— Ты бы этого не сделала капитан Малой. Я мог бы замерзнуть до прибытия помощи. Я невинный. Более того, я тебе не безразличен.
— Невинный! — фыркнула Элфи из-за особенно диковинного заявления, — Ты — Артемис Фаул! В течении многих лет ты был врагом общества номер один.
— А не Артемис Фаул, — запротестовал Орион, — я разделяю его тело и его знание гномьего языка, и, между прочим, у меня совершенно другая личность. Я еще известен как альтер эго.
Элфи прыснула.
— Не думаю, что эта защита сможет встать перед судом.
— О, сможет, — счастливо сказал Орион, — обязательно.
Элфи поползла по склону из жидких нано-пластин к краю кратера, в котором компания пряталась.
— Никаких признаков противников. Кажется, они спустились в подземный кратер.
— Кажется? — сказал Жеребкинс, — не могла бы ты быть чуть более конкретной?
Элфи покачала головой.
— Нет. Я только на глаз. Вся наша техника отключилась. У нас ней связи за пределами нашей собственной локальной сети. Я думаю, зонд блокировал все соединения.
Жеребкинс был занят собой, оттряхивая длинные вереницы клейких нано-пластин с боков.
— Он сделан, чтобы создавать помехи широкого спектра, в случае нападения, и вырубать связь и оружие. Я удивлен, что пушка Артемиса выстрелила, и я бы предположил, что твое оружие изолировано сейчас и не работает.
Элфи проверила свое Нейтрино. Мертвое, как пень. Не было ничего, что считал бы ее шлем кроме медленно вращающегося красного черепа, который свидетельствовал о катастрофическом системном отказе.
— Д'Арвит, — прошипела она, — ни оружия, ни связи. Как мы собираемся остановить это?
Кентавр пожал плечами.
— Это зонд, а не броненосец. Его легко уничтожить, если радар поймает его. Если это заговор некоторых вдохновителей уничтожить волшебный мир, то он не очень-то и вдохновляет.
Орион поднял палец.
— Я чувствую, что должен отметить, поправьте меня, если это неправильные воспоминания Артемиса, но, разве ваши инструменты не вышли из строя чтобы уничтожить зонд?
Жеребкинс нахмурился.
— А ты начинал мне нравиться, немного больше чем тот, другой.
