Ты меня в этой квартире все время встречаешь в штыки, – сказал Максим, доставая из сумки коробочку. – Саша, будь моей женой, – он открыл футляр, в котором лежало красивое кольцо с прозрачным камнем.
– Очень красиво. Что за камень? – спросила Саша, уже зная ответ.
– Сама, как думаешь? – улыбнулся Максим. – Примерь.
– Думаю, что дорого, а размер подошел. Макс, я попробую, но гарантий никаких не даю, хотя очень буду стараться. Все слишком неожиданно для меня. Я должна убедиться, что ты это делаешь не только из-за ребенка. Возможно, тебе это неприятно слышать, но со стороны это выглядит именно так. Такой ответ тебя устроит или передумаешь?
– Буду ждать, – ответил он, целуя несговорчивую невесту. – Я ехал сюда с кольцом, еще не зная о твоем положении. Это можно считать плюсом в мою сторону? Когда мы поедем к твоему отцу?
– Я это оценила. Поедем к обеду. Начнем с тобой экономить семейный бюджет. И удовлетвори ты уже свое любопытство и интерес. Там ничего нового не появилось. Мы просто в некоторых местах «растем» вдвоем с сыном.
Любопытство Максима переросло в изучение и повторение уроков анатомии, а потом и в любовную игру…
– У меня никогда не было секса с беременной женщиной. Это как-то тормозит. Может, я причиняю ему неудобства?
До отпуска оставалось два месяца. Дважды за это время, Саша сама выбиралась в столицу, навещая своего деда и живя в квартире Максима. Часть своих вещей, которые могли понадобиться зимой, перевезла, вторую часть – передала на хранение в дом отца. Отец Саши сдал ее квартиру в аренду. С середины ноября она пошла в очередной отпуск, а с девятого декабря уходила в декретный. Казалось, у Александры все налаживается. Беременность ей была, как говорят в народе: «к лицу», аккуратный живот и хорошо подобранная одежда. Они прожили в квартире Максима месяц с небольшим, и Саша стала замечать, что Максима тяготит тихая размеренная семейная жизнь. Он был к ней внимателен, заботлив, но ему чего-то не хватало, Саше, на восьмом месяце беременности, было не до посещения клубов и вечеринок.
– Макс, не сиди в четырех стенах. Я понимаю, менять свои привычки или отказываться от них полностью глупо. Делай то, к чему ты привык, чего тебе хочется, но в разумных пределах. У нас был с тобой уговор, но не было пространственных ограничений. Я не прощу предательства, и ты это знаешь, а с остальным справимся.
Этот разговор стал началом конца их совместной жизни. Макс первую неделю приходил не поздно, слегка под градусом. В начале второй – за полночь, а к концу – под утро. Ему хватило всего двух недель, чтобы Саша узнала его «во всей красе».
– Саш, пока у тебя инкубационный период, я не хочу ждать. Перестанешь быть инкубатором, и все у нас наладиться, – говорил он, падая в кровать. – Все не так страшно, как тебе кажется. – Сказал он это с такой обреченностью в голосе, что Саша опешила.
« Этим все сказано, – думала она, вытирая слезы и обвиняя во всем себя. – Курица я, а не инкубатор, глупая курица. Она и летать не умеет потому, что птица с очень приземленными интересами. И мозгов у нее недостаточно. Ему нужен был повод, и я ему сама его дала. Я позволила ему выбирать, и он свой выбор сделал, а мне нужно сделать свой. Почему ни Яна, ни Прохоров не сказали мне об этом его пороке? Ладно, об одном я догадалась сама, а про алкоголь я даже не подумала. Теперь имеем то, что имеем». Работы в квартире Максима для Саши не нашлось. Здесь всем заправляла домработница, и эти правила Максим менять не собирался. Саша была предоставлена сама себе. Она много гуляла, навещала деда. С тех пор, как он приезжал в Рязань, Саша стала получать от него ежемесячные переводы на свою банковскую карту. Они составляли ее месячную зарплату со всеми надбавками и премиями. Спорить с дедом было бесполезно, и она смирилась, но навещать старалась часто. Выход из сложившейся ситуации с Максимом нашелся и оказался неожиданно простым, как только она вспомнила о своей квартире. Саша поехала туда. Здесь она не была семь месяцев. В квартире пахло новой мебелью и пылью. « Уборки здесь немного, но мне одной не справиться. У меня нет ни стремянки, ни пылесоса, ни швабры с ведром, – подумала она, открывая форточки. Недолго думая, она спустилась к консьержке и узнала у нее обо всем, что интересовало ее в первую очередь. Та, с большим удовольствием, помогла новой «жиличке» рассказав, где и что находится, куда позвонить и как куда пройти. Саша позвонила и вызвала уборку на дом. Пока дожидалась приезда, проверила содержимое всех столов и шкафов. – Все вещи, что я привезла с собой в качестве приданого, сменит свое место прописки. Да, надо заняться регистрацией. Вот и дела появились. Купим себе все необходимое постепенно, а Алешке буду брать вещи после праздников, – она улыбнулась. – Будешь ты у меня сынок Алексеем, как дед». Подписав договор на уборку и мытье, заплатив деньги вперед, она оставила работникам ключи и вернулась в квартиру Максима. Вещи собирались ей аккуратно и продуманно. В одну сумку она складывала вещи «несезонные» и ее скромное приданое, из постельного белья, полотенец. Сверху лег планшет и ноутбук. Она не хотела ничего забыть. Все документы и право на квартиру, немногочисленные драгоценности, обменная карта легли в ее дамскую сумку. Оставались вещи, обувь и одежда, которыми она пользуется. Они будут сложены перед отъездом. Саша твердо решила переезжать, если не завтра, то через день-два. Смысла ей оставаться в квартире, где ты не нужна даже из-за ребенка, не было. На следующий день, возвращаясь от деда, Саша неспеша шла по улице, соображая, когда купить подарки к Новому году. До него оставалось всего десять дней. « Может, начать делать покупки для мальчишек прямо сегодня? Торговый центр от меня всего в пяти минутах ходьбы, – подумала она, решительно двигаясь вперед. Она заметила машину Максима на стоянке торгового центра. – Дела. Неужели, и он решил сделать подарки заранее?» – улыбнулась она и увидела Макса, спускавшегося по ступенькам вниз, обняв блондинку за плечи и целую. В руках у обоих были праздничные упаковки. Саша подошла к машине, когда Максим сам укладывал покупки в багажник.
– Кому подарки? – спросила Саша, глядя на него улыбаясь. – Нам или ей?
– Привет. Ты как здесь очутилась? – спросил Максим так, как будто они расстались пять минут назад.
– У деда была, решила прогуляться. Ты, дорогой, не отвезешь нас домой? –
