Читаем без скачивания Агентство плохих новостей - Михаил Ухабов

— Я на демонстрации с флажками не хожу, — помотал головой Вася, уже начиная понимать, как власти его хотят просклонять, но пока не видя, каким именно образом.

— И не надо! Скорее наоборот — ваша задача, заставить людей с флагами и плакатами разойтись.

Уже ставит задачи! Жуков почувствовал лёгкое раздражение.

— Работать провокатором? Кидать камнями в полицию?

— Ни в коем случае! — улыбнулся работник администрации, — этого добра у нас хватает. Нет. Необходимо дискредитировать публичных лидеров протестного движения. Донести до собравшихся определённую компрометирующую информацию. Это как раз по вашей части.

— Зачем вам я? Вы и так по телевизору ушаты помоев льёте на всех несогласных.

— Не все, кстати, смотрят телевизор. Да и не в этом дело. Тут мы как бы подрываем митинг изнутри. Выходит оппозиционный лидер на трибуну, а тут вы ему с этой же трибуны зададите вопрос — а почему на вас дело уголовное завели о мошенничестве? Сразу предвижу вопрос — как вы попадёте на трибуну, как будете отходить. Это всё мы предусмотрим, расставим нужных людей в толпе, помогут.

— Если у вас так много людей нужных, зачем именно мне говорить всё со сцены?

— В плохих новостях, Василий, сами знаете — есть специфика, их нужно доносить быстро, точно, вызывая ответную реакцию. У вас есть опыт, есть сайт, все поймут вашу мотивацию правдолюба, который и так работает профессиональным разоблачителем.

— Понятно… — произнёс Василий с лёгким оттенком иронии. Властям понадобился человек «не из своих», чтобы поливать навозом политических конкурентов, срывая те публичные мероприятия, которые не удалось сорвать в формальном порядке — путём запрета или организации беспорядков. Эдакий камикадзе, которого, если и пришибут, то не жалко. Одним словом — парень, носящий окровавленные разводные ключи для оппозиции.

Не оценив Васиной иронии, чиновник воспринял «Понятно» как одобрение идеи и продолжил разворачивать перед Жуковым картину.

— Значит, по поводу схемы работы. График мероприятий и информацию по компромату будем составлять в начале каждого месяца. Ну, понятно, летом работы будет больше — один-два выезда в месяц, зимой потише, холодно, люди и так мало ходят протестовать. Финансирование будем осуществлять через некоммерческие организации — выберем две-три подходящих, впишем тебя, пару ребят помощников, в общем, формализуем оплату по каждому выходу. Что касается сайта — его включим в грант для молодёжных политических проектов. Там, конечно, надо будет содержимое подправить, согласуем в рабочем порядке. Скажем так, меньше всех этих любовных драм, что-то вроде «Сайт агентства политических плохих новостей». Ну, по Интернет я тебе сейчас дам номер, девушку зовут Кристина, она у нас за Интернет-ресурсы по молодёжке отвечает. Там она тексты даст, ссылки на сайт в блоги включим…

Слушая вполуха монолог чиновника, Вася вспомнил, как уверенно и легко рассказывали бандиты про свои дела с администрацией города. Вспомнил он и Груздеву, у которой в приёмной висели такие же портретики президента и мэра. Вспомнил Георгия Ивановича и свою бабушку Лену, которой боялся даже говорить, сколько стоят покупаемые им продукты и лекарства, потому что с её пенсией это были несопоставимые деньги. Вспомнил, как он ездил по полуразрушенным дорогам в подмосковный городок к родителям. В груди полоснула злость и ненависть вот к этому человеку перед ним, который, как представитель системы, предлагал помочь спрятать все «неровности» под ковёр поганой метлой.

— Вы знаете, что… Я не согласен, — перебил Вася чиновника на очередной фразе.

— С чем? — осторожно спросил работник администрации. Как опытный политик он сразу затаился до выяснения обстоятельств.

— С тем, что кого-то нужно компрометировать… — пожал плечами Вася. Как опытный скандалист, он тоже умел управлять градусом разговора и решил пока сильно не повышать.

— Поясню, — вздохнул Александр Николаевич, — все эти люди финансируются из-за рубежа. Основная цель протестов — раскачать общественный строй. Сломать привычный уклад жизни, мешать развитию социальных институтов.

— Вы хотите сказать, что все эти люди — самоубийцы? Раскачивают дерево, на котором сидят?

— Конечно! — кивнул чиновник. — Кто-то делает это за деньги, кто-то — скрывая свои прошлые преступления. Все они хотят усилить деструктивные процессы в обществе.

— Да, возможно… — Вася кивнул головой на флажок партии власти. — Стало быть, вы выступаете за конструктивные?

— Безусловно!

— Знаете, а я вот между вами и ими не вижу никакой разницы! — Жуков опёрся на стол и пристально взглянул в глаза чиновнику. — Одни раскачивают дерево, а другие захватили его корни и сосут оттуда древесный сок… А мы, листики, вянем и нам всё равно почему…

— У вас, молодой человек, есть замечательный шанс, как раз влившись в эту работу и посмотреть, кто сосёт эти соки, а кто ими дерево наполняет, — тон Александра Николаевича начал незаметно меняться на недружелюбный, хотя он по-прежнему великолепно держал себя в руках.

— Александр Николаевич, почему погиб Виктор Казаков? — неожиданно, даже для себя, спросил Вася.

— Простите кто? — переспросил чиновник, нервно моргнув и больше ничем не выдав своего удивления.

— Ваш коллега, по которому вы год назад пресс-релиз делали.

— А, конечно! — фальшиво сыграл в воспоминания Александр Николаевич. — Бездомный, кажется, по голове ударил, нелепое ограбление… Почитайте в сети, там всё подробно можно найти.

— Александр Николаевич, я же спросил не как, а почему он погиб?

— Знаешь, что! — вспыхнул чиновник. — Не хочешь заниматься проектом, освободи помещение. У меня нет времени на разную чепуху!

— Думаю есть, вы ведь под меня не меньше часа запланировали, — Вася и не собирался так быстро покидать помещение, — я уверен, более того, я знаю, что представитель партии власти, настроенный на конструктивное развитие чиновник, был убит ударами по голове за то, что неправильно распределял контракты и доходы, не сверившись с генеральной линией партии и запросами её прямых партнёров.

— Если у вас есть точная информация — идите в полицию, хотя, насколько я знаю, они раскрыли это дело — чиновник недобро сверлил его взглядом сквозь стёкла дорогих очков.

— Вся загвоздка в том, что они тоже настроены на конструктивное развитие, — иронично ответил Вася, — как и вы. В одной лодке плывёте.

— Ты мне не хами давай, — чиновник уже второй раз перешёл на «ты», — я твоему шаржу предпринимательскому предложил основу легальную. Чтобы поработал не для дураков, а для общей пользы и для себя, кстати. Личное время на тебя выделил! Хочешь ломать комедию — пошёл отсюда вон. Сайт свой береги, скоро закроем его к чертям. И тебя заодно, если такое на улицах рассказывать начнёшь.

— На улицах кричать как раз вы мне предложили. А сайт мой не политический, закрывать там нечего, — Вася встал, собравшись на выход.

— Давай, давай, проваливай, щенок! — брезгливо махнул ему рукой чиновник, словно прогонял из кабинета случайно залетевшую муху.

Вася вышел на улицу, купил себе питьевой воды и не спеша пошёл вдоль Нового Арбата. У него было чувство, что его только что макнули головой в помойное ведро. Наверное, такие ощущения бывали у тех, кто за рулём встречал чиновников на встречной полосе дороги или смотрел, как смеясь над всеми, члены партии власти рассказывали, зачем в их ведомства нужны золотые ванные и люксовые машины.

На телефон пришло сообщение от Димы: «Решили узнать друг друга получше, едем в город на прогулку. Бери Алёну и присоединяйся».

А, пора развеяться!

Уже через час он встретил друзей и свою новую любовь у входа в парк Горького. Набрав мороженного, они прошлись вдоль набережной, где Вася, предоставив девушек знакомиться друг с другом, успел нажаловаться Диме на сегодняшнюю встречу.

Дима понимающе кивал, стараясь сильно не вдаваться в эмоции — голова ещё гудела после вчерашнего. В свою очередь он рассказал Васе, что сделал Снежане официальное предложение.

— Как это — официальное предложение? — обомлел Жуков. — Это в каком таком смысле?

— Ну как, в каком! — сквозь непрожёванный кусок мороженного ответил Дима. — Посидел у них на кухне, понял, что Алексею Денисовичу духу у меня всё рассказать не хватит. Пошёл — поднялся к Снежане в комнату и, по твоему совету и говорю ей — Снежана, ты необыкновенная девушка, хочу, чтобы ты стала моей первой и единственной женой! А кольцо я попозже подарю!

— Да какому совету! Я же пошутил! — замахал руками Вася.

— Пошутил? — растерянно повторил Дима. — Вот ведь как…

— Ну, теперь то что? — перебил его Вася, — ты лучше расскажи — она то, как отреагировала?

Дима посмотрел на болтающих девушек, идущих впереди.