Тор взъерошил шерсть и навострил уши. Сквозь вой ветра он различал тихую неясную команду: «Ко мне! Ко мне!» Однако у него не было ни малейшего желания следовать этому призыву — он не сомневался, что ничем хорошим это не закончится. Люди ничего не слышали, но все равно им было не по себе.
Внезапно деревья расступились, и перед путниками предстала башня, стоявшая на небольшой поляне в окружении высоких островерхих елей. Похожая на короткий уродливый палец, она отбрасывала угольно-черную тень на снег. Башня была круглой, метров десять диаметром, высотой в три этажа и сложенная из массивных черных, будто обгорелых камней. На каждом этаже в толстых стенах были пробиты узкие стрельчатые окна. Ни в одном из них свет не горел.
— Наверное, Цак уже спит, — осторожно предположил Фальк. — Время к полуночи.
— Сейчас посмотрим, — пробормотала Зара.
Про себя она решила, что Цак, возможно, и спит, но, скорее всего, не здесь. Башня выглядела нежилой.
Джэйл подъехала к массивным, обитым железом дверям, спешилась, нашла медный, сделанный в форме львиной лапы молоток и ударила в дверь.
После третьего удара дверь подалась, и Джэйл вдохнула пыльный и затхлый воздух. Она не знала, распахнулась дверь оттого, что она слишком сильно на нее нажала, или сработал какой-то механизм.
Остановившись на пороге, серафима крикнула:
— Здравствуйте! Тут есть кто-нибудь? Илиам Цак, вы здесь?
Ответом ей была лишь тишина.
— Илиам Цак! — повторила Джэйл.
Вновь никакого ответа.
Тогда Джэйл осторожно переступила порог. Зара, Тор и Фальк последовали за ней.
В башне царила полутьма. У дальней стены можно было различить очаг, над ним висели сковородки, посредине стоял большой деревянный стол, заставленный грязной посудой. В кубке плескалась какая-то мутная жидкость, на тарелках были разводы жира.
Зара повела пальцем по столешнице — гам был толстый слой пыли. Однако делать выводы было рано. Может быть, Илиам Цак ужасный неряха и вовсе не интересуется тем, что происходит у него на кухне.
Винтовая лестница привела их на второй этаж. Здесь располагались застеленная кровать, умывальник и ночной столик. На столике стояла наполовину сгоревшая свеча. На полу перед кроватью были разложены книги: «Водяная магия», «Глубины матриархата», «О эльфах, вампирах и других обитателях мира теней», «Жизнеописание рыцаря Маркуса Мариана». Здесь им тоже не удалось обнаружить никаких следов Илиама Цака.
Они решили подняться на третий этаж. Но едва Джэйл ступила на лестницу, раздался громкий скрип, и серафима отпрянула назад. Ее напугал не звук, а холодное дуновение, причем не похожее на порыв ветра, влетающего в раскрытое окно. Почему-то она невольно подумала о смерти.
Однако серафима тут же отогнала эту мысль и решительно зашагала вверх по лестнице. Зара, Фальк и Тор не отставали. Когти волка постукивали по деревянным ступеням. На третьем этаже находился рабочий кабинет. Большую часть помещения занимал огромный стол. На нем громоздились приборы алхимика: колбы, чашки Петри, сосуды для смешивания жидкостей, спиртовки и так далее. Рядом высилась странная конструкция, состоящая из стеклянных колец, полуколец, спиралей и предназначавшаяся, скорее всего, для дистилляции жидкостей. Стена у стола была покрыта разноцветными пятнами и копотью, на полу среди осколков стекла валялся перевернутый стул.
По молочно-белому оконному стеклу змеилась причудливая, похожая на молнию трещина. Правая половина стекла выпала, и в окно дул пронзительный холодный ветер. Снег засыпал книги и свитки, разбросанные по столу.
Джэйл отошла на два шага от двери и вдруг резко остановилась.
— Что там? — осведомилась Зара.
Но едва она подошла к серафиме, как сама увидела, в чем дело: поперек стола, лицом вниз, лежал труп. Это был высокий, крепкого сложения мужчина в богатой одежде.
Джэйл все еще стояла не шевелясь, но Зара подошла к столу, чтобы внимательнее рассмотреть мертвеца. На его коже были заметны следы ожогов. На правой руке не хватало мизинца, но человек лишился его уже давно — рана успела зарасти. На указательном пальце правой руки Зара увидела перстень с изображением венца из роз и двухголовой змеи — символ культа Саккары. Точно такой же символ она видела у Сальери и — совсем недавно — в башне городского совета Штерненталя.
Зара обошла стол, взяла мертвеца за плечи и перевернула — ей хотелось увидеть его лицо. Но это оказалось невозможным — лица не было, оно сгорело в неведомом пожаре, Зара увидела лишь обгоревшую плоть и кости. Также страшно была обожжена грудь — вампирша могла разглядеть белую грудину и ребра.
— Во имя всех богов, — едва слышно прошептала Джэйл.
Это зрелище потрясло даже серафиму, немало повидавшую за долгую жизнь.
Фальк двинулся вперед, чтобы взглянуть на находку, но тут же отскочил назад, словно от удара.
— Так это… — Голос едва слушался его. — Это и есть… Это и был…
— Да, — твердо сказала Джэйл. — Это Илиам Цак. Это был он.
— Ну что ж, где бы его ни видели в последние годы, сейчас мы точно знаем, где он, — пожала плечами Зара.
Она отошла от трупа и принялась рассматривать приборы и колбы на столе.
— Все выглядит так, словно он делал взрывчатку, — сказала она чуть погодя. — Тут сера… селитра… уголь… В общем, все, из чего состоит порох.
Фальк наморщил лоб.
— Что же, получается, Илиам Цак просто-напросто пытался сделать бомбу?
— Не обязательно, — ответила Джэйл, старательно отводя взгляд от мертвеца. — Те же вещества используются в магии для приготовления колдовских напитков или ведьмовского порошка. Может быть, он ошибся в пропорциях, и…
— И раздалось «бабах», — закончила фразу Зара.
Джэйл кивнула. Ее лицо оставалось серьезным и печальным.
Любопытство Фалька наконец победило страх, и он тоже подошел к столу. Тут он заметил нечто, что ускользнуло от внимания Зары и серафимы, — на пюпитре у стола стоял раскрытый на середине фолиант с пожелтевшими страницами. Фальк невольно присвистнул. Зара тут же повернулась к нему.
— Что там у тебя?
— Очень интересный том, — пояснил Фальк. — «Магические порталы. Их устройство и способы открытия». Неужели такое возможно? Если я не ошибаюсь, это относится к запретной магии? Кажется, в заточении Цак взялся за старое.
— Ты не ошибаешься, — пробормотала Джэйл, кажется, она сильно рассчитывала на беседу с Цаком и сейчас чувствовала себя растерянной. — Но, похоже, не он был заказчиком убийств в Мурбруке и других местах. Судя по состоянию трупа, Цак умер по меньшей мере шесть лун назад. А зверь появился в Мурбруке в начале зимы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
