class="empty-line"/>
Ток-шоу Андрея Малахова "Пусть говорят". Гость – знаменитый американский боксер Майк Тайсон, приглашенный – Владимир Вольфович Жириновский.
– Владимир Вольфович, вы знаете, что у Тайсона есть татуировка Льва Троцкого?! – орал Малахов.
– Естественно, Троцкий пользуется в США большим авторитетом, – начал было рассуждать Владимир Вольфович…
Тут Малахов так загорланил-завопил, меняя тему, что микрофоны в студии зафонили и телевизоры по всей стране задребезжали!
Вот тебе и "пусть говорят"!..
Тяжелая тема.
В 2015 году отшумели в связи с 20-й годовщиной гибели Владислава Листьева – и, видимо, всё ушло в историю…
В начале 90-х была компания страшно активных, страшно амбициозных "демократических журналистов", настоящих пламенных "прожектористов". Куда не кинут "Взгляд" – все трещит и полыхает. Мне же Листьев запомнился как ведущий знаменитой в свое время передачи "Час пик". Человек он был яркий, неординарный. И прекрасно запомнились несколько его последних бесед. С Ильей Глазуновым – о гибели царской семьи. Глазунов настроился решительно, и высказался полностью, жестко и ясно. Рассказал всё подробно, в том числе и о том, что относится к так называемым "запретным темам". И Листьев не смог ему воспрепятствовать…
– Что вы такое говорите?!
– А как будто вы этого не знаете! – отвечал Глазунов.
Беседа Листьева с журналисткой, по фамилии, кажется, Альбац, которая наваляла книжку об "антисемитизме", и которую они обсуждали, позабыв обо всем на свете – и о том, что прямой эфир, и что идут звонки телезрителей… И по ходу обсуждения наболтали много чего такого, о чем никак не следовало болтать.
Я слушал с большим интересом.
Ну и, преинтереснейшая, прелюбопытнейшая беседа с Марией Розановой, женой Вадима Синявского – он же Абрам Терц.
В свое время, многие помнят – с утра до вечера верещали: Абрам Терц – "Прогулки с Пушкиным", "Прогулки с Пушкиным" – Абрам Терц. Абрам Терц, Абрам Терц. А потом – как обрезало. Оказалось, Абрам Терц – Вадим Синявский с женой – "противники реформ". Снова в диссидентах оказались, по второму, теперь уже "демократическому" кругу.
Однако на "Час пик" Марию Розанову Листьев пригласил. Видимо, по случаю – приезда из Парижа.
– Приехала я в Москву, посмотрела на всё это и сказала своим: псы вы кудлатые, козлы вонючие, да отдайте вы им в конце концов власть!..
Я смотрел передачу – и записывал.
– А мне в ответ: тебе хорошо так говорить, Маша, сидя в Париже, а нас ведь здесь разорвут, просто разорвут!..
Листьев растерянно потирал усы.
Убийство Листьева… На следующее утро, в каком-то зале, на какую-то сцену вылезли Ельцин с Александром Яковлевым, в то время – главой 1-го телеканала.
– Это, безусловно, политическое убийство, – сурово произнес Ельцин.
Да кто бы сомневался-то?!
– Безусловно, это политическое убийство, – вторил ему, шевеля брежневскими бровишшами, "отец русской демократии".
И в тот же день, с самого утра, во всех СМИ поднялся истерический визг об "угрозе фашизма".
С чего бы визжать? Все-таки уже 1995-й год, политический режим устоялся, укрепился…
Вообще, шум подняли невероятный, просто невероятный. Письма протеста против убийства Листьева, со всех концов страны – где искренние, где явно организованные. Интервью всех и всяческих деятелей. Какая-то "команда" телевизионщиков добралась даже до деревни писателя Василия Белова, и первым делом к нему – о Листьеве.
– Да не хочу я говорить о смерти Листьева! – отбивался Белов. – Он многое сделал для становления этого режима и пал его жертвой…
Прекрасно помню также интервью со следователем по особо важным делам, которому поручили вести дело Листьева. Лучшим следователем, разумеется. По его словам, ему звонили все, не звонили разве что Ельцин и Черномырдин (на тот момент – президент и премьер-министр).
А когда следователь ушел в отпуск – дело у него забрали.
Двадцать лет прошло. Дело-то и сразу было ясное, а по прошествии времени – яснее ясного…
Троцкий… Он же Лейба, Лев Давидович Бронштейн. Самонаипервейший "демократ", истинный "отец русской демократии". По всем повадкам, ухваткам, манере действовать и говорить (агрессивный демагог!) – родня, родня, первой степени родня, кровная родня, просто-напросто близнец российских "младореформаторов"! (Гайдар, Чубайс, Немцов и прочие…). Ну вот пример: "Миссия России" – выступление А.Б.Чубайса в Санкт-Петербургском государственном инженерно-экономическом университете 25 сентября 2003 года. Один заголовок чего стоит: "Миссия России"! Патриота бы вдрызг высмеяли с таким заголовком, а тут – на "ура". А пафос, пафос, какой пафос! Вот концовка выступления :
– Нам нужно просто увидеть сейчас контуры нового формирующегося мира ХХI века, в котором будут США (на сегодня самая крупная империя в мире), новая объединившаяся Европа, … Япония, … и в котором должна занять свое место и наша страна. Непросто занять место в этой цепочке и замкнуть это кольцо великих демократий ХХI века. У нас для этого есть абсолютно все необходимые предпосылки. Это единственный реальный способ по-настоящему, на равных, в партнерском режиме построить свою работу с достойными партнерами, для того чтобы вместе с ними защищать порядок и свободу на Земле. Я убежден, дорогие друзья, что эта миссия и есть великое будущее нашей великой страны!
"Защищать порядок и свободу на Земле"… Естественно, последовал восторженный рев комментариев, прежде всего – ученых, преподавателей, профессоров университета. Прямо-таки зашлись в экстазе! Еще в студенте Чубайсе они видели блестящие задатки! – и т.п.
Так что Троцкого никак нельзя обойти, говоря о новых "демократических", и даже – "либеральных" временах в России. Начиная с того, что Лейба Бронштейн в свое время шубу украл, из редакции "Киевской мысли". А потом и все в стране украл – под страшную шумиху о самых высоких и полезных для общества и страны идеях!
Вдохновляемый постулатами иллюминатства, причем самых низких его ступеней, самого низкого пошиба (организация всяческого беспорядка и бытового бардака) – Троцкий еще в 1904 году сочинил агитку провокатора:
– Оторвать рабочих от машин и станков, вывести за фабричные ворота на улицу, направить на соседний завод, увлечь новые массы на улицу, от завода к заводу, от фабрики к фабрике, направляя и снося полицейские препятствия, увлекая прохожих речами и призывами, поглощая встречные группы, заполняя улицы, в конце концов превратить таким образом город в революционный лагерь.
Лев Троцкий.
А теперь вспомним действия "младореформаторов" в конце 1980-х – начале 1990-х годов. Всё то же самое – только у них было телевидение, другие средства массовой информации – отсюда и некоторые новые
