присела рядом. Его ресницы дрогнули, но глаза он не открыл. Наверное, выжидал. Тогда я стремительно легла рядом и, сильно прижавшись к его боку, обняла его руками.
Рафаэль дернулся, как ужаленный, распахнул широко глаза и в первые мгновения не мог даже сделать нормальный вдох.
- Ты… ты…- он никак не мог договорить, а я сжала его посильнее и твердо сказала:
- Не дергайтесь! Я пытаюсь вас просто согреть!
- Убирайся, - процедил он, все еще пытаясь оттолкнуть меня, но я сейчас была в десятки раз сильнее, поэтому он был беспомощен передо мной. Эта беспомощность начала выводить его из себя.
- Если ты сейчас же не оставишь меня в покое, я убью тебя самыми извращенными способами, которые только можно представить! - начал он угрожать, и в его голосе отчетливо прослеживалась пугающая искренность. Мне стало даже страшно. Рафаэль не шутил. Но… я не могла оставить его! Вместо этого я еще сильнее прижалась к нему, с каким-то трепетом вдыхая притягательный запах его тела, и открыла путь золотому исцеляющему потоку.
К моему собственному удивлению, он потек не только через руки, но и через всю меня. Я ощущала, как золотая сила вливалась в Рафаэля мягкими волнами, и даже он не смог противиться ей. Его попытки оттолкнуть меня становились все слабее, а по телу его начала пробегать трепетная дрожь. Я ощущала, что нас накрыло ласковым теплом, которое нежно протекало через все ткани, мышцы, ноги, руки, принося с собою невообразимое ощущение защищенности, покоя и даже какого-то удовольствия. Генерал закрыл глаза и прерывисто дышал. Не боролся со мной и не угрожал. Был сильно сражен мощью и притягательностью изошедшей из меня силы, поэтому мы лежали, обнявшись, еще долгое время, пока я не ощутила, что золотой поток начал иссякать: этот этап исцеления подошел к концу.
После этого я осторожно начала отпускать Рафаэля и отползать от него. Он уже больше не дрожал. Бледность сменилась легким румянцем, но то ли от выздоровления, то ли от стыда. Я даже осторожно скользнула по его «атмосфере», стараясь, чтобы он меня не заметил, и успела выхватить следы его дикого смущения, злости на себя и меня и… невероятного восторга, обрушившегося на него во время моего сеанса исцеления. Он не открывал глаз и делал вид, что спит. Он больше не мог открыто угрожать человеку, объятья которого только что принесли ему так много сил и невероятных ощущений, а он принял их и… ему было безумно хорошо!
Я и сама немного шаталась от избытка силы, влившейся в меня сейчас. Поняла, что, исцеляя Рафаэля, тоже получаю немалую порцию энергии. Уже даже не хотелось есть: тело было напитано из другого источника, и чувствовала я себя очень хорошо.
Все эти открывшиеся возможности немного пьянили. Страх перед обстоятельствами и даже перед Рафаэлем начал отступать, и я ненадолго вышла из пещеры, чтобы вдохнуть свежего воздуха и унять сильно колотящееся сердце. Россыпи звезд наполнили меня трепетом, а прохлада отрезвила разум.
Ангел не объяснил мне, как мы сможем вернуться назад. Он только пообещал, что Рафаэль не умрет. Все произошло так, как сказал Ангел. Но… нам надо возвращаться! Так как пока я не знала, как это сделать, решила подождать. Возможно, подпитка золотой энергией позволит нам продержаться без пищи еще какое-то время, а там… а там, надеюсь, выход будет найден…
Когда я вернулась, Рафаэль уже спал. Я чувствовала, что он окреп: из-за нового дара и моих лечебных манипуляций между нами сформировалась более крепкая связь, в которой мне еще стоило разобраться.
Я смотрела на его красивое лицо и тяжко вздыхала. Когда он выздоровеет и вновь обретет свою силу, станет ли он действительно угрожать мне смертью, как обещал? Надо быть начеку. Надеюсь, мне удастся выжить…
Оставшуюся ночь мы оба проспали до самого утра. Я проснулась от каких-то звуков и поняла, что Рафаэль пытается привстать. Я испугалась за него и тут же подскочила ближе, но он посмотрел на меня с такой ненавистью, что я замерла на месте, оставив повисшими в воздухе уже протянутые к нему руки.
Сесть у него все же не получилось, и он со стоном повалился обратно на примятое сено. Закрыл глаза, чтобы не видеть меня. Даже без прикосновения к его «атмосфере» я ощущала его глубокое презрение ко мне и… страх! Осознание этого меня изумило. Великий Генерал Рафаэль Муарон… он боится меня! Мои руки опустились. На душе стало тоскливо. Почему? Сама не знаю. Просто устала, наверное. Хочу, чтобы меня любили, а не презирали и ненавидели…
Но такова моя миссия – спасти его ценой собственных желаний!
Золотая энергия защекотала в пальцах, приглашая к очередному сеансу целительства. Вот только как оправдать мои прикосновения к нему в этот раз? Вчера я сделала вид, что согреваю его, а сегодня… Ничего в голову не приходило. Если прямо скажу, что исцеляю его, он может не поверить, испугается, что, наоборот, хочу ему навредить, ведь он видит во мне своего врага…
Ему даже проще принять, что я лезу обниматься из-за своих извращенных чувств к нему, чем ради его выздоровления. Да и раскрывать свой дар мне не хотелось…
А что, если… сделать ему перевязку? Старые окровавленные ткани давно пора заменить. Правда, придется немного подпортить одеяло…
- Мне нужно сделать вам перевязку, - твердо заявила я, а Рафаэль изумленно открыл глаза. Потом он сильно нахмурился, брови сошлись на переносице.
- Ни за что! – заявил он холодно, но я не стала его слушать. Стянула с него одеяло, начала расстегивать рубаху…
Он схватил меня за руки с неожиданной для своего состояния силой. Крепкие пальцы сомкнулись вокруг моих тонких запястий, заставляя оторваться от раздевания.
Я взглянула в его гневные, еще больше потемневшие глаза.
- Я хочу просто помочь, - устало проговорила я. Но он не верил. Ни одному слову. Поэтому я просто приложила немного усилий и придавила его руки к земле. Он изумился своей слабости, а на лице отразилась дикая растерянность. Вот так легко быть поверженным каким-то хилым извращенцем, почти мальчишкой!
- Генерал, простите меня, - постаралась произнести я кротко, - я все делаю ради вашей пользы, хоть вы мне и не верите. Прошу, перестаньте противиться. Если бы я хотел навредить вам, то просто оставил бы здесь умирать.
