- 40
Когда все было закончено, солнце оставило за собой три четверти отмеренного дневного пути.
Я сказал Сим и Кетину, что намерен и дальше преследовать Большие Сани.
Я старался объяснить им, что это мое собственное решение, касающееся только меня одного, что они совершенно не обязаны сопровождать меня.
Сим тут же ответила, что последует за мной, куда бы я ни пошел. Кетин же заявил, что у него другие планы, но он останется с нами до тех пор, пока ему не удастся раздобыть для нас какой-нибудь еды.
Я показал белые питательные кубики, которые нашел в пещере, но он, кажется, не понял, для чего они служат.
Это все, что произошло за сегодня.
Это самый длинный день, о которых я до сих пор рассказывал.
Не буду прослушивать сказанноег, поскольку опасаюсь, что исчерпается энергия моего устройства.
Сегодня мне удалось, наконец, понять, для чего оно служит - не только для запоминания моих слов и их повторения.
Я знаю, что вы, на Больших Санях, слышите меня сейчас!
Когда становится тихо и не слышно ничего, кроме треска сгоревших поленьев, ровного дыхания Сим и тяжелых вздохов Кетина, мне кажется, что я слышу вас.
Я не знаю, почему вы не хотите говорить со мной, но отлично знаю, что вы существуете!
Д Е Н Ь О Д И Н Н А Д Ц А Т Ы Й
Это был плохой день, хотя, может, и не совсем.
Начался он с того, что ночью мне приснилось, будто Сим опять похитили. Может быть, потому что я спал на морозе?
Во сне мины опять пришли и их снарядик попал мне в то же самое место, что и в первый раз, однако, боль была еще сильнее.
Я ледал на снегу и думал, что все начинается сначала и теперь Большие Сани еще больше удалятся от меня.
Но это был только сон.
Утром перестал двигаться Жук. Скорее всего, его убил холод.
Колесник сказал, что его можно спасти, если накормить какой-то энергией, но что это такое - я не понял.
Я впервые увидел, как плачет Сим.
Колесник объяснил ей, что Жук не умер, что его можно поправить, что он опять сможет двигаться, как только проснется, но она ему не поверила. Откровенно говоря, она была права, потому что кто появится здесь с инструментами, чтобы исправить его?
Дальше мы продолжали путь с Колесником и Драконом.
Я ехал на Колеснике, но его металлическая поверхность была такая холодная, что пришлось остановиться и насобирать веток, чтобы подложить их под зад.
Через несколько часов мы вышли на след Больших Саней.
Он был припорошен снегом, но все еще хорошо виден.
Машины пошли быстрее, чем когда мы были вынуждены форсировать снежную целину.
Кетин покинул нас, заявив, что уходит на охоту и если мы будем идти по следу, то он легко отыщет нас.
- 41
Он вернулся только вечером, притащив тело молодой женщины неизвестного мне племени.
Она выше нас, со смуглой кожей и, должно быть, была очень красива, пока Кетин не свернул ей шею.
Кетин не захотел ее есть, говоря, что она предназначена для нас, а поскольку мы с Сим уже поужинали, тело привязали к спине Дракона.
Кетин объявил, что покинет нас завтра утром.
На этом я заканчиваю, добавив, что порванный вампирами комбинезон доставляет мне большие неудобства. Холод, проникающий в дыры, охлаждает все тело.
Я обмотал рваные места остатками паруса с саней Рваного Ножа, но это не очень-то помогло. Может, поэтому рана в боку болит еще сильнее.
Д Е Н Ь Д В Е Н А Д Ц А Т Ы Й
Собственно, рассказывать не о чем.
Весь день двигались по дороге.
След Саней не очень свежий.
Кетин ушел еще с утра.
Я очень устал, но заставил себя пройти несколько сот метров, чтобы согреться.
Около полудня я услышал песнь виггиков.
Наверняка, это какое-то другое племя, но песнь та же самая.
Она напомнила мне об охоте на нашвонка, и я решил проверить, смогу ли бежать по снегу, не проваливаясь.
Не смог, так как не набрал нужную скорость.
Может, когда-нибудь это и удастся.
Вечером Колесник наломал веток для костра. Сим взяла мой нож и отрезала кусок бедра женщины, которую добыл для нас Кетин, но я только выпил немного воды с растворенным в ней кубиком из пещеры.
Сим была в восторге от моего ножа - как легко он режет замороженное мясо!
Она думает, что я, наверное, расстроен, и старается развеселить меня, но я просто очень устал.
Д Е Н Ь Т Р И Н А Д Ц А Т Ы Й
На протяжении нескольких часов мы потеряли и Колесника, и Дракона.
Первым остановился Колесник, а через несколько минут Дракон.
Уже некому было сказать нам, что можно сделать.
Мы перепробовали все, что делали раньше для Жука, но все напрасно.
Колесник был хорошим товарищем и нам будет очень его не хватать.
Мы вырезали лучшие куски мяса со спины убитой Кетином женщины и двинулись дальше пешком.
Это мясо для Сим, поскольку никакие силы не смогут заставить меня проглотить хоть кусок.
В сумерках, когда мы решали, идти дальше или остановиться, к нам вышел памигак.
Вначале я не узнал его, а потом оказалось, что это Белое Яблоко.
Он болтал, как сумасшедший, и я было подумал, он радуется, что наконец-то ему удалось найти людей, так как несколько последних ночей он провел совершенно один, что было крайне неприятно.
- 42
Он говорижл, что слышал о нас.
Оказывается, нас видела масса народа, но они боялись подойти поближе.
Идут слухи, что с нами жуткие чудовища.
Я спросил Белое Яблоко, видел ли он их.
Памигак рассмеялся и сказал, что нет, потом начал хвалиться, что не верит в такие байки.
Он должен был пройти мимо засмыпанных снегом Колесника и Дракона, даже не подозревая, что там, в сугробах.
Сомневаюсь, что он мог бы представить себе что-то такое, если бы увидел их в движении.
Я спросил, что ему нужно так далеко от племени.
Он ответил, что хочет кое о чем расспросить людей с Больших Саней.
Сейчас оба уже заснули.
Белое Яблоко тихонько храпит, но я все равно услышу, если кто-то появится за пределами круга, освещенного нашим костром.
Все время я держу под рукой рогатый жезл.
Я слышу и ваше дыхание, хотя вы далеко на Больших Санях.
Я начинаю подозревать, почему вы молчите.
Может, это какое-то испытание?
Может, если я выдержу его, вы тогда отзоветесь?
Д Е Н Ь Ч Е Т Ы Р Н А Д Ц А Т Ы Й
Не знаю, почему отсчет дней должен иметь для меня какое-то особенное значение, но это именно так.
Меня преследуют жуткие сны.
Я убил одного из минов магической палкой Сим и они объявили меня своим королем.
Я убивал этого мина раз за разом, яд с колючек смешивался с его кровью, однако, он упрямо не хотел умирать, повторяя, что хочет стать моим рабом и выполнять все мои приказы.
Меня охватило какое-то странное возбуждение и одновременно стыд из-за того, что я убил кого-то лишь потому, что он захотел стать моим товарищем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
