с подовым хлебом и пошли с подносами к стойке десертов. Джессика заметила, как одна из сестер опрыскала водой деревце, стоявшее в горшке на последней стойке раздачи. После этого листья растения посветлели, оно потянулось вверх, и на ветке появился ярко-желтый плод. Сестра сорвала его, положила на поднос и пошла к своему столу.
Джессика стояла как зачарованная.
– Никогда в жизни не видела такого лимонного дерева.
– Эти плоды слаще и мягче лимона. Дерево плодоносит только после того, как его опрыскают водой, – объяснила Ксора. – Так на так, вода в обмен на плод.
Ксора повторила водную процедуру, и скоро у них обеих были свежие фрукты, с которыми они и вернулись к столу. Во рту эти плоды оставляли гамму превосходных вкусовых оттенков – один за другим.
– Восхитительно!
Ксора сардонически улыбнулась.
– Помни главное напутствие Верховной Матери: не ешьте десерт перед основным блюдом.
Воспоминание заставило Джессику улыбнуться, и она поняла, что потихоньку успокаивается.
Ксора нагнулась к Джессике через стол, не удержавшись от желания посплетничать.
– В школе сейчас происходит много событий. Главная тема разговоров – ты и Лезия, но кроме того, сейчас разразился своего рода финансовый кризис. Дом Тулла, наш главный благотворитель, прекратил платежи. Старый виконт отчислял огромные суммы в пользу Бинэ Гессерит – ты же видела модернизированные старые и недавно возведенные новые здания, – но недавно он умер, и наследники прекратили финансирование, сказав, что их дом и так достаточно много пожертвовал на Орден сестер. Для Верховной Матери это стало настоящим потрясением. Мы предложили прислать наложницу новому виконту, но он отказался, – добавила Ксора и некоторое время помолчала. – Я бы с удовольствием поехала к нему, если бы мне дали такой шанс. Я слышала, что Джиандро Тулл красавец, а я как раз в таком возрасте, что смогу стать подходящей для него спутницей.
– Ты можешь попросить о назначении?
Ксора в ответ лишь грустно улыбнулась, и Джессика заметила, что она очень мила – с высокими скулами и чувственными полными губами, которые делали ее интересной и привлекательной.
– Нет, единственное, что может делать сестра, – это стараться изо всех сил и надеяться, что ей предложат что-нибудь интересное.
– Да, – согласилась Джессика и откусила кусок сочной свинины, наслаждаясь ее изысканным ароматом.
Когда-то давно она не имела понятия, что ее назначат к герцогу Лето, и с большим сомнением приняла это предложение.
Ксора тоже положила в рот кусок мяса, подумала и сказала:
– Расскажи о себе, таинственная женщина. Мне очень хочется лучше тебя узнать.
Джессика мгновенно насторожилась.
– Разве здесь плохо осведомлены обо мне? Старая Лезия потребовала, чтобы меня оторвали от дома, от моего сына Пола. И все из-за того, что старухе приснился дурной сон.
Ксора сочувственно хмыкнула.
– Лезия! Эта злобная старуха устроила здесь настоящий хаос. – Она улыбнулась, но натянуто, словно выдала тайну. – Прости за напористость. Я специально тебя искала, потому что кое-что знаю о твоих тайнах. У нас с тобой есть… кое-что общее. – Она оглянулась и понизила голос. – Как и ты, я тоже когда-то служила наложницей… И у меня тоже есть сын, рождение которого не санкционировали Бинэ Гессерит.
Пораженная, Джессика положила ложку на тарелку. То, что она была наложницей Лето, знали все сестры, но нарушенная ею инструкция оставалась тайной. Известно ли им, что ей предписывалось рожать только дочерей? Она думала, что эта информация доступна только Мохайем и другим Преподобным Матерям высшего ранга. Внутри Джессики все похолодело, она молча ждала продолжения.
Ксора многозначительно кивнула и снова заговорила:
– По крайней мере, тебе разрешили остаться с твоим герцогом, меня же за тяжкое отступничество отозвали семнадцать лет назад. Я сижу здесь и впустую трачу свои способности. Я обладаю навыками высокого уровня, но прокторы оставили меня здесь обучать послушниц.
Джессика не удержалась от вопроса:
– Что стало с твоим сыном? Он… далеко отсюда?
Лицо Ксоры исказилось от обуревавших ее чувств. На несколько мгновений она прикрыла глаза.
– Нет, он очень близко, но мне не позволяют быть его матерью. Он меня даже не знает.
Джессика не могла себе даже вообразить, что чувствует эта женщина.
– Мне искренне тебя жаль. Расскажи, что произошло.
– Меня назначили в наложницы к барону Онару Молаи, когда он был еще совсем молод, романтичен и свеж лицом. Я его вторая наложница от Бинэ Гессерит. Он устал от первой – сестры Джиары, ты видела ее здесь, в Школе Матерей. Верховная Мать решила заменить ее мной.
Джессика вспомнила встречу с сестрой Джиарой у бронированной двери палаты Лезии. С незапамятных времен руководство Бинэ Гессерит меняло наложниц, как шахматные фигуры. Назначение Джессики в дом Атрейдесов, а Ксоры – в дом Молаи считалось вполне обычным делом.
– На службе у моего аристократа я провела несколько месяцев при императорском дворе на Кайтэйне. – Она замолчала и пожевала нижнюю губу. – Пока я была там, лорд Молаи активно занимался политикой. Меня предоставили самой себе, и я стала заводить собственные связи. У меня случился роман с молодым сардаукаром, я влюбилась в него, как ты в своего герцога. Это было полным нарушением всех правил – не только Ордена сестер, но и принятых при дворе и у сардаукаров.
Джессика удивилась, но Ксора продолжала говорить, решив рассказать свою историю до конца.
– Когда я забеременела, моего сардаукара разжаловали и отправили на отдаленную планету, а меня в наказание отозвали в Школу Сестер. Барон Молаи пришел в ярость из-за публичного позора, и Харишка отправила ему одну из самых соблазнительных наложниц, чтобы смягчить его гнев. Я родила сына уже здесь, на Уаллахе IX.
Джессика от всего сердца сочувствовала горю, которое довелось пережить Ксоре, и эта боль только усугублялась ее собственным бедственным положением.
– Как и я, ты влюбилась, несмотря на запрет, и родила ребенка, хотя не имела права этого делать.
Ксора посмотрела в глаза Джессике.
– Наверное, мы единственные сестры, которые решились на это.
Джессика прикоснулась к руке Ксоры, но отдернула ее, прежде чем кто-нибудь успел это заметить. Здесь не место для выказывания эмоций. Любых эмоций.
* * *
Я увидел, что уловки и маски императорского двора суть фальшивые, но принятые всеми иллюзии. Все это страшно далеко от реальной жизни.
Герцог Лето Атрейдес, из писем к сыну
Формальный вызов на дуэль от лорда Атикка, холодный как лед, Лето получил на листе ридулианской бумаги. Он с упавшим сердцем прочел вызов и понял: невозможны никакие переговоры, никакие возмещения, у него не примут никаких извинений. Придется встретиться с этим человеком в традиционном поединке, где прольется кровь за кровь.
В ожидании условий вызова Лето проводил время в изучении правил Ландсраада и законов Империи. Он перечитал «Учебник ассасина», пытаясь найти хоть какой-то выход, но в случае объявления кровной вражды возможности ответа резко ограничивались.
Лето не отказался бы добиться примирения, но Атикк не согласился бы ни на что, кроме смертельного поединка.
