хочет. «Какая уж мне жизнь без Маруси?»
Но вот как-то однажды под вечер так заморился, что, не спросив разрешения у лесного хозяина Мец Ижанда, присел под густую елку и заснул крепким сном. Но спать долго ему не пришлось: кто-то разбудил. Он открыл глаза и перед собой увидел не человека, не зверя, не птицу и не рыбу, а огромное чудище.
«Вот ты и попался мне наконец-то! — сказало чудище. — Почему разрешения на ночлег не спросил?» — «Виноват, извини», — опомнившись, сказал Ольша. «Нет, мил человек, этим ты от меня не откупишься». — «Что я должен сделать?» — «У меня для всех провинившихся мера одна: отгадаешь три моих загадки, выполнишь три моих задания да три желания — отпускаю на все четыре стороны. Не справишься, превращу тебя или в зверя, или в мошку какую-нибудь, и будешь служить мне всю свою оставшуюся жизнь». — «Ну что поделаешь, коли провинился, загадывай свои загадки, — говорит Ольша. — Только перед этим скажи, у тебя ли моя невеста по имени Маша? И освободишь ли ее из плена, если я выполню все твои задания?» — «Да, есть такая у меня. Но прежде чем просить об этом, справляйся со своими заданиями», — говорит чудище. И загадывает первую загадку: «Отгадай, что такое будет: „В черном лесу квашня киснет?“ Ответ дашь, пока я до пятидесяти считаю».
Подумал Ольша и ответил: «Муравейник». — «Точно. А теперь вот отгадай эту: „Изнутри кусочек, а снаружи горбушка“».
В это самое время из-за облака выглянул серп луны. Ольша смекнул и, не раздумывая, выпалил: «Серп лунный». — «Опять угадал. Но вот сумеешь ли отгадать эту загадку: „В одном бочонке двоякое вино“».
И Ольша снова нашел быстрый ответ. Он только что съел тетеревиное яйцо. И подумал, что это не иначе как о нем загадка. «Яйцо». — «Молодец! С загадками ты справился лихо. Но вот хватит ли у тебя ума да сметки справиться с моими заданиями? Легких ведь я тебе давать не буду». — «Не тяни, лесное чудище, давай твои задания». — «Сосчитай на небе звезды. Сроку тебе на это ровно до восхода солнца».
Ольша и считать не стал, а сделал вид, что считает, стал думать о Маше: где она сейчас?
Вот взошло солнце, погасли на небе звезды, чудище и спрашивает: «Ну как, ответ готов?» — «Готов, чудище. На небе сорок миллионов сто тысяч двадцать одна звезда», — «Неправда, их там больше!» — не соглашается чудище. «Не веришь, так посчитай сам». — «И посчитаю!» — сказало чудище. И как только вечером зажглись на небе звезды, стало считать. Но, посчитав час с небольшим, устало и махнуло крылом. «Наверно, ты прав, — сказало оно и дало новое задание: „Пройдись передо мной так, чтобы не коснуться ногами земли“».
Ольша обрадовался, получив такое задание. Он, как помнит себя, умел уже ходить на ходулях. Ольша сейчас же вытащил из-за пояса топор, срубил две елки, сделал из них ходули и лихо прошелся перед чудищем на них.
Чудище только крякнуло да помотало головой: «Тебя, человек, не испугаешь никаким заданием! Ну вот сумеешь ли ты выполнить третье мое задание. А оно будет таким: продержи на голой ладони целую ночь живой огонь и чтобы руки не сжег».
И это задание оказалось по плечу Ольше. Он с детства ходил по лесу, видел да держал в руках червячков-светлячков, которые ночью светятся. Он разыскал такого вот червячка, положил на ладонь, подошел к лесному чудищу с ним.
Тот как увидел его со светлячком, сказал: «Выполнил ты и это задание. Теперь выполни три моих пожелания: досыта накорми меня, потом досыта напои, затем усыпи. Выполнишь это, я тебя отпущу на все четыре стороны. А нет, пеняй на себя — уговор дороже денег».
Ольша подумал немного и пошел за едой для лесного чудища. Скоро он прибил кабана, снял шкуру, мясо разрубил топором на части, потом очень густо засолил, соль у него была прихвачена из дома. Затем сплел из бересты большую корзину для кипячения воды, по дороге к лесному чудищу сорвал сон-травы (унихийн) и, подойдя к лесному чудищу, отдал ему мясо, а пока тот ел, вскипятил воды, заварил сон-травы и дал запить ею соленое мясо. Лесное чудище как только напилось, так скоро и заснуло крепким сном. Ольша сел с ним рядом и тоже заснул.
Ну а когда оба проснулись, чудище и говорит: «Ну что ж. Я тебя отпускаю — иди себе своей дорогой». — «Да как же я пойду-то без своей невесты Маши?» — «За невесту ты должен выполнить еще одно пожелание. Сумеешь, так и быть, отпущу и ее, нет — пеняй на себя. А пожелание мое только одно: одолеешь меня в борьбе — невеста твоя. Нет — на нет суда нет. Но прежде давай потягаемся с тобой в том, кто из нас свистнет сильнее».
И лесное чудище свистнуло так сильно, что листья посыпались с деревьев и чуть не лопнули у Ольши перепонки в ушах.
«Теперь твоя череда свистнуть», — говорит лесное чудище.
Ольша знал, что ему не свистнуть сильнее лесного чудища, и он тогда пошел на хитрость.
«Чтобы у тебя, лесное чудище, не лопнули в ушах перепонки, накройся моим балахоном», — сказал он, скинул с себя балахон и подал чудищу. Как только оно прикрылось балахоном, Ольша взял палку да как двинет ею по голове чудища, тот от сильного удара зашатался и чуть с ног не свалился. Потом сбросил балахон и долго тряс своей лохматой головой. А как только опомнился, так и говорит: «Если ты сумел свистнуть сильнее меня, так и в борьбе победишь. Ты удалее меня оказался не только умом, но и силой. Так и быть, получай свою невесту». Он подал кому-то голосом сигнал, и скоро перед Ольшей встала Маша. Лесное же чудище тут же и исчезло. А Ольша с Машей взялись за руки и счастливые явились домой, а тут и свадьбу сыграли. И теперь живут-поживают счастливо.
Правда, в нашей истории всего-то этого, что в сказке, не было, кроме того, что Аннушка, будущая моя жена, действительно была заблудивши в лесу и нашел ее именно я на четвертый день. И вот вскоре женился на ней…
Петр Иванович, сказав это, пожелал мне спокойной ночи и скоро захрапел, а я заснуть никак не мог. Не только впечатления дня мне не дали покоя, но страх впервые оказаться ночью в далеком лесном бараке, хотя и почти рядом со взрослым человеком, где в каждом углу мерещился то домовой, то
