Дабы все-таки не дорваться до бутылки, устроил суровую тренировку, во время которой загонял до седьмого пота своих пажей и оруженосцев Логана. Потом долго чистил броню и правил оружие. Пока занимался, наметил план действий по Монфокону. И окончательно успокоился. Девочек моих он уже не достанет; в Гуттене остался командовать охраной Клаус. А парень подходит к делу более чем ответственно, так что теперь даже мышь туда не проскочит. Ну а чуть позже, сам займусь уродом вплотную и клянусь предками бастарда, больше не оплошаю.
Спал на палубе, благо погода не препятствует. Просто… просто, после смерти Матильды, я никак не могу решиться на близость с Земфирой. Слишком свежо еще горе. Сирийка, вроде как понимает… может быть… наверное…
А вообще… вообще, мне плевать…
Но в одиночестве побыть не дали. Приперся Логан, бросил на палубу тюфяк и устроился ночевать рядом. И принялся по своему разумению утешать сюзерена — видимо понял, что я здорово не в себе. Хоть убей не понимаю, чем меня могут утешить рассказы про его двоюродного дядьку, сменившего за свою жизнь пятнадцать жен.
Хотел его погнать, но не погнал, так и лежал, стиснув зубы и матерясь про себя. Весь опустошенный, злой и уставший как собака. Но, как ни странно, бубнеж шотландца подействовал, и я сам не заметил, как заснул…
ГЛАВА 10
До входа в Луару, порт Сент-Назер, мы добрались благополучно, погода приятствовала, правда, все время пришлось латать течи, но на скорость это не повлияло. А вот и Нант, вотчина бретонских дюков, то бишь герцогов. Еще один независимый оплот против Паука, держатся еще, и похоже, собираются держаться дальше. Но, подозреваю, как только Луи справится с Бургундией, бретонцам станет весьма тяжко.
Не так давно, я уже навещал Нант и дюков, так сказать, поработал «почтальоном», выполняя секретные поручения Великого бастарда Антуана, хрен бы ему в печень, предателю такому. Веселое путешествие случилось: потопленное корыто франков, сгоревший бордель, бегство от стражи по крышам, блуждания по катакомбам и прочие скромные увеселения… А еще, по пути в Нант, я потерял своего пажа Иоста, очень близкого мне человека… Но не будем о скорбном, вся жизнь сейчас такая, жизнь и смерть всегда рядом.
Тогда, в Нанте, я не только выполнял поручения, здесь я нашел прямого убийцу своего отца, Пьера Ле Горджиа, маскировавшегося в городе под личиной кабатчика. Нашел, но не убил — просто не успел, в ад его отправил старый слуга отца. И он же, передал мне часть фамильных сокровищ Арманьяков, после чего отправился убивать Паука — считал своим долгом отомстить за своего господина. Послу Клере, ни о каких покушениях на Луи, не было известно, так же как о схваченных заговорщиках, так что у меня теплится надежда, что Базиль еще жив.
На данный момент, в городе расположен филиал моей торговой компании, склад и даже причал для торговых нефов. Я как-то глянулся дюкам, свою роль сыграли рекомендации Антуана, да и вообще, по совокупности заслуг, и они предоставили некоторые торговые преференции. Ну а Исаак воспользовался этими преференциями по полной, опять же, взяв в долю герцогского эконома. Читай, самих герцогов. И тут же, мои морские разбойники сбывают награбленное, конечно через Исаака и пройдоху-эконома, принося казне дюков неплохой доход.
Словом, в Бретани у меня все нормально, даже пару раз удалось обменяться писульками с дюшесой и послать ей подарки. Именно с ней, а не с Франциском, ее мужем. Ибо, в данном случае, поговорка про «шею и голову семьи», как никогда верна.
А для чего я рванул сюда сейчас? Говорил же, встретиться с Хоттабычем и семьей Земфиры, вон, уже стоит на рейде басурманин, но это не главное. Совсем не главное…
Итак, распорядок дня на сегодня, у меня очень простой. Луиджи и Пьетро уже отправились уведомлять капудана, что я готов с ним увидеться. Встреча, скорей всего, состоится на том же месте, где мы встречались прошлый раз — не дело христианскому кабальеро, пятнать себя посещением басурманской посудины. Вот как бы и все. Но это только для меня. Веренвену же, предстоит устроить нашу лоханку на ремонт, в этом ему поможет представитель компании Исаака. Ну а личный состав, попеременно, начнет посещать местные бордели. Заслужили.
Ну а завтра… Завтра…
— Мой господин…
Я обернулся.
— Мой господин… — повторила, потупившись, Земфира. — Встреча все-таки состоится?
— Да, сегодня.
— Вы будете со мной?
— Да. Прими достойный вид.
— А никак нельзя…
— Нет.
— Как прикажет мой господин… — сирийка с опущенной головой скрылась в своем закутке.
Я чертыхнулся про себя и опять уставился на карту. Вот черт знает что. Девка вбила себе в голову, что я ее разлюбил и собираюсь от нее отделаться. Пробовал объяснять — не поняла. И больше не хочу. Нет желания. Но насильно отдавать родителям, все равно не собираюсь…
— Сир… — в каюте появились близнецы. — Капудан с радостью принял ваше предложение встретиться и…
— Где и когда… — прервал я Луиджи.
— Там же, три часа пополудни… — парень резко сократил ответ. — Со стороны магометан будут девять человек, среди них пять вооруженных воинов.
— Передай Альмейде, пусть со своими готовится — пойдет со мной. Питеру прикажите складывать в баркас подарки, он знает что. Этот пройдоха Лебо, прибыл? Давай сюда…
Еще час ушел на разговор с Рупертом Лебо, главой нантского филиала компании Исаака, и по совместительству моими глазами и ушами в этом городе. Пройдохой я его называю не зря, помимо торговых талантов, которые отмечает сам Исаак, этот плешивый толстячок имеет удивительную способность запоминать все, что где-то слышал, ну и собственно, находиться там, где о чем-то интересном говорят. Вот и сейчас, быстренько отчитавшись по торговым делам и получив указания, он состроил таинственную рожу и приступил к главному.
— Ваше сиятельство… — почтительно выдохнул он и стал по стойке смирно. — Его высочество Франциск, весьма увлекся дамой де Веллекье, Антуанеттой де Меньеле…
— Давно увлекся… — недовольно буркнул я, ломая триумф соглядатая. — Плохо работаешь, Лебо…
Тоже мне секрет, дюк связался с оной дамой, когда еще был просто графом, а не дюком. До второй своей свадьбы. Это я давно знаю, как и то, что дама де Веллекье, в свое время побывала в постели Паука, а это значит, вполне возможно, стучит королю франков. Хотя вот тут я не уверен, ибо Франциск, явно не дурак и подобного терпеть бы не стал. Да и вообще, пока, никакой пользы мне от этого знания нет. Пусть любятся на здоровье. На то он и дюк, чтобы любовниц иметь. В прямом и переносном смысле.
Руперт лилейно расплылся мордой, отвесил мне глубокий поклон и хитренько улыбаясь, добавил:
— Ваше сиятельство, вы как всегда великолепно информированы, однако же, к данным сведениям, я могу добавить некоторые существенные детали. Оная дама, давеча, заложила у Вельзеров многие свои драгоценности, что весьма странно, при таком-то благоволении к ней, его высочества…
— Это уже что-то… — буркнул я ему. — Продолжай…
А сам задумался. На самом деле, с какого такого перепуга дама заложила свои побрякушки? Она на полном пансионе при бретонском дворе, статус ее никто не оспаривает, дюк благоволит, даже дюшеса мирится с ней… Хотя… Дюк сейчас вертится как петух на сковородке, дабы утихомирить Луи, даже заключил с ним мирный договор. А потом атаковал Нормандию и Пуату. При явной недостаточности сил и средств, для такой компании…
— Что говорят о военной компании в Нормандии и Пуату? — перебил я Лебо.
— Давеча, граф Генгам обмолвился, что никак… — поспешил ответить Лебо. — Ни туда — ни сюда. Половину захваченного франки уже отбили, а сейчас затишье…
— Источник сведений?
— Дык раненых в городе полно, а им роток не закроешь… — ухмыльнулся Руперт. — К тому же, портной оного графа, захаживает к моей племяннице, вот и…
— Молодец. Дальше…
Ну что же, при небольшом допущении, можно предположить… Черт, неужели она заложила свои драгоценности, чтобы помочь герцогу? Не, бред…
Ободренный похвалой, Руперт заливался соловьем, а я старался вычленить из этого потока сплетен хоть какие-то полезные сведения для себя. Млять, какое мне дело, кого дрючит бастард — сын оной дамы де Веллекье, от герцога Бретани? Хотя, все в кассу пойдет, может и пригодится…
— … и был принят оный кондотьер[57]… - продолжил доклад Лебо. — На службу принят…
— Стоп! — услышав знакомый термин, я остановил Руперта. — Какой кондотьер?
— Дык, ломбардец же… — почтительно повторил Лебо. — Николя де Монфор. Прибыл давеча со своим отрядом. Обласкан самим дюком, ибо оный воин присутствовал при кончине Карла Смелого, прикрывая собой от вражеских пик его тело, а тако же доблестно отказал Луи, на предложение служить ему…
