Она не могла позволить ему узнать, что у нее в самом деле на душе.
— Ладно, ладно, не шути! Я-то знаю, что тебя несколько раз просили выйти замуж. И почти после каждой свадьбы, которую ты устраиваешь, по крайней мере, один не связанный брачными узами мужчина из гостей просит твоей руки.
— Служебные романы не моя сфера. — Она покачала головой, вспоминая своих несостоявшихся поклонников.
— Знаешь, дорогая, ты слишком разборчива.
— Когда я влюблюсь по-настоящему, тогда, вероятно, выйду замуж, но не раньше, чем составлю себе достаточное состояние.
— Если ты будешь любезна со мной, то получишь хорошие комиссионные, — поддразнил ее Тони.
— Что с тебя возьмешь! Чутье мне подсказывает, что если уж с кем и быть любезной, так это с Мигелем. Ведь денежки-то его!
— Да, тебя не проведешь! Он неплохой парень и умеет обращаться с дамами.
— Но он никогда не бывает дружелюбен со мной.
Тони наклонился к ней, положив свои руки ей на плечи, его голос звучал доверительно.
— Дорогая, этот парень не для тебя. Он помолвлен.
— Да с чего ты взял? Я и не интересуюсь им. Но мне кажется, что это я ему небезразлична. Признаюсь, он мне делал некоторые авансы, но я была холодна, как лед. — Хорошо, что было темно и Тони не видел, как она раскраснелась от вранья.
— Надеюсь, я не помешал? — Услышав этот вопрос, Анни вздрогнула.
Тони выпрямился и оказался лицом к лицу с Мигелем.
— Вовсе нет, мы уже окончили наш разговор, — сказал он беспечно. — Вы тоже пришли полюбоваться открывающимся отсюда видом, сеньор Донварес?
— Я не знал, что вы тут. Честно говоря, я пришел посмотреть, не нуждается ли наша гостья в провожатом, чтобы вернуться домой.
— Я и сама могу найти дорогу, — сказала Анни, вставая, — но если уже пора, то пойдемте все вместе.
— Да, это местечко — настоящий рай для влюбленных! — Тони подал ей руку, на секунду опередив Мигеля. Все трое молча пошли назад в дом. Молчание затянулось, каждый не знал, что сказать. Анни чувствовала напряжение, исходившее от Мигеля, шедшего сзади. Она не знала, сердится он на нее или нет, но чувствовала, что испанец раздражен и сдерживается от своих обычных ядовитых замечаний. Когда тропинка сузилась, Тони пропустил ее вперед и что-то весело сказал Мигелю, разрядив обстановку. Она была рада, что Тони так удачно оказался рядом: в его присутствии можно было не разговаривать с Мигелем.
Когда они дошли до дома, Мигель задержал ее, поставив ногу на ступеньку.
— Минуту, мисс Джордан. Если вы не возражаете, я хотел бы поговорить с вами по поводу завтрашних покупок.
— Да?
— Пойдемте в кабинет. Все нужные бумаги у меня там.
Она кивнула, сняла пальто и пошла за ним, держа пальто на руке перед собой, как щит.
Анни еще не доводилось бывать в кабинете Мигеля, поэтому, войдя, она с интересом огляделась. Кабинет оказался огромным, с полками книг на стенах. На старинном письменном столе у окна царил порядок: на нем лежало лишь несколько бумаг. Кожаный диван и удобные кресла располагались недалеко от камина. Чувствуя себя неловко, Анни встала в дверях.
Мигель молчал. Возникла долгая пауза.
— Ну, так что ты хотел со мной обсудить? — Она наконец решилась и бросилась в наступление.
— Если ты не забыла, за эту свадьбу плачу я. У меня открыты счета в самых крупных магазинах Гранады. Если ты планируешь делать покупки в других магазинах, мне надо договориться об оплате.
Анни растерялась. А она-то думала, что покупки — это лишь предлог для того, чтобы она зашла в его кабинет. Какая же она дура на самом деле, вообразила себе невесть что…
— Мне кажется, насчет магазинов лучше спросить Лучию.
— А что ты и Тони делали в такой поздний час на террасе? — спросил Мигель, прислонившись небрежно к двери. Сейчас он был похож на льва, готового растерзать свою добычу.
— Мы просто болтали о том о сем. — Она едва могла вспомнить. В разговоре не было ничего важного.
— Например, о том, как девушки делают себе состояние, милочка…
Голос Мигеля был вкрадчивым, глаза сверкнули на нее так, что Анни вздрогнула. Оторвавшись от, двери, он двинулся на нее, как лев на косулю, его взгляд прожигал ее насквозь. Напряжение между ними нависло осязаемым облаком.
Он словно загипнотизировал ее. Анни не могла шевельнуться и только смотрела, как он приближается к ней все ближе и ближе.
— О свадьбе говорили… если… если я ее, конечно, удачно проведу — это мои самые большие комиссионные в этом году, — заикаясь пробормотала она, отступая назад. Идти было некуда, ее бедра прижались к подоконнику.
— Держись подальше от жениха моей сестры. В Испании не принято сумерничать с чужими женихами.
Она выпрямилась. Чтобы он ей сказал подобное!..
— Может быть, тебе самому следует прислушаться к своему собственному совету, ведь ты тоже в некотором роде жених! Тони и я подружились, когда нам было пять или шесть лет. Я не намерена прекращать свою дружбу с ним потому, что он женится на твоей сестре.
6
— Ты никогда не обращаешь внимания на чужие советы, не так ли? Ты самая отчаянная спорщица, которую я когда-либо встречал! — сказал Мигель, остановившись в нескольких дюймах от нее и глядя вниз с высоты своего роста.
— А ты настоящий деспот. Я никогда еще не встречала людей, ставящих во главу угла только собственные капризы. Тебе нравится повелевать семи — сестрой, невестой, матерью или мачехой, кем она тебе там приходится…
— Не забудь тех, кто на меня работает, — сказал он вкрадчиво.
Анни внезапно улыбнулась, в ее глазах заплясали смешинки.
— Есть ли кто-либо в Гранаде, кто не подчиняется твоим приказаниям?
Образ жителей в этом большом городе, склонявшихся перед Мигелем, был слишком забавным. Она засмеялась.
Он, должно быть, понял шутку, так как на несколько секунд его лицо смягчилось, и в глазах мелькнула улыбка. Напряжение испарилось, и Мигель сделал шаг назад, пожав плечами.
— Ну, есть, наверное, один или двое, но только потому, что я их не знаю, — ответил он шутя. — Потакай и ты мне в этом, Анни. Сейчас я говорю с тобой серьезно — я не хочу, чтобы Лучии причинили боль. В этом браке и так достаточно риска — две различные культуры, два разных стиля жизни. Я не хочу, чтобы у моей сестры были неприятности из-за отношений Тони с тобой.
— Мы просто друзья, — снова терпеливо пояснила она, перекинув пальто на другую руку.
— Но большие, чем мы? — предположил он. Глаза Анни удивленно расширились. Она и не знала, что он хочет быть ее другом. Вот это новость!
— Не скажешь по твоему поведению, что мы друзья, — заметила она.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
