стоял надо мной и говорил:
— Я тебе что сказал, Сол? Если ты не будешь милой, я пойду к Пеппе.
— Не смей, сволочь.
Он рассмеялся и сказал:
— Она уже выросла.
— Если ты ее тронешь, я тебя убью. И она тебя убьет. И скажет Мо.
Он снова заржал и расстегнул штаны.
Потом он заснул у меня на кровати. Он всегда засыпал, если был пьяный, и мне приходилось пинать его и толкать, чтобы он свалил. Той ночью я сходила отмыться, а потом посмотрела на него и поняла, что могу его убить. И тут же придумала весь план. Купить замки и вставить их в двери. Убежать в лес и жить там, чтобы никто не смог обвинить Мо. Я читала про двух детей, которые убили женщину и ее дочь, и они били в горло, чтобы жертвы не кричали. У меня уже был нож Беара Гриллса, и я уже знала кучу всего про выживание в лесу.
На следующей неделе я купила замок, вставила его в дверь Пеппы, дала ей ключ и велела запираться на ночь, чтобы пьяный Роберт к ней не лез. Я тогда не сказала почему. Сказала позже, когда призналась, что хочу его убить.
Проблема была в том, что он всегда приходил в разное время, а мне надо было все подготовить и еще вставить замок в дверь Мо. Я попросила миссис Керр научить меня читать карты и пользоваться компасом, и она чуть не описалась от счастья. Все время говорила: «Как это чудесно, Сол, ты молодец». Я сказала, что хочу заняться ориентированием, и она показала мне, как читать координаты, рассказала про долготу и широту, научила, как искать север и брать азимут. Еще она рассказала о контурных горизонталях, об обозначениях уклона и о том, как различать разные виды лесных насаждений.
Роберт приходил не каждую ночь. Иногда он несколько недель меня не трогал. Даже когда они с Мо напивались, он не всегда шел ко мне. После появления Роберта Мо стала пить намного больше, и в квартире везде валялись бухло, трава и таблетки.
Но я даже не думала, что он когда-нибудь прекратит. Порой он бывал тихим, называл меня «солнышком», а в другой раз заходил, хватал меня и наматывал волосы на кулак. Он был очень сильным. Иногда он потом говорил что-то вроде: «Ты же понимаешь, как мне дорога», а бывало кидал меня на кровать и уходил. Я никогда не смотрела на него и не видела его глаз. Хотя они все равно вечно были полузакрыты.
Иногда он потом сидел рядом и грозил, чтобы я никому не смела рассказывать, иначе нас с Пеппой заберут и поселят в разные места, а иногда вел себя так, как будто все нормально, давал мне платок и говорил: «Я завтра поеду в Глазго по делам перетереть», как будто мне было до этого дело. Один раз он сел на мою кровать, заплакал и стал просить прощения. Он был совсем бухой и в результате заснул на полу.
У меня ушло несколько месяцев, чтобы достать все необходимое и посмотреть нужные ролики на «Ютубе». Я складывала вещи под кровать, и всегда первая ходила за почтой. Я завела примерно десять адресов, чтобы регистрировать аккаунты на «Амазоне», а паролей у меня было столько, что приходилось записывать их в блокнот, который лежал у меня в тумбочке. Я покупала орехи, изюм и булочки в герметичных пакетах, а еще кексы и печенье, которые долго хранятся.
В тот день, когда приехали кроссовки для Пеппы, рюкзак и непромокаемая куртка «Хелли Хансен», я велела ей положить все это под кровать и сказала, что собираюсь убить Роберта. «Тебя посадят», — заметила она, а я объяснила, что нет, и рассказала ей свой план убежать и жить в лесу. Ей понравилось. Потом я рассказала, что он делал со мной по ночам и что он обещал сделать это и с ней, и она затихла, а потом сказала: «Убей его, Сол».
Две недели Пеппа только и думала, что о побеге, и все время твердила заунывным голосом, как в рекламе фильма: «Нам предстоит выжить в лесу!» — пока я не велела ей заткнуться. Она стала смотреть на «Ютубе» Беара Гриллса и Рэя Мирса, а я показала ей карту, рассказала, как мы будем строить жилье и разводить костер. Потом я показала ей нож, и он ей понравился. Она заранее собрала свой рюкзак и держала его под кроватью. Я разрешила ей померить форму, а потом мы ее спрятали.
В субботу перед нашим побегом Мо и Роберт не вернулись домой. Утром я сделала Пеппе завтрак и отправила ее на гимнастику, а сама врезала замок в дверь Мо и убрала все стружки и опилки. Замок работал. Я спрятала ключ под мусоркой в коридоре. Мо с Робертом пришли днем, когда я смотрела «Ютуб». Мо села в гостиной пить сидр, а Роберт курил косяк перед теликом.
Ночью Роберт пришел ко мне. Он был злой и называл меня маленькой сучкой. Я хотела убить его прямо там, но была суббота, а убегать в воскресенье плохо. Я все расписания поездов и автобусов смотрела на будни.
Но я знала, что это скоро случится, потому что чувствовала себя очень спокойно, когда думала об этом, и вообще не паниковала. Еще не кончился октябрь, так что в лесу должны были быть листья, и рыбу еще можно было ловить. Судя по прогнозу погоду, неделя предстояла ясная и холодная.
Я сказала Пеппе, что мы уйдем на неделе, и в понедельник мы вели себя как обычно. Я разбудила ее, покормила завтраком, и мы пошли в школу. Мо днем ушла в клуб, а Роберт сидел дома и ни фига не делал. Когда вечером он ушел, я нашла в его ящике еще сорок фунтов и забрала их. Во вторник я начала выкидывать все карточки, ноутбук и телефоны, которыми пользовалась. Я вынула симки и выбросила их в море. Блокнот с паролями я тоже выбросила, потому что уже купила все нужное. По дороге домой я увидела Иэна Леки, и он спросил: «Как поживает моя красотка Сол?» Я ответила, что хорошо, и он спросил про Мо и дал мне десятку на чипсы нам с Пеппой.
Роберт и Мо куда-то ушли во вторник и вернулись только к одиннадцати. Они кричали и скандалили, а потом стало тихо. Я знала, что Мо отрубилась. Роберт включил телевизор, и я затаилась
