актерских возможностях, которые мне открылись, о том, как сбываются мои мечты, о том, что у меня появились чертовы мечты. У меня. Настоящие мечты. Раньше я жил только кошмарами.
Последние несколько недель я не чувствовал ничего, кроме настоящей жизни.
Я опустил голову и уставился на ковер.
— Это горе? — спросил я.
Она кивнула:
— Да. Это горе.
Черт.
Я так надеялся, что смогу принять лекарство, чтобы просто избавиться от этой боли.
Кто знает, сколько времени это займет? У меня нет ни времени, ни сил справляться с горем. Итак, в таком случае я поставлю его на паузу и задвину в самый дальний угол. С головой уйду в работу и персонажей, которых должен буду сыграть.
По крайней мере, это позволит мне хотя бы ненадолго забыть о том, каково это — быть мной.
Я прочистил горло:
— Я не думаю, что хочу продолжать.
— Продолжать что?
— Продолжать наши встречи. Мой рабочий график стал довольно загруженным, и у меня просто не хватит времени на терапию.
— Что? Лэндон, нет. — Впервые за все время доктор Смит выглядела обеспокоенной. — Сейчас это нужно тебе больше, чем когда-либо раньше. Я вижу, что с тобой происходит. Ты чувствуешь, что мир вокруг тебя рушится, но это не так. Ты добился больших успехов. Не отступай. Давай продолжим распаковывать эти коробки.
В моей памяти всплыло одно из последних замечаний отца в мой адрес.
Будь готова к тому, что однажды он сломается и ты останешься один на один с его хаосом.
Я не хотел в это верить. Не хотел ломаться и причинять другим людям боль. Не хотел быть слабым ничтожеством, каким меня называл папа. Я не хотел быть похожим на Ланса.
В последнее время мне стало трудно дышать, и я знал, что это означало — я оказался в нескольких шагах от того, чтобы снова начать двигаться по спирали. Вниз, вниз, вниз, обратно во тьму. Но я не хотел этого допускать. У меня не было времени на горе или на очередной заурядный приступ депрессии, и я знал, что если я продолжу копаться в своем дерьме с доктором Смит, то еще больше погружусь в чувства, которые хочу держать под замком.
Я не хотел переживать свою травму. Я хотел стать лучше.
Я думал, что мне становится лучше.
— Это к лучшему, док. Спасибо за все, что вы сделали, — сказал я, вставая со стула и направляясь к выходу.
— Лэндон, подожди. Пожалуйста, — умоляла она.
Я повернулся, чтобы посмотреть на нее.
Она вздохнула, и ее глаза заблестели:
— Ты хороший человек, который заслуживает счастливой жизни. Не отказывайся от этого. Не проигрывай этот бой. Если ты оттолкнешь меня, доверься кому-то другому. Найди кого-нибудь, кому сможешь открыться. Отгородиться от мира и заставить себя поверить в то, что ты один, легко, но это не так. Даже в темные дни всегда есть кто-то, кто протягивает тебе руку.
— Ага. Хорошо.
— Не забывай, — она улыбнулась мне грустной улыбкой, — моя дверь всегда открыта.
Выйдя из кабинета доктора Смит, я надел маску. И это моя ошибка. Я носил ее так долго, что маска стала частью меня. Фальшивая улыбка, фальшивый смех, фальшивая жизнь — все для того, чтобы скрыть боль, переполняющую меня изнутри. К счастью, я был актером в Голливуде — столице фальши. Я мог притворяться сколько угодно, и никто бы и глазом не моргнул. Для них я был Лэндоном Пейсом — беспечным актером, но я знал, что маска не сможет спасать меня вечно. Несмотря ни на что, маски всегда трескаются.
И когда этот момент наступил, моя маска разлетелась на миллионы кусочков.
1 августа 2005 г.
Сатана!
Хей, я решила вернуть нашу традицию и отправить письмо, хотя я пишу тебе сообщения каждый божий день. Трейси вернулась из-за границы, и, по-моему, между нами что-то не так. Может, я все это выдумала, но мне кажется, что она постоянно огрызается и критикует каждое мое слово. Это мелочи, но с каждым днем их становится все больше и больше. На днях она накричала на меня, потому что я допила молоко и не успела купить новую упаковку. И все эти мелочи меня ужасно раздражают.
Например, если я скажу, что мне нравится свитер, она назовет сотню причин, по которым он мне не подходит. «Твои плечи будут выглядеть слишком громоздкими. Цвет не сочетается с твоей кожей». Сплошной негатив.
Рейн сказала, что наши с Трейси отношения всегда были такими. Думаю, я просто не обращала на это внимания, а сейчас она вернулась, и я посмотрела на нее свежим взглядом. Мама сказала, что с возрастом люди меняются и, возможно, мы с Трейси просто двигаемся в разных направлениях.
К слову, я все-таки купила этот свитер — с громоздкими плечами и так далее.
Как ты? Как Сара Симс?! Ты сказал ей, что я ее обожаю? Ты попросил ее автограф? Ты предложил ей на мне жениться? Жду положительный ответ на все вышеперечисленное.
Как насчет того, чтобы я приехала к тебе в гости? Я напишу, когда смогу вырваться с учебы. В конце концов, можно приехать и на выходные.
Я скучаю по тебе, Лэндон.
Не могу дождаться, когда мы снова окажемся в одном часовом поясе.
Цыпа.
P. S. Сладости для моего Сладкого. Но, думаю, тебе не следует их есть — они остались с прошлого Дня святого Валентина. Хэнк подарил их Рейн, а она их так и не выбросила. Так что не советую их пробовать — если только тебя не интересуют конфеты семимесячной давности.
ОТ: ShayGable@gmail.com
КОМУ: Harrison.Landon@gmail.com
ДАТА: 1 сентября 2005 г., 16:23
ТЕМА: Как твое сердце?
Сатана!
Эй, ты. Я отправила тебе блокнот около месяца назад и только недавно поняла, что тебя, возможно, даже нет дома и ты не сможешь его забрать. Все время забываю про твой безумный рабочий график. Я даже не знаю, когда ты вернешься домой и проверишь почту.
В блокноте я описала все новости из моей жизни. На мой взгляд, это не слишком интересно. В основном я хотела проведать тебя и узнать, как ты чувствуешь себя после потери отца. Надеюсь, ты о себе заботишься. Ты можешь связаться со мной в любое время. Не важно, днем или ночью.
Это просто короткое и милое письмо. Представь, что я посылаю тебе жевательных червячков. Они тоже короткие и
