узнаю ЕГО сразу же. Секунда, один лишь взгляд — и всё…
Со всей дури прикусываю щеку изнутри до крови и выписываю себе ментальную затрещину.
«Соберись! Ты же не тряпка!», — ору себе мысленно и приказываю вспомнить, кто я есть.
Я больше не Кочка. И не Вешалка.
Я бессердечная Истома, чёрт возьми!
Прихожу в себя.
Так-то лучше!
Глава 13 — Наотмашь
Ярослав
Странное и давно забытое ощущение струится по моим стылым венам, поджигает отсыревшие фитили и воспламеняет прежде, казалось бы, прогоревший порох. Это он — интерес, которого я не ощущал вот уже долгие три с половиной года.
Он оглушает.
Топит.
Отрезвляюще мажет по лицу, будто бы напоминая о том, что я всё ещё жив. Что не сдох побитой и ненужной собакой тогда, в прошлой жизни. Вот он я — вновь смотрю на девушку, и в груди начинает бурлить подобие азарта.
Я ещё не вижу её лица, но чётко понимаю — она красивая. Очень! Некрасивые девушки так себя не несут. Они сутулятся, смотрят исключительно под ноги и одним своим видом дают сигнал противоположному полу о том, что не стоят того, чтобы на них тратили ресурс.
В своей жизни я знал, только одну девчонку, которая смогла обмануть эту систему. Она же вывернула меня наизнанку. Я ненавидел её до сих пор и ничего не мог поделать с этим разрушающим чувством внутри себя. Потому что я слишком хорошо помнил, как мастерски она прокралась мне в голову, мысли и чувства. И раскурочила там всё своей псевдоневинной улыбкой.
Крошечная, полутораметровая чёрная мамба с глазами удивительного серо-зелёного оттенка. Именно она хладнокровно расстреляла меня в упор, когда я был меньше всего к этому готов.
А теперь передо мной появилась новая цель: густые каштановые волосы развеваются на ветру, стройные ноги уверенно вышагивают по брусчатке, идеальные по округлости бедра выписывают соблазнительные восьмёрки, подбородок горделиво задран и весь вид девчонки будто бы кричит о том, что она тут королева. А все остальные её верноподданные.
И как я уже говорил, есть только два минуса в этой идеалистической картинке: она шатенка и её рост не выше метра шестидесяти. В другой раз я бы хрен к ней сунулся по понятным причинам, но сейчас мне пришлось закрыть глаза на эти бесспорные минусы.
А дальше всё по беспроигрышной схеме: лениво выйти из тачки и непринуждённо прислониться к ней бедром, сложив руки на груди. И ждать, пока добыча сама приплывёт в мои сети.
Но неожиданно план чуть сбоит. Девушка, сделав всего пару шагов от такси, вдруг замирает, облизывает губы и наклоняет голову вниз. Пристально рассматривает свою левую ступню, обутую в босоножку на высоком каблуке. А затем плавно опускается на корточки и принимается поправлять хитроумную застёжку.
Я сглатываю, восхищаясь каждым её грациозным движением. Тем, как ткань её маленького чёрного платья вырисовывает изгибы совершенной фигуры. Меня ведёт. Конкретно!
В груди клокочет явственное и безапелляционное «хочу».
И я уверен на все сто, что всё у меня будет.
Скорее всего, что уже сегодняшним вечером.
Я так-то и не помню, когда бы тёлки мне отказывали. Пф-ф-ф, да никогда…
Уверенно и решительно делаю шаг ближе, когда девчонка заканчивает возиться со своей обувью. Пропускаю пару ударов сердца за рёбрами, стоит ей подняться и эффектно встряхнуть гривой блестящих на солнце волос.
Вау!
Зачёт, девочка.
Ну давай, иди ближе, мне же уже и самому в кайф!
Когда случится химия, я первым делом сниму с неё солнцезащитные очки и рассмотрю каждую чёрточку её лица. И наконец-то поставлю точку в её сходстве с той, которую мне было противно даже вспоминать.
Последний её шаг мне навстречу. Самоуверенная улыбка на моём лице расцветает буйным цветом. Взгляд прицельным лазером впивается в её сочные губы, которые мне совсем уже скоро скажут безоговорочное «да».
Поехали…
— Привет, — чуть преграждаю я девчонке путь и перехожу в контратаку.
Но буквально тут же глохну.
Почему? Потому что это королевишна, не сбавляя скорости своего движения и даже не повернув в мою сторону головы, просто подняла руку и сунула смачный «фак» прямо мне под нос.
На, мол, выкуси!
И дальше поплыла…
— Не понял, — пробормотал я ошалело, нахмурился и, скривившись, уставился в спину удаляющейся от меня стервы. Из тачки послышался гомерический ржач Аммо и меня форменно так бомбануло.
Ну, это она зря…
— Девушка, притормозите. Кажется, мы не с того начали. Сейчас накуролесим и потом будем всю оставшуюся жизнь об этом жалеть.
Молчит. Сучка.
Ладно. Мы негордые. И жесть какие упёртые.
— Девушка!
Догоняю и как придурок нарезаю вокруг неё круги, пока офигительные бёдра несут её стройную фигурку вперёд. Пытаюсь поймать выражение её лица под огромными солнцезащитными стёклами, но она упорно отводит взгляд. Вижу только, что дева красная недовольно кривит и поджимает губы.
Да что не так-то?
Вариант лишь один — Аммо проштрафился и оказался не в курсе, что у девчонки есть парень.
— Несвободна, что ли?
Снова ни слова в ответ.
— Да или нет?
Преграждаю путь. Девушка тормозит передо мной. Вздыхает, привлекая мой алчный взор к своей груди. Такая крепкая троечка. Манит меня. С удивлением чувствую, что по венам побежала не полумёрзлая водица, а крутой кипяток.
Кайф! Кайф!
— Позволь угостить тебя кофе, — выговариваю я, чувствуя, как голос вибрирует от предвкушения.
Как давно этого не было…
— Нет, — рубит неожиданно, пригвождая меня этим нелепым словом к месту, затем обходит мою персону по широкой дуге и чеканным шагом пересекает проезжую часть, направляясь прямиком к небольшой кофейне расположенной на углу улицы.
Усмехаюсь.
Красиво набивает себе цену, ничего не скажешь. Прямо моё браво!
Лениво вышагиваю за ней, заложив руки в передние карманы джинсов. По пути не отказываю себе в удовольствии полюбоваться её задницей. Зачётная! Такая прям крепким орешком, и я от умиления даже закусываю свою нижнюю губу, представляя себе, как эти сладкие булочки будут смотреться на мне сверху.
Бессовестный? Не-а, всего лишь реалист.
Вхожу в кофейню вслед за девчонкой. Встаю прямо за ней, когда она озвучивает свой заказ молоденькому бариста. Улыбаюсь и даю из-за её спины понять, что всё веселье за мой счёт.
— Добрый день, — периферией сознания слышу я голос девушки, а сам наклоняюсь ближе и полными лёгкими тяну в себя её запах. Прикрываю веки и хапаю ещё пару раз чувственного, умопомрачительного аромата. — Мне, пожалуйста, грушево-малиновый айс-латте и три сливочных шу.
Вытягиваю руку с картой и
