Читаем без скачивания Двойное свидание - Роберт Стайн

Глава 28

«Кричи, кричи»

— Ой, увидел, — с притворным разочарованием проговорила Дженнилин. — Как нехорошо получилось. А я-то хотела сделать тебе сюрприз.

— Как… как ты… — от страха язык его будто онемел. — То есть… ты же не…

Девушка поставила банку с медом на пол и, выпрямившись, встала напротив него, скрестив руки на груди и любуясь своей работой.

— Сестренка моя, наверно, и представить не могла, какую пользу принесет ее научный проект!

— Дженнилин, не надо! — вскричал Бобби с дрожью в голосе.

Но она лишь рассмеялась в ответ и пошла к двери за банкой с муравьями.

— Бобби, малыши ведь сегодня весь день в дороге. Наверное, они очень проголодались, как ты думаешь?

Бобби корчился на стуле, пытаясь ослабить веревки. По всему телу его текли вязкие струйки меду. Каждое его движение отзывалось тупой резью. Но он не чувствовал боли: глаза его были прикованы к стеклянной банке. Девушка подносила ее все ближе, ближе — теперь он уже мог разглядеть копошащихся внутри насекомых.

— Кажется, муравьи любят мед, — радостно заявила Дженнилин.

— Нет, пожалуйста! Не надо!

Она перевернула банку и поставила ее на пол, а потом опустилась на колени напротив Бобби.

— Пожалуйста, Дженнилин! Пожалуйста, не надо!

Обеими руками она приподняла банку.

Опустив взгляд, Бобби в ужасе смотрел на красных муравьев, ползущих по его ногам.

Дженнилин снова приподняла банку и выпустила еще горстку муравьев.

— Хватит! Пожалуйста!

Девушка подняла банку и высыпала остаток муравьев на его голову и плечи.

— Ой, Бобби, смотри, что это на тебе? — с деланным удивлением воскликнула она. — Боже мой! Смотри-ка, как им нравится мед!

Тысячи крошечных челюстей, словно иглы, впивались в его тело.

— Они кусают меня! Помоги мне, Дженнилин! — молил Бобби, извиваясь на стуле. — Пожалуйста! Они кусают меня!

Муравьи копошились в вязкой медовой жиже.

— Пожалуйста, помоги! Мне больно! — кричал Бобби.

— Кричи, кричи, — спокойно проговорила девушка, ставя банку на пол. — Может, тебе станет лучше.

Она направилась к двери, распахнула ее и на пороге обернулась.

— Давай-давай. Кричи. И не бойся потревожить соседей. Здесь их нет!

Со злорадным смешком она исчезла за дверью.

Бобби, извиваясь всем телом, страдая от мучительной боли, причиняемой ему укусами плотоядных насекомых, последовал ее совету.

Открыл рот и что было мочи завопил.

Глава 29

Дженнилин вернулась

— Шея! Они кусают мне шею!

Красные муравьи расползлись по всему телу. По спине. По рукам.

Бобби смотрел, как насекомые копошатся в тягучем меде, ежесекундно ощущая боль тысяч укусов.

Отчаянно извиваясь, корчась от дикой боли, Бобби вдруг почувствовал, что ему не хватает воздуха. Он судорожно вдохнул.

— Я… я не могу дышать!

Он снова попытался освободиться. Стал раскачиваться из стороны в сторону — деревянный стул перевернулся, и он закричал еще громче.

Лежа на боку в растекающейся под ним луже теплого меда, он дергался во все стороны. Муравьи ползали по шее. Он чувствовал, как крохотные лапки щекочут подбородок.

Бобби сплюнул, сдув муравьев с губ. Но едва он вдохнул, в открытый рот с потоком воздуха попало несколько насекомых. — О-о, о-о-о, о-о-о…

С его губ срывались приглушенные стоны, но он даже не сознавал этого.

Ему казалось, что он ощущает одновременно каждый из тысяч укусов. Муравьи кусали ему пятки, колени, руки. — О-о, о-о-о-о…

Лежа на боку, он корчился, ерзал, извивался несколько часов. По крайней мере, так ему казалось. Муравьи заползали ему в уши, на веки, в нос.

— О-о, о-о-о-о…

Во рту пересохло, из горла его вырывались животные вопли. Он отчаянно дергал руками и ногами, пытаясь ослабить узлы. Но залитые вязким медом веревки развязать было труднее.

И тут ему вдруг чудом удалось высвободить одну ногу. Сначала он даже не поверил в это. И, чтобы убедиться, резко выбросил ее вперед. Да!

Лежа на боку, он изогнулся и освободил вторую ногу.

Не умеет Дженнилин узлы-то завязывать, подумал он. Если бы они не слиплись от меда, я бы уже давным-давно развязался.

Громко застонав, он встал на колени. Грудь его разрывалась. Муравьи шевелились на шее, в ушах, на коже головы.

Потом ему удалось высвободить руки. — О-о. Вот так. Так.

И он принялся стряхивать с себя муравьев. Он лихорадочно тер лицо, лоб, бил себя по коленям, сметал насекомых с рук и ног.

— Когда же кончится этот зуд? Похоже, никогда!

Нужно было бежать. Позвать на помощь. Он поискал в комнате свои носки и кроссовки. Не нашел.

— Забудь о них, — сказал он вслух. — Беги отсюда. Выбирайся на дорогу. Зови на помощь.

Сердце его бешено колотилось. Он повернулся и направился к выходу.

— Ой! — Поскользнувшись в луже вязкого меда, он упал, больно ударив спину и локоть.

— Беги отсюда. Спасайся!

Бобби с трудом поднялся на ноги и бросился к двери.

Уже совсем стемнело. Стало холодно. Сколько же он пробыл здесь? К перемазанным медом ногам липли травинки. Бобби бежал к дороге.

— Нужно позвать на помощь. Нужно поймать машину. Только бы добраться домой.

— Ой! — Он поранил ногу о камень. Но продолжал бежать, стряхивая с себя муравьев влажными, липкими руками, весь в меде с ног до головы.

Едва он выбежал на дорогу, как увидел впереди два белых луча света. Фары.

Фары приближались: подпрыгивая на ухабистой тропе, машина ехала прямо на него.

— О господи!

Он понял, что это возвращается Дженнилин.

Глава 30

С корабля — на бал

Бежать? Укрыться в лесу? Уже не успеть.

Бобби прикрыл глаза рукой, заслоняясь от слепящего света фар. Машина остановилась.

— Эй, Бобби! Это ты?

Этот голос — он не походил на голос Дженнилин.

— Бобби? Что ты тут делаешь?

Все еще щурясь от яркого света, он увидел как из машины кто-то вышел и побежал к нему.

— Бобби? Что с тобой?

— Мелани! — крикнул он. — Не… не может быть! Как?..

— Бобби, что с тобой? — Свет фар вырвал из темноты ее перепуганное лицо. — Ты в чем это вымазался? Штаны — где твои джинсы?

Дженнилин… — прерывающимся голосом проговорил он. — Дженнилин. Она…

— О боже мой! — Мелани покачала головой, с недоверием глядя на него. — Ладно, садись в машину. Быстро. Я отвезу тебя в больницу.

— Нет. Со мной все в порядке. Не надо в больницу, — немеющим языком пролепетал Бобби. — Нужно обратиться в полицию. Дженнилин — она опасна.

— Хорошо, — согласилась Мелани. — Подожди. У меня в багажнике есть полотенца. Я постелю их на сиденье. Пока постой тут. — Она открыла багажник. — Ты в чем это весь?

— В меде, — сказал Бобби. — Я… я… — слова застряли у него в горле. Больше он не мог произнести ни звука.

Через несколько секунд Бобби уже сидел в машине, откинувшись на спинку накрытого полотенцами сиденья.

— Как ты нашла меня? — спросил он. Мелани смотрела на дорогу; машина тряслась

по грязной колее, направляясь к шоссе.

— Я вовсе не искала тебя, — объяснила она. — Я просто помогала Бри и Саманте. Родители их куда-то уехали, а вечером кто-то угнал их кабриолет. Они были уверены, что его взяла Дженнилин, и попросили меня найти его. Я знала, что Дженнилин любит бывать в лесной хижине, так что…

— Так значит, ты признаешь, что Дженнилин существует, — с горечью проговорил Бобби,

— Да, признаю, — тихо ответила Мелани. — Мне очень жаль, Бобби. Правда. Прости меня. Но я обещала Бри и Саманте никому не рассказывать о третьей сестре. Наверное, теперь уже хранить этот секрет бессмысленно.

Бобби молчал, глядя на темные поля за окном.

— Какой ты грязный — просто жуть, — без улыбки сказала Мелани.

Бобби почесал ногу.

— У меня все тело зудит. Даже не знаю, когда это прекратится.

— Мы поедем прямо в полицию, — сказала Мелани, повернувшись к нему. — Или сначала стоит предупредить Бри и Саманту?

Бобби уже думал об этом.

— Им грозит беда, — пробормотал он. — Дженнилин очень опасна. Она сумасшедшая.

— Тогда, наверное, лучше сначала предупредить Бри и Саманту, а уже потом отправиться в полицию, — подытожила Мелани.

— Да. Хорошо. Так и сделаем.

Тревожный крик вырвался одновременно у Мелани с Бобби, когда они увидели белый кабриолет, припаркованный напротив дома Уэйдов.

— Машина — она на месте. Думаешь, Дженнилин уже там? — спросила Мелани с дрожью в голосе. — Быстрее, Бобби. Мы можем опоздать!

Они бросились к дому. Шторы в гостиной были задернуты. В доме было темно. К пяткам Бобби пристали травинки. Он поддернул трусы. Они слиплись и набрякли от меда.

— Бобби, мне страшно! — прошептала Мелани. Без стука она открыла дверь, и они вошли в дом.