идеи». И в недалёком будущем всё бывшее для самих большевиков явной несообразностью, явной утопией, явным кричащим уклонением от всего того, чему искони учила социал-демократия, – всё это в недалёком будущем стало единственным истинным словом социализма, единственно мыслимой революционной политикой в отличие от бредней социал-предателей и прихвостней буржуазии…
Как и почему это случилось?… Прежде всего – в этом не может быть никаких сомнений – Ленин есть явление чрезвычайное. Это человек совершенно особенной духовной силы. По своему калибру – это первоклассная мировая величина. Тип же этого деятеля представляет собой исключительно счастливую комбинацию теоретика движения и народного вождя… Если бы понадобились ещё иные термины и эпитеты, то я не задумался бы назвать Ленина человеком гениальным…
Наряду с внутренними, так сказать теоретическими, свойствами Ленина, наряду с его гениальностью в его победе над старым марксистским большевизмом сыграло первостепенную роль ещё следующее обстоятельство. Ленин на практике, исторически был монопольным, единым и нераздельным главою партии в течение долгих лет со дня её возникновения. Большевистская партия – это дело рук Ленина, и притом его одного. Мимо него на ответственных постах проходили десятки и сотни людей, сменялись одно за другим поколения революционеров, а Ленин незыблемо стоял на своём посту, целиком определял физиономию партии и ни с кем не делил власти.
Такой естественный порядок партия помнила, как самое себя; с таким порядком все сжились, как сжились с собственным пребыванием в партии. Иного порядка не представляли, да и был ли он возможен? Остаться без Ленина – не значит ли вырвать из организма сердце, оторвать голову? Не значит ли это разрушить партию?… Самая мысль пойти против Ленина так пугала, была так одиозна и столько требовала от большевистских масс, сколько они не могли дать…
Гениальный Ленин был историческим авторитетом – это одна сторона дела. Другая – та, что кроме Ленина, в партии не было никого и ничего. Несколько крупных «генералов» без Ленина – ничто, как несколько необъятных планет без солнца… О замене Ленина отдельными лицами, парами или комбинациями не могло быть речи. Ни самостоятельного идейного содержания, ни организационной базы, то есть ни целей, ни возможностей существования, у большевистской партии без Ленина быть не могло…
Партийная публика, конечно, решительно не имела сил что-либо противопоставить натиску Ленина и сколько-нибудь серьёзно сопротивляться ему. Никаких внутренних ресурсов, никакого самостоятельного багажа у партии для этого не было.
Но этого мало: у партийной массы не было и субъективных оснований для серьёзной борьбы, не было надлежащих к ней импульсов. Ибо не было сознания её крайней необходимости: не было сознания, что Ленин действительно покушается на элементарные основы марксизма и основные устои партии. Для этого были нужны знания, которых не было…
Разудалая «левизна» Ленина, бесшабашный радикализм его, примитивная демагогия, не сдерживаемая ни наукой, ни здравым смыслом, впоследствии обеспечили ему успех среди самых широких пролетарско-мужицких масс, не знавших иной выучки, кроме царской нагайки. Но эти же свойства ленинской пропаганды подкупали и более отсталые, менее грамотные элементы самой партии. Перед ними уже вскоре после приезда Лепина естественно вырисовывалась альтернатива: либо остаться со старыми принципами социал-демократизма, остаться с марксистской наукой, но без Ленина, без масс и без партии; либо остаться при Ленине, при партии и лёгким способом совместно завоевать массы, выбросив за борт туманные, плохо известные марксистские принципы. Понятно, как – хотя бы и после колебаний – решила эту альтернативу большевистская партийная масса.
Позиция же этой массы не могла не оказать решающего действия и на вполне сознательные большевистские элементы, на большевистский генералитет. Ведь после завоевания Лениным партийного офицерства люди, подобные, например, Каменеву, оказывались совершенно изолированными, становились в положение изгоев, внутренних врагов, внутренних изменников и предателей»6.
24 – 29 апреля (7-12 мая) 1917 года в Петрограде прошла Всероссийская конференция РСДРП (б). В докладе о текущем моменте Ленин обосновал политический курс партии на подготовку и проведение социалистической революции. С содокладом выступил Л. Б. Каменев, пытавшийся доказать, что буржуазно-демократическая революция не закончена и что Россия не созрела для социалистической революции. Его поддержал А. И. Рыков, утверждавший, что в России нет объективных условий для победы социалистической революции, что социализм должен прийти с Запада. Конференция отвергла точку зрения Каменева и приняла ленинскую резолюцию.
Как писал Суханов в вышеупомянутой книге:
«То, что Плеханов назвал бредом, то, что для самих старых большевиков месяц назад было дико и смешно, стало ныне официальной платформой партии…
Не стерпели и ушли очень немногие старые деятели партии. Остальные восприняли ленинский анархизм и отряхнули от ног своих прах марксизма с таким видом, будто бы ничего иного они никогда и не думали, будто бы их собственные вчерашние взгляды, их собственная старая наука – всегда были в их глазах обманом буржуазии, бреднями социал-предателей» (Н. Н. Суханов «Записки о революции»7.
3 (16) июня 1917 года в Петрограде собрался I Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов, большевики имели на нем 105 делегатов (меньшевики 248 и эсеры 285). 17 (30) июня 1917 года съезд избрал ВЦИК из 320 человек – 256 членов и 64 кандидатов. По партийному составу: 58 большевиков (35 членов и 21 кандидат), 123 меньшевика (107 членов и 16 кандидатов), 119 эсеров (101 член и 18 кандидатов), 13 объединённых социал-демократов, 4 трудовика, 2 народных социалиста, 1 место у Еврейской социалистической партии.
Именно летом 1917 года из группы сформировалась партия большевиков. Когда после июльских событий в Петрограде 13–14 июля прошло совещание членов ЦК и Военной организации большевиков. На нём были доложены новые тезисы Ленина о подготовке к вооружённому восстанию. Представители умеренного крыла партии большевиков опять попытались противодействовать. Как пишет А. Рабинович в своей книге: «Официальный протокол совещания лидеров большевиков 13–14 июля не публиковался. Из современных документов нам известно, что тезисы Ленина явились предметом ожесточённых споров. Володарский из Петербургского комитета, Ногин и Рыков из Москвы выступили против Ленина «по всем основным вопросам, затронутым в тезисах». Есть свидетельства, что Зиновьев, который так же, как Володарский, Ногин и Рыков, противился ленинскому курсу, но не присутствовал на совещании, ознакомил участников со своей точкой зрения письменно. Свердлов, Молотов и Савельев, как видно, возглавили борьбу за принятие предложенного Лениным курса. Когда дело дошло до голосования, то тезисы были решительно отвергнуты. Из пятнадцати присутствовавших на совещании партийных руководителей десять голосовало против них»8.
На VI съезде РСДРП в августе 1917 года мандатная комиссия доложила о членстве в РСДРП (б) 176500 членов партии, из них 4000 членов межрайонной организации, принятых
