Читаем без скачивания До конца времен - Джудит Гулд

Наконец Леони нехотя перешла к делу.

– Не будем оттягивать неизбежное, – заявила она. – Итак, во что мне обойдется эта затея? Покажите свои цифры.

Сэм положил на стол потертую папку из телячьей кожи и вытащил оттуда кипу скрепленных бумаг. Леони углубилась в первую страницу отчета.

– Я постарался сократить все затраты, – объяснял Сэм, – оплату работы, материалов, услуг архитектора и так далее. Кроме того, я скалькулировал каждый объект в отдельности – дом, флигель, каретник и бассейн. И даже беседку и бельведер. Так вам будет легче решить, с ремонтом какого из сооружений надо повременить, или внести в проект изменения.

– Отлично, – одобрила Леони, пристально изучая цифры.

– Здесь расписано все до последнего гроша, – продолжал Сэм, стараясь понять, о чем думает в эту минуту Леони.

Перелистнув последнюю страницу отчета, Леони отложила его в сторону. Сэм не сводил с нее вопросительного взгляда.

– Ну, что скажете?

Леони подняла голову и кивнула.

– То, что я увидела, меня вполне устраивает, – деловито высказалась она.

Сэм подавил вздох облегчения.

– Я готова поставить свою подпись под контрактом, как только одобрю его содержание.

– В нем вы вряд ли найдете спорные моменты, – заверил Сэм, вытаскивая из папки экземпляр контракта и передавая его Леони. – Если вам понадобятся объяснения, я к вашим услугам.

– Хорошо, – отозвалась Леони, начиная вчитываться в контракт.

Сэм наблюдал за ней, восхищаясь ее практичным подходом. Похоже, такова она во всем. Леони ничем не напоминала воплощенную растерянность и беспомощность, какой полагалось быть богатой разведенной женщине. Сэм молился, чтобы Леони подписала контракт, потому что в этот миг он больше всего мечтал о работе рядом с этой предприимчивой красавицей.

Дочитав контракт, Леони положила его.

– По-моему, тут все ясно как день, – заключила она. – У вас найдется ручка?

– Само собой, – с улыбкой отозвался Сэм, вытаскивая из папки ручку «Паша» от Картье – безумно дорогой подарок Минит. – Вот здесь, – указал он место для подписи, – и на втором экземпляре.

Подписав оба экземпляра контракта, Леони вернула один из них и ручку Сэму.

– Первый останется у меня, верно?

– Конечно, – подтвердил Сэм, уложил бумаги в папку, застегнул ее и встал. – Похоже, сделка состоялась.

– Да, – кивнула Леони. – Когда приступим к работе?

– Завтра утром.

– Завтра? – изумленно переспросила Леони.

– Около семи часов, – уточнил Сэм и, заметив удивленно приоткрытый рот Леони, напомнил: – Вы же сами не хотели тянуть с ремонтом.

– Верно, – согласилась Леони. – Итак, моей мирной жизни пришел конец. Хорошо, завтра утром я жду вас.

Мысленно она добавила: «Впервые в жизни я буду ждать завтрашнего дня с таким нетерпением».

Часть 2

ЛЕТО

Глава 8

Комнату затопило сияние раннего июньского утра, за окном нестройный птичий хор исполнял обыденную симфонию. Но Леони крепко спала. По утрам было еще свежо, однако к полудню солнце накаляло воздух до тридцати шести градусов. Пронзительная голубизна безоблачного неба резала глаз. В долине реки Гудзон наступило лето.

Услышав громогласный звонок будильника, Леони перевернулась на бок и протянула руку к тумбочке, жмурясь от яркого света.

Черт, где же он? Пальцы натыкались на книги, журналы, стакан с водой, платок, баночки с кремами и лосьонами… наконец-то! Вот он, нарушитель спокойствия! Леони решительно нажала кнопку, и оглушительный звон, от которого раскалывалась голова, умолк.

– Слава Богу! – простонала Леони и зевнула. Она медленно открыла глаза, потерла их ладонями и постепенно приняла полусидячее положение, оперевшись на подушки. С ее губ вновь сорвался стон. Леони потянулась, разминая затекшие ноги, плечи и спину.

Все ее тело нестерпимо ныло – от макушки до кончиков пальцев ног. Каждая мышца и клеточка бунтовала против непосильного труда.

«Я – комок боли, – размышляла Леони. – С головы до пят. Даже ногти ноют. Даже волосы! Работа в саду меня добьет», – пришла она к неутешительному выводу.

Но несмотря ни на что, за последние несколько недель она достигла заметного прогресса, а спать стала так крепко, как никогда в жизни. К примеру, вчера вечером после продолжительного купания и обильного ужина (сыр чеддер, омлет и тосты с маслом) она свернулась клубком в постели, ухитрилась прочесть полстранички мистического романа, начатого на прошлой неделе, и сладко заснула с книгой в руках при включенной лампе. Такими темпами ей не дочитать роман и к концу лета. Но каким бы изнурительным ни был физический труд, здоровый сон восстанавливал силы – правда, не прогонял боль.

Еще раз потянувшись, Леони взглянула на будильник. Тридцать пять минут шестого! «Немедленно вставать! – пронеслось у нее в голове. – Пора приступать к работе!» Отбросив одеяло, она спрыгнула с постели, попав точно в шлепанцы – резиновые, легкие, практичные, – и устремилась прямиком в ванную.

Торопливо плеснув в лицо холодной водой, она досуха вытерлась полотенцем, старательно почистила зубы и причесалась. Затем, оглядев себя в зеркало, Леони потянулась к косметичке, решив наложить на скулы немного румян, а на губы – тонкий слой помады, но неожиданно передумала.

«Зачем? – обратилась она к своему отражению. – Ради чего? Все равно пот смоет косметику через полчаса».

Внезапно перед мысленным взором Леони возникло загорелое и мужественное лицо Сэма Николсона, и она вновь схватилась за косметичку, но прежде, чем успела расстегнуть ее, вдруг решила: безупречному мистеру Николсону давно пора увидеть ее в натуральном виде. Так сказать, без прикрас. При нынешних обстоятельствах тщательный макияж отнимал у Леони слишком много драгоценного времени и сил.

Бросив косметичку на полочку под зеркалом, она вернулась в гостиную, через голову стащила ночную рубашку, облачилась в лифчик, трусики, футболку с длинными рукавами и старые заляпанные шорты цвета хаки. Вся одежда была аккуратно свернута и уложена в чемодан, стоящий возле кушетки. Леони проверила, закрыт ли чемодан – не хватало еще, чтобы одежда запылилась, – и накрыла кушетку покрывалом, создавая видимость опрятности. Покончив с несложной уборкой, она прикрыла постель большим куском прозрачной пленки. Вот так! По крайней мере теперь на постельное белье осядет меньше опилок, цементной пыли и прочего мусора, на который так щедр старый дом.

Пройдя на кухню, Леони смолола кофе и засыпала его в кофеварку. Пока закипала вода, Леони достала из шкафа две кружки и пачку заменителя сахара, а из холодильника – пакет сливок. Включив приемник, она тотчас попала на волну радиостанции Олбани.

– О нет! – застонала Леони вслух. – Фрэнки, дорогой, для твоих душевных песен еще слишком рано. Нет, пойми меня правильно, они мне нравятся, но только после обеда.

И она торопливо закрутила ручку настройки. «Голубые глаза» смолкли, стрелка остановилась на отметке 89,1 FM – классической радиостанции. Моцарт. Вот и прекрасно – сравнительно негромкая, успокаивающая фортепианная музыка. В самый раз для раннего утра.

Леони отрезала два ломтя хлеба, сунула их в тостер, вынула из холодильника маргарин и принялась рыться среди банок с джемами. Консервированный имбирь. Не пойдет. Джем из крыжовника. Нет. Черная смородина. Тоже нет. А, вот оно! Густое апельсиновое повидло «Севилья». То, что надо.

Кофе закипел. Леони наполнила кружку, добавила заменитель сахара и сливки, намазала тост маргарином и повидлом и, прихватив тарелку и кружку, направилась к задней двери дома. По пути она сняла с вешалки фланелевую рубашку и старую соломенную шляпу, сменила резиновые шлепанцы на сабо с деревянной подошвой и двинулась к бельведеру.

Еще две недели назад она перенесла в бельведер маленький металлический садовый столик и пару стульев и теперь расположилась за столом, чтобы позавтракать кофе и тостом под аккомпанемент птичьего хора. Прежде эта какофония неизменно будила ее чуть свет, но с недавних пор Леони перестала замечать ее.

Поеживаясь от утренней прохлады, она набросила на плечи рубашку, зная, что ее вскоре придется снять, когда утренний туман медленно рассеется под лучами солнца.

Запивая тост горячим кофе, Леони блуждала взглядом по дому и саду, подножиям Беркширских гор, берегам реки и вершинам гор Катскилл. В такие мгновения, созерцая утреннюю красоту и безмятежность долины, Леони убеждалась, что не ошиблась с покупкой дома. Но в течение суматошных дней и вечеров выпадали минуты, когда она сомневалась в правильности своего выбора. Однако стоило ей устроиться за столом в бельведере, и это волшебное место напоминало о конечной цели, убеждало Леони, что она поступила мудро и практично, а может, даже приняла гениальное решение.

Быстро расправившись с тостом и кофе, она вскочила, нахлобучила соломенную шляпу и устремилась к флигелю, где хранила садовую тележку, нагруженную инструментами. Тележка представляла собой старинную громоздкую конструкцию с большими колесами и погнувшимися спицами. Леони натянула садовые перчатки, лежащие сверху в ведре с мелкими инструментами. Эти длинные лайковые перчатки надежно защищали от колючек, но за пару недель успели прийти в состояние почти полной негодности.