class="p1">— Сам ты борзый, пёс.
— Я Собакевич, а не пёс! Антон Иванович Собакевич! Ладно, парень, проверку на наличие яиц ты прошел, рад с тобой познакомиться лично. — Он протянул руку для рукопожатия. — Я знаю кто ты, Катя часто упоминала тебя как своего близкого союзника. — Слово близкого он выделил с совершенно понятным подтекстом.
Мы пожали руки, его тон стал миролюбивее, я решил пока отозвать скелетов.
— Ты пришел мне на помощь, и я это ценю. В отличие от всех городских шавок что клялись мне в дружбе и верности. Сколько раз я продавал им в кредит или оптом, в тяжелые времена обеспечивал их пропитанием! Но, когда тяжелые времена настали у меня никто и пальцем не пошевелил чтобы помочь.
— Совет выслал пятьдесят человек.
— Ну и где они? Где эти пятьдесят мудаков? Нас грызут, а они по лесам шляются?
— Многие погибли, пытаясь сюда добраться.
— Да плевать мне что они там сделали. Если не помогли толку от них никакого! — Он снова выпил виски из горла и предложил мне. Я отказался, достал банку пива, открыл и выпил сам. Тот слегка завис, не понимая откуда взялась банка, но промолчал.
— Я попытаюсь помочь вам… — Он не дал мне договорить.
— В обмен на мой голос за тебя на совете. Знаю. Хорошо, так и будет.
Катя уже навела мосты. Что ж, союзники лишними не бывают.
— Вот и хорошо. Теперь я попытаюсь вытащить вас из этой беды.
— Не попытайся, а сделай. — Первая половина фразы была угрожающей. Но он вовремя вспомнил что говорит не с одним из своих холопов и сбавил обороты.
— Там по лесам бродят тысячи покойников. Так не должно быть, чтобы такое количество так организованно эмигрировало. Конечно, они стали умнее, но даже так это слишком. У вас есть идеи почему все так происходит? Может видели что-то странное?
— Какие-то фрики шлялись по лесам. Пару раз встречали моих лесорубов и грибников. Один раз их разговор подслушали. Они говорили не на нашем.
Так… Иностранцы? Хм… Любопытно. У меня даже есть подозреваемые.
— Давно их видели?
— Дней пять назад. За сутки до начала всей этой херни.
— Это может быть делом рук людей.
— В каком смысле? — Сильно удивился он.
— Недавно в город прибыли иностранцы, они умеют отвлекать и уводить толпы зомби. И приводить тоже.
Бутылка с виски разбилась о стену. Осколки разлетелись по всей комнате. Собакевич стукнул кулаком по столу с такой силой, что тот чуть не развалился и жалобно заскрипел.
— Найти! Четвертовать! Разорву *******!
— Не надо, я сам разберусь. Скажите только где они могут быть.
— Конные вчера видели дым от костра в лесу, это может быть их лагерь. Я дам тебе людей и лошадей, поедешь туда и… живыми мне их, живыми ******!
— Хорошо.
— Найди этих скотов. Я им такое устрою! — Я уже был за дверью, пока этот боров лютовал и раздавал команды по проводному телефону. Умно кстати, проводные телефоны ведь могут и без вышек работать, как мы сами до этого не додумались?
На выходе из поселения меня уже ждали десять всадников на лошадях и одна припасенная для меня. Ездить верхом почти не умею, но ценность такого транспорта в апокалипсис отрицать не могу. Придется подучиться.
Мы выехали за стены и отправились на поиски.
* * *
Место, где вчера разводили костер даже не засыпано песком. Найти его было проще простого. Следы, как выразились мои компаньоны, не «петляли», были четкими и ясными, нам оставалось только следовать за ними. Мои компаньоны в камуфляжных одеждах часто спешивались и вглядывались в землю определяя куда пошли те, кого мы преследуем. И, как ни странно, они не ушли далеко.
На берегу небольшой речушки мы застали четверых мужчин лет тридцати. Двое лежали на траве наслаждаясь жизнью и отдыхая, а один стирал что-то в реке. Четвертый одетый в системные доспехи рыцаря 11ого уровня стоял на стреме, точнее сидел на камне и вглядывался в кусты. Первые трое имеют пятый уровень, а их рыцарский коллега 12ый. Ну что ж, троих нам более чем хватит. Я достал лазер и выстрелил рыцарю в лоб. Шлем пробило, и он мгновенно погиб. Его тело просто рухнуло с камня на землю. Трое отдыхающих по началу не поняли, что происходит, но затем из кустов выскочили мои товарищи и набросили на идиотов сети, в которые обычно ловят зверей. Пара хороших пинков под ребра убедили наших новых друзей не сопротивляться. Двое ругались на каком-то иностранном языке, но быстро заткнулись. А третий смотрел на меня глазами полными ужаса.
Я его узнал.
Он из отряда наемников, приехавших на паровозе.
Это они приманили мертвецов…
Глава 11
Деревянный столб для наказаний высится в центре деревни. Пленного «немца» (не могу определить его национальность) привязали именно к нему, после чего разъяренный Собакевич принялся обрабатывать его кулаками. Из того что «интурист» верещал, ни слова не было понятно, но можно сделать однозначный вывод что ему… больно, и он очень просит так больше не делать.
Нрав у Собакевича крутой, а как выпьет становится еще круче. Никто из местных не смел ему возразить и сказать что-нибудь в духе «может хватит»? Пришлось взять эту обязанность на себя.
— Может хватит. Антон Иванович? Вы все равно ни слова не понимаете.
— Я разогреваюсь, не мешай!
— Убьете его. Хватит… Хватит *****! — Я остановил его кулак, уже занесенный для сокрушительного удара по зубам.
Собакевич помолчал, посмотрел на меня, затем на пленного. Кулак все же отпустил и ярость на секунду уступила место разуму.
— Как нам его допрашивать прикажешь? Никто на его языке не талдычит, и толмача нету.
Как быстро мы вернулись в средневековье. Привязываем людей к позорным столбам, публично избиваем без суда и следствия. Нет бы делать все тихо и «цивилизованно», как современные спецслужбы. Бить током в подвалах и пытать утоплением.
— Можно попросить систему перевести.
— Она за это деньги берет. И берет слишком дорого! — Вот он жадина, а. Пару сотен тугриков пожалел.
— Дальше буду допрашивать я, с переводчиком.
— Хорошо. Эй вы, брысь все отсюда! — Он гаркнул на крепостных и их как ветром сдуло. Когда на
