Впрочем, что это я все о себе, да о себе? Семен…, простите, Семеноэль, тоже времени зря не терял.
Кстати, имя Семеноэль из моих уст, его страшно нервирует, в то время как другие его могут так называть без малейших для себя последствий. Ну, и где спрашивается справедливость? А так же, равенство и братство?
Этот тип в рекордные сроки обучился владеть луком. Причем, владеть в такой степени, что мне от чистой, незамутненной ничем зависти, хочется с большим знанием дела погрызть себе парочку локтей. А что делать? Когда этот орелик всаживает стрелу за стрелой в центр едва видной, из-за расстояния и малой величины, мишени, я с тоской понимаю, что мои ножи и меч мне мало помогут. А если учесть скорость, с какой Сема эти стрелы выпускает! Мда.
Но с другой стороны, как мастер ближнего боя, Семен мне и в подметки не годится. В ближнем бою я его разделаю, как Бог черепаху.
Уклоняясь от удара Орантоэля, я отскочил в сторону, блокируя его повторный удар.
— Плохо! — сердито рыкнул эльф. — Такими прыжками ты жизни себе не добавишь! Я мог тебя проткнуть на встречном движении! Еще раз! Куда ты дел обводное движение? Забыл?
Ну вот! Только я размечтался, как сразу мордой об стол!
Снова встаю в стойку. Обмен легкими проверочными и обманными ударами. Обманное движение Орантоэля. Мое ответное. Его удар…
— Вот это значительно лучше! Запомнил, как надо уходить? А уход с ответным ударом, это ты хорошо придумал! Только его надо отточить. Поработаем над этим.
— О, я вижу, вы тут даром времени не теряете!
Какие люди! Простите, не люди. И без охраны! Мармиэль в сопровождении Семена нарисовались на краю нашего ристалища.
— А вы? — это уже встречный вопрос Орантоэля.
— А что мы? Мы, между прочим, осваиваем гораздо больший объем знаний, чем этот варвар, — самодовольно пропел Мармиэль.
— Тут кто-то меня варваром обозвал? — вмешался я, нейтрально помахивая мечом. — А за базар, этот кто-то отвечать собирается? Этак Семеноэлю придется искать другого учителя, оплакивая безвременно ушедшего первого.
— Как всегда нагл и самонадеян, — констатировал Мармиэль, с удовольствием рассматривая меня.
— Он очень постоянен, — поддакнул Семен. — Вот чего у него не отобрать, так это верности принципам.
— Зато ты у нас очень гибок! — огрызнулся я, со значением рассматривая его уши.
— Вот это, ты Влад, прекрати, — заступился Мармиэль за своего протеже, и моего друга. — Семеноэль просто пришел к своему истинному облику, который ему приходилось ранее скрывать.
— Кстати, я бы на твоем месте не очень-то бы радовался, — мстительно сказал Семен. — Может быть, ты тоже изменился. Только ты пока не догадываешься.
— Типун тебе на язык, ушастый! — вырвалось у меня.
Все три эльфа с укором воззрились на меня. Ну да! А что вы хотите? Это у них, хоть и не считается очень большим, но оскорбление. Но с другой стороны. Мои уши, с них — не сравнить. Но слышат они лучше — это факт!
— Молчать ученик! — резко скомандовал Орантоэль.
Ох, я бы ему ответил! Но незаметное подмигивание правым глазом, меня остановило. Ну да! Вспомнил! Это касается все того же «Кленового листа». Надо сказать, что Орантоэлю очень не хотелось отдавать этот изумительный клинок Мармиэлю. Причем, до такой степени, что честный и неподкупный эльф пошел на преступный сговор с продажным и лживым человеком, то есть со мной. Не то, чтобы я себя считал таким. Просто это я понял из стенаний Орантоэля в тот момент, когда его эльфячья совесть брала верх над тривиальным и корыстным интересом. Короче, мы договорились, что на людях (тьфу ты!), на эльфах я изображаю полное послушание и благоговение перед Орантоэлем. Таким образом, Мармиэль будет вынужден признать свое поражение в споре. Мне, кстати, очень хотелось досадить этому снобу, поэтому я пошел на этот сговор практически сразу. Хотя, и оговорил себе одно условие. Какое? Очень простое. О котором мне уже не раз пришлось пожалеть. Это добросовестное обучение меня владению оружием. Это же надо! Сам себе ярмо на шею повесил! Скажи мне раньше кто, что я добровольно соглашусь проливать реки пота, сразу послал бы. Но с другой стороны — лучше реки пота, чем реки крови. Кто-то не согласен со мной?
После того, как Мармиэль и Сема нас покинули, Орантоэль некоторое время задумчиво меня рассматривал. Опять, наверное, придумывает какую-нибудь пакость.
— Влад, ты слышал о таком понятии, как «боевой транс»? — внезапно задал вопрос Орантоэль.
— О «транс» слышал, и даже бывал, — ответил я, настороженно. — Но вот совместить эти два понятия, как-то, сложно. Как это может быть?
— О, это может быть, — заверил меня Орантоэль, — и мы этим займемся.
— Да я уже в трансе, — буркнул я, — осталось его сделать боевым.
Орантоэль внимательно всмотрелся в мое лицо и обиженно сказал:
— Влад, ты меня опять пытаешься обмануть. Ты не в трансе.
— Еще десять минут таких разговоров — и буду, — пообещал я.
— Пойми! Боевой транс — это часть целой системы обучения, — принялся втолковывать мне Орантоэль. — Это когда ты не задумываешься над тем, какой из ударов нанести. Тело само находит наилучший и оптимальный удар, или ответ на попытку противника нанести удар. Твое тело оказывается в «поле боя», где на всякий вопрос, находится свой, единственно правильный, ответ. Ты меня понимаешь?
В ответ я только кивнул. Орантоэлю, действительно, удалось меня заинтересовать. У меня таки были проблемы с этим. На каждый удар, Орантоэль мне давал несколько вариантов ответа. Выбрать один из них сразу, представлялось несколько затруднительным. Да, на это требовалось мгновение, но в реальном бою это потраченное мгновение может стоить мне очень дорого, если не совсем глобально!
— Интересно, — сказал я.
— Так ты будешь изучать эту систему? — счел своим долгом уточнить Орантоэль. — Правда, я не знаю, способны ли люди ею овладеть.
— Ох, много ты знаешь о человеческих способностях, — саркастически заметил я.
— Немного, — спокойно согласился Орантоэль, — поэтому попробовать стоит.
Ну, если Орантоэль говорит, что попробовать стоит, то в моем понимании — этого делать, как раз, не следует. Поздно! Глаза этого фаната уже загорелись нездоровым блеском.
Начались мои занятия с «ухода на иной уровень бытия». Что это такое? Отвечаю точно и честно — не знаю.
Орантоэль предложил мне присесть и, расслабившись, выкинуть все мысли из головы. Так как, по мнению Семы, в моей голове этих мыслей и так не много, то задача, вроде бы, не сложная. Но вот ведь беда! Тут уже как, в истории — «не думай о танцующем белом медведе». Как только понадобилось очистить голову от мыслей, как они тут же набегали табуном! И откуда только брались? В общем, для того, чтобы прийти в мое нормальное состояние — ни о чем не думать, пришлось совершать героическое усилие.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
