После случившегося ситуация для Зака начала меняться. Его винтовка произвела всего четыре выстрела, и через некоторое время он вернулся в свой зоопарк для ежедневной стрельбы: больше по знакам, скамейкам, зданиям. Он начал идти на больший риск. Он ездил по грязи на велосипеде вдоль старых маршрутов для бега трусцой в парке, вокруг по Большой лужайке, ездил на велосипеде по пустым улицам Центрального парка, мимо сморщенных остатков висящих трупов или пепла погребальных костров. Когда он ездил ночью, он любил, чтобы фары были выключены. Это было захватывающе, магические приключения. Защищённый Владыкой, он не чувствовал страха.
Он по прежнему чувствовал присутствие матери. Их связь, была сильной даже после ее превращения, со временем поблекла. Существо, которое когда-то было Келли Гудуэдер сегодня едва ли походила на человеческую женщину, которая была его матерью. Ее голова была лысая, грязная, губы, тонкие без намека на розовый цвет губы. Мягкие хрящи носа и ушей деформировались в рудиментарные наросты. Свободная, рваная плоть свисала с ее шеи и зарождающийся кровавый подбородок колыхался когда она поворачивала голову. Ее грудь была плоской, высушенная грудь, руки и ноги были покрыты затвердевшей грязью, такой, что проливной дождь не мог её смыть. Ее глаза были чёрными шарами плавающими на темно-красном ложе, чрезвычайно безжизненные … за редким исключением, иногда, возможно только в воображении Зака теперь, он видел то, что ему казалось, могло было быть мерцанием узнавания, рефлективным для матери, которой она когда то была. Это не было эмоцией или выражением, а скорее как некая тень падала на её лицо, больше похожее на затемнение ее природы вампира, чем раскрытие ее бывшего человеческого ” я”. Мимолетные моменты, со временем все более редкие — но они были. Больше психологически, чем физически, мать его осталась на периферии его новой жизни.
Заскучав, Зак потянул за ручку на торговом автомате и батончик Милки Вэй упал в ящик. Он съел его, пока возвращался на первый этаж, затем вышел наружу, выискивая неприятности, в которые можно попасть. Как будто по команде, мать Зака полезла на верх, по отвесной скале, лежащей в основании замка. Она делала это с ловкостью кошки, без напряжения взбираясь по мокрому сланцу, казалось, ее босые ноги и когтистые руки движутся от камня к камню так, как будто она уже тысячу раз поднималась этим путём. Поднявшись наверх, она легко спрыгнула на дорожку, два паукообразных щупальца следовали за ней, то и дело подпрыгивая на всех своих четырёх конечностях.
Когда она приблизилась к Заку, прятавшемуся в дверном проеме от дождя, даже через накопленную грязь он видел, что ее подбородок был красный и наполнен жидкостью. Это означало, что она недавно кормилась.
“Хороший был ужин, Мам?” - спросил он, вызывающе. Чудовище, которое когда-то было его матерью смотрело на него пустыми глазами. Каждый раз, когда он видел ее, он чувствовал противоречивые импульсы: отвращения и любви. Изредка она следовала за ним по 4 часа за раз, держась на расстоянии, как бдительный волк. Однажды, он гладил ее волосы, а потом молча плакал.
Она вошла в замок, не взглянув Заку в лицо. Ее мокрые руки-щупальца и ноги оставляли грязные следы на каменном полу. Зак посмотрел на нее и сквозь искаженные мутацией в вампира черты лица на мгновение показались черты матери. Но, так же сразу, иллюзия разбилась, память испачканная этим вездесущим монстром, которого он не мог не любить. Все остальное, что у него когда-либо было исчезло. Это все Зак потерял: сломанная кукла составила ему компанию.
Зак почувствовал тепло наполнившее оживлением замок, пребывавший в стремительном движении. Легкий шепот проникал Заку в голову, Владыка вернулся. Он наблюдал, как его мать поднялась по лестнице на верхние этажи и последовал за ней желая посмотреть из-за чего волнение.
Владыка
Владыка однажды понял голос Бога. Он однажды познал его в себе, и для него это была слабая имитация состояния благодати. Он было, в конце концов, существом одного ума и множества глаз, видя все сразу, обрабатывая все это, испытывая при этом множество голосов своих подданных. И, подобно Богу, голос Владыки был концертом потока и противоречия — он нес бриз и ураган, затишье и гром, поднимаясь и исчезая с закатом и рассветом…
Но масштаб голоса Бога охватил все это — не землю, не континенты, но целый мир. И Владыка мог только засвидетельствовать его, при этом не находя в нем полного смысла.
Это, подумал он, в миллионный раз, и значит выпасть из благодати….
И тем не менее, на том стоял Владыка: контроль планеты посредством наблюдения за ее выводками. Многочисленные источники ввода, одного центрального разведывательного управления. В голове Владыки закидывались сети наблюдения по всему земному шару. Сжимая планету Земля в кулак тысячью пальцев.
Гудвезер только что освободил семнадцать рабов в результате взрыва в здании больницы. Семнадцать потеряно, но их вскоре будет заменено; арифметика инфекции имеет первостепенное значение для Владыки.
Щупальца продолжали поиски беглого доктора, ища его экстрасенсорный запах. Пока что результата это не приносило. Но в своей окончательной победе, в великой шахматной партии Владыка не сомневался, все шло к ее окончанию, за исключением того, что его противник упорно отказывался признать поражение — оставляя Владыке нудную работу по погоне за оставшейся частью.
Фактически, сам Гудвезер не был заключительной частью, в отличие от книги Occido Lumen, единственного сохранившегося издания проклятого текста. В нем содержались подробности происхождения Владыки и Древних, а также указания о смерти Владыки - место его происхождения - если знать где искать.
К счастью, нынешние обладатели книги были неграмотным рогатым скотом. Том был украден на аукционе старым профессором Абрахамом Сетрэкиэном, в то время единственным человеком на земле со знанием, необходимым, для расшифровки тома и его сокровенных тайн. Однако старый профессор имел слишком мало времени, для анализа Lumenа перед смертью. И в то короткое время, что Владыка и Сетрэкиэн были связаны через владение - в те драгоценные моменты, между превращением старого профессора и его уничтожением - Владыка узнал, через их общий интеллект, каждую каплю знания профессора, почерпнутую им из серебряного тома.
Все - и все же этого было не достаточно. Местоположение происхождения Владельца — легендарное “Черное Место” — было все еще неизвестно Сетрэкиэну во время его превращения. Это было неприятно, но также оказалось, что его верная группа сторонников не знала этого местоположения. Знания Сетрэкиэном фольклора и истории темных кланов были непревзойденными среди людей и, как погасшее пламя, умерли вместе с ним.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
