её по голове.
Повезло, что этот «аристократ» придурком заторможенным оказался. Иначе было бы куда сложнее. Думаю он был под какими-то веществами, не совсем осознавал, что происходит.
— Ну же, красавица, не плачь. Всё уже позади, — попыталя я утешить девушку.
— З-зря в-вы так, г-господин. Он же теп-перь мстить будет! — снова заревела девушка.
— Ну, мстить то он мне будет, а не тебе, так что не волнуйся. Я ведь прав? — посмотрел я на охранника у стены. Тот, чуть помедлив, кивнул. — И этот мужчина проконтролирует данный момент, — указал ей на него. — Я ведь прав, ты же расскажешь кому нужно мстить? — тот опять чуть помедлил, но всё же кивнул. — Ну и ладушки! А я тогда пойду.
— Стоять! — неожиданно выкрикнул мужик, который сидел с краю, одетый в чёрную спецовку и джинсы. Он вскочил и нацелил пистолет на девушку. — Только попробуй начать колдовать и я ей башку снесу. Чё, благородный такой, да? Граф и можешь себе всё позволить? Братков моих выкинул с поезда. Других за людей не держишь, — он кивнул на лежащее тело. — Думаешь тебе всё можно? Простой народ для тебя ничего не значит? Да, гнида? — он начал орать все сильнее, будто накручивая сам себя.
Что за день? У психов обострение или как объяснить такое резкое повыышение градуса неадекватности?
Позади него в проходе всё ещё стоит мой попутчик. Краем глаза указываю на девушку, и он слегка кивает в знак согласия помочь мне.
Я показательно спокойно беру со стола белое полотенце, медленно вытираю им руки, затем беру со стола стакан и начинаю протирать его.
— Че ты делаешь⁈ — как только его глаза опускаются на мои руки, кружа летит ему в лицо, а полотенце в сторону. Пртивник теряется, его глаза мечутся на полотенце, затем он видит летящий в него стакан. Ему даже удается увернуться от него.
Одновременно с броском я срываюсь к противнику, он стрелчет и грохот выстрела выстрела оглушает всех в вагоне. Краем глаза вижу, как пуля отскакивает от барьера, поставленного моим попутчиком. Если раньше у этого урода был шанс выжить, то теперь — нет.
Мой настоящий отец всегда говорил: люби простой народ, — они твоя опора, карай глупцов, которые по своей тупости унижают простых людей, потому что без народа мы никто. Фундамент, на котором зиждется все. Аристократы существуют лишь для защиты простого народа, мы оружие против тварей тьмы и хаоса. Оружие простых людей.
Я напитываю ногу каплей тёмной энергии, снова не чувствуя боль, и со всей силы бью противника прямо в живот. Удар вышел такой мощи, что его вместе с окном выносит наружу. Крика слышно не было, а значит он скорее всего умер сразу же.
Врагов больше не было, поэтому я, пожав плечами, осмотрелся и молча двинулся в своё купе.
Мы вновь ехали в тишине. Впрочем, на этот раз мой попутчик что-то обдумывал в своей голове, это было видно по его бегающим глазам. Неожиданно он встал и протянул мне свою руку.
— Данил Звягинцев, — решительно произнёс он.
— Сергей Вяземский, — я тоже встал и ответил на рукопожатие. — И это, спасибо за помощь.
При упоминании моей фамилии он как-то странно на меня посмотрел. А может и показалось.
— Пустяк. Я… толком и не помог. И… спасибо тебе тоже. Давно хотел поблагодарить, но гордость или… глупость не позволяла. Если бы ты не уничтожил артефакт, то он скорее всего сжёг бы меня изнутри. Слишком много энергии использовал. Как кстати ты понял, что он у меня внутри?
Я улыбнулся.
— Прости, но это секрет.
Данил оказался не плохим собеседником, да и человеком вроде тоже. После этого напряжение в купе пропало и мы весь вечер проболтали о жизни. Он рассказал много чего полезного, а вечером нам принесли сытный ужин за счёт железнодородной компании. Такая тихая благодарность делом. Приятно, чёрт возьми. И денег ещё сэкономил.
Сразу после ужина я попытался лечь спать, но вспомнил про голос в голове и попытался обратиться к бывшему хозяину тела, а кто бы это ещё мог быть, но всё было глухо. Но зато выяснил, что он ещё жив, просто видимо находится в каком-то стазисном сне, что немного не приятно, я уже начал считать это тело своим и уступать его совсем не хочется. Под эти мысли я наконец уснул.
Утром нас опять побаловали. Проводница так же пыталась делать недвусмысленные намёки, но я сделал вид, что их не замечаю. Красивая девушка, да, но мне такая благодарность не нужна.
Когда пришло время моей остановки, Данил неожиданно тоже засобирался. Я бросил на него недоумевающий взгляд, и он ответил мне тем же.
— Ты тоже здесь выходишь? — спросил у него.
— Ага.
— Ну ладно, пошли, — сказал я.
Мы вышли из вагона и к нам сразу подбежал какой-то мужик, который представился, как машинист Анатолий. Он сначала начал кланяться, но я быстро его остановил, пожал ему руку и мы и разошлись с ним.
Этот город выглядел по лучше того, возле которого мы учились. Дома здесь всё так же были пятиэтажные, но уже везде бетонные, да и люди хмурыми не выглядели. Скорее суетливыми, у всех дела, все чем то заняты.
Машину родственнички не прислали, поэтому придётся идти пешком. Посмотрел на часы возле одной из кофеин. Как на зло оказалось, что автобус тоже долго ждать. Когда прошёл уже примерно пол города, благо в ширь он был не большой, всё же решил обернуться на топающего позади Данила.
— Данил, тебе тоже в ту сторону? — я указал рукой вперёд.
— Нуууу, да, — как-то странно замялся он, и тут до меня, кажется, дошло.
— Постой ка, а как зовут твою невесту? — прищурился я.
Он отвернулся в сторону и буркнул:
— Елена Вяземская.
Не сдерживаясь, я захохотал в голос. На меня смотрели люди, но меня это не особо волновало.
— Ну чего ты, — вновь буркнул он. — Прекрати уже, люди смотрят.
— Ой, не могу! — наконец отсмеялся я. — Ну привет, будущий возможный родственничек. Мда, не завидую я тебе.
— Это ещё почему⁈ — неожиданно разозлился он. — Лена красивая, милая и добрая девушка!
— Да-да, может быть, конечно, и так… — я махнул рукой, — а, впрочем, не важно, сам поймёшь, когда придём в особняк. Слушай, а ты знал получается всё это время, что гнобишь её брата?
— Нет, — тихо ответил он. — Отец дал мне задание, толком ничего не объясняя, сказал лишь, что если смогу вытурить тебя из кадетского училища, то мне позволят жениться на Лене. А я её люблю!
— Вон оно
