витиевато говорите? — стало любопытно мне. — Разве вы не должны смотреть на всех свысока?
— Это уважение гостье, — странно скривил губы Ананта. Смех он так, что ли, сдерживает? — А вам было бы приятнее, если бы я говорил проще, Ритэ?
Я кивнула.
— Вы тогда не будете казаться каким-то… чужим и далёким.
— Разве я далеко, Ритэ? — улыбнулся он и сделал шаг ко мне, протянув руку.
Я замерла, ожидая, что же он собирался сделать, но Ананта всего лишь поправил выбившуюся из причёски прядь. От его прикосновения я вздрогнула и неосознанно потянулась следом за пальцами, которые на миг задержались в воздухе у моего лица.
— Ну, вам принадлежит дворец, а ещё вы важный человек… дракон… хширасс… Как правильно к вам обращаться? Хранитель? Властелин Юга? — смутившись, потупила взор и поправила шаль на плечах, пусть та и не думала никуда сползать.
— Обычно все эти титулы привлекали женщин, — лукаво сощурился Ананта. — А вас, стало быть, пугают?
Да уж, привлекают. В чём-то, быть может, он и прав — всё-таки богатство и власть сильно упрощали жизнь, а общество здесь, наверное, тоже было патриархальным… При всей вежливости, которую проявлял Ананта, я не знала, по какой причине так. Из-за моей чуждости? Из-за какого-то особого статуса, который возникал у меня, гостьи из другого мира? Из-за существующих здесь порядков? Вроде рыцарского кодекса, или что там было у благородных лордов в средневековье, когда ради прекрасных дам свершались подвиги. На что мне стоило ориентироваться?
— А вдруг я что-то не так сделаю, и вы меня выгоните? — всё-таки озвучила свои опасения я. — Или прикажете запереть. Или высечь. Или казнить. Или…
— Зови меня по имени, Ритэ, — неожиданно легко перешёл к неофициальному тону Ананта. — И не нужно пытаться говорить учтиво, боясь наказания, если ты хочешь, чтобы и я был проще. Даю слово, что не стану никак неволить или наказывать. Ты, Ритэ, гостья, и я учитываю, что можешь чего-то не понимать или не знать. Не в правилах хширасс называть кого-то гостем, а потом выгонять или бросать на произвол судьбы. Считай, что я осознаю всю ответственность, и случись чего — готов отвечать за тебя. Головой. Сердцем. Магией. Всем, что у меня есть.
Подобные громкие слова не казались просто льстивыми речами. Не из уст Ананты — точно. В конце концов, что я знала о хранителях этого мира? Может, для них в порядке вещей давать такие клятвы, когда они брались за какое-то важное дело. А если моё присутствие здесь влияло на равновесие или что-то ещё, то вопрос возвращения меня домой — явно такое дело.
— Думаю, — промямлила я, — мне нужно время, и я привыкну говорить проще с вами… с тобой.
— Для этого я и позвал тебя. Узнать, как помочь тебе освоиться в моём дворце, какие желания у тебя есть, не обижает ли кто-то.
Он бросил на меня ожидающий, чуть насмешливый — но по-доброму — взгляд. И я впервые за день почувствовала, что не хочу крутить в голове какие-то тревоги, предположения, пытаться вычленить важное и запомнить всё-всё, чтобы проанализировать позже.
— Я хотела поблагодарить вас… тебя, — тут же поправила себя и поспешила уточнить, за что же благодарю: — За то, что оставили со мной Шада. С ним действительно спокойнее. Правда, мне не по себе от того, что он скрывает лицо, но… это не так уж и важно. Он помогает мне не заблудиться во дворце и отвечает на вопросы. И когда он рядом, с Рюдзином не так… страшно.
— Тебя настолько пугает Рю? — удивился Ананта и, чуть помедлив, облокотился на парапет рядом со мной.
Внезапный порыв ветра заставил меня вцепиться в шаль. На стене вообще оказалось ветрено, но холодно не было — со стороны пустыни приносило тёплый сухой воздух. С приближением ночи, вероятно, быстро станет холодно, но пока бескрайние пески ещё не успели остыть. Ананта сощурился, из-под длинных рыжеватых ресниц брызнул бирюзовый свет, и ветер с новой силой ударил уже в другую сторону, заставив меня прильнуть к парапету. Чуть было не врезавшись в хозяина дворца, я неуверенно и вопросительно улыбнулась.
— Думал, это поможет тебе отвлечься, — рассмеялся он. — Не тревожься из-за Рю. Он только выглядит, как репей, но на деле он — стыдливая мимоза. Знаешь, такие цветы, что скукоживаются от прикосновений? Рю как-то говорил мне, что они способны запоминать, кто к ним прикасается, и если никакой угрозы нет, снова они прятать листья не будут. Поэтому… дай ему время.
— Кажется, это растение ядовито? — издала нервный смешок я.
— Ты же не будешь его кусать? — хохотнул Ананта.
Я не сдержался и тоже засмеялась. Но, раз уж заговорили про болотного гада, стоило вспомнить и про библиотеку.
— Он сказал мне, что если я хочу в библиотеку, мне нужно получить твоё разрешение.
— О, — воскликнул Ананта, — теперь такие правила? Не знал. Что ж, даю своё разрешение. Если хочешь, могу даже письменно его заверить, чтоб уж наверняка.
— А что-то не так? — обеспокоенно встряхнула головой. В том, что требовалось разрешение хозяина дворца, чтобы попасть куда-то, не видела ничего странного.
— Видимо, Рю надеялся, что я буду грозным и ужасным, не дам разрешения и запру в четырёх стенах, — подмигнул он. — Библиотека всегда была его территорией, я редко захожу туда.
Ясно. Походило на то, когда идёшь спрашивать разрешение на ночёвку сначала к маме, она посылает спросить папу, он внезапно даёт согласие, а маменька потом долго сверлит его взглядом, мол, должен был догадаться и не разрешить! Интересно, мне что-то будет, если после так легко полученного дозволения я сунусь в библиотеку?
— Не тревожься, — заметив моё беспокойство, успокоил Ананта. — Против моего слова Рю ничего не скажет и не сделает.
— То есть, несмотря на то, что вы оба драконы, ты — главнее? Потому что Властелин Юга? Или ваша иерархия как-то иначе устроена?
— Рю не родился хширасс, в отличие от меня, — охотно поведал хозяин дворца. — Он им стал, поэтому… можно сказать, среди прочих хранителей он на самой низшей ступеньке. К нему относятся с пренебрежением из-за его происхождения.
— А хширасс можно стать? — удивилась я.
Кем же тогда был
