И все же трудно сказать, что львы могут, а чего не могут сделать. Так, десяткам людей удавалось успешно спасаться от них, влезая на деревья и ночуя там. Подобные истории описываются почти во всех приключенческих романах, посвященных Африке. В то же время мне самому не раз удавалось фотографировать львиц на деревьях, причем отнюдь не на наклонных стволах. В Маньяра-парке, близ Аруши, львы, например, настолько привыкли отдыхать на деревьях, что туристы могут их фотографировать там в любое время. Кто знает, что их заставляет туда лазить? Может быть, на высоте шести, восьми, а иногда и десяти метров меньше мух, может быть, им оттуда удобнее высматривать свою добычу? Но почему же тогда они этого не делают в других местах?
Один охотник за крупной дичью сообщал как-то о том, что измерил прыжок льва, который равнялся 12 метрам, а другой видел, как лев перемахнул через пропасть шириной в 11 и глубиной в 22 метра. В то же время на открытых площадках всех современных зоопарков уже в течение полувека львов отгораживают от зрителей рвы шириной не более восьми метров, и еще ни разу ни один из них не перепрыгнул на другую сторону. Правда, бывали случаи, когда львы тонули в этих рвах, как правило наполненных водой, если они бывали построены без ступенек, ведущих наверх.
В зоопарках львы обычно добровольно не купаются и не плавают, в то время как тигры делают это чрезвычайно охотно. Тем не менее знаменитая львица Эльса, принадлежащая Адамсонам, часами с восторгом плескалась и плавала в море вместе с людьми, а на озере Виктория мне не раз приходилось наблюдать, как львы добирались вплавь до острова Укерере, находящегося в 200 метрах от берега.
«Львы настолько ленивы, что шагу не ступят зря и ждут, пока им корм положат под самый нос», — утверждает директор Венского зоопарка профессор Антониус. Тот, кому приходилось видеть в Африке, как львы часами, а то и целый день неподвижно лежат в тени под каким-нибудь кустом, охотно подтвердит подобное мнение. И в то же время они способны часами без всякой видимой причины разгуливать по местности, где полным-полно всякой дичи и раздобыть ее не составляло бы им никакого труда.
Почти среди всех видов животных встречаются и альбиносы, и абсолютно черные (есть белые тигры и черные леопарды), а вот белого или черного льва видеть еще никому из нас не приходилось. Однако в 1962 году одному посетителю Крюгеровского национального парка в ЮАР посчастливилось не только увидеть белую львицу, но и заснять ее на пленку.
Многие охотники и исследователи неоднократно утверждали, что существуют породы пятнистых львов. Но каждый раз выяснялось, что речь идет не о какой-то особой разновидности, а просто об отдельной взрослой особи, не сбросившей еще своего «детского костюма». Случается и наоборот: в некоторых пометах встречаются львята без присущей их возрасту пятнистости.
По черепам и шкурам, появившимся в музеях в результате раскопок за последнее столетие, можно установить существование в недавнем прошлом десятков подвидов львов. Однако все современные львы, живущие и в Индии, и в Африке, принадлежат к одному и тому же виду. В Индии львы были уже почти полностью истреблены (их осталось 13 штук в заповедном лесу Гир, севернее Бомбея), когда правительство спохватилось и начиная с 1908 года объявило строжайшую охрану этих редких животных. За последующие десятилетия число львов там возросло до 200 голов.
Хотя считается, что у индийских львов более желтые и короткие гривы, чем у африканских, но это не так, среди них встречаются самые разнообразные. И абсолютно неверно, будто бы львов в Индии вытеснили тигры. У тигров совершенно иные места обитания, они живут в лесу, а львы — в степи. Просто тех животных, которые обитают в лесной чаще, значительно сложнее истребить, чем тех, за которыми можно охотиться на открытых пространствах.
Существовавшие когда-то львы — и северные африканские, и южные африканские, и знаменитые берберийские, населявшие некогда побережье Средиземного моря, и капские — были не крупнее, чем все ныне живущие виды, а гривы у них были не более черные.
Тридцать лет назад в одном южноафриканском клубном ресторанчике было обнаружено чучело льва, убитого в 1836 году возле Кагаптадта. Лев этот, ныне экспонируемый в Естественно-историческом музее Лондона, совершенно ничем не отличается от ныне живущих его сородичей. То же самое можно сказать о двух сохранившихся чучелах североафриканских берберийских львов, выставленных в Лейденском музее в Голландии. А вот в Серенгети и в кратере Нгоронгоро можно встретить всяких львов: и мелких, и крупных, и короткогривых, и с льняными гривами, и с черными. Когда речь идет о живых существах, не может быть правил без исключений, а в отношении львов в особенности.
В начале этой главы я говорил, что лев, как правило, уступает путь носорогу. Мне даже удалось как-то снять кадры, демонстрирующие, как носорог прогоняет льва. Большей же частью носороги не обращают никакого внимания на появляющихся поблизости львов. Тем не менее как-то в кратере Нгоронгоро несколько молодых львов развлекались тем, что подкрадывались сзади к носорогу и отвешивали ему основательный шлепок по задней части. Когда взбешенный носорог резко поворачивался в сторону обидчика, другой «шутник» подбегал с противоположной стороны и проделывал то же самое. Подобное развлечение львов наблюдали и в Кении. А вот очень популярного и любимого туристами носорога, который всегда держался поблизости от туристского лагеря «Ол Тукай» в Амбосе-ли-парке, однажды ночью задрали два льва. Несчастный так визжал, отбиваясь от своих преследователей, что лесничему Табереру пришлось выехать на машине на место происшествия. Он прогнал львов лучом прожектора, а замученного носорога прикончил выстрелом.
Обычно же львы умерщвляют свою жертву быстро. Они прыгают сбоку или сзади на спину своей добычи, наваливаясь на нее передней частью своего тела, задние же их ноги остаются стоять на земле. Затем передней лапой лев хватает животное за голову и рывком дергает ее к себе. Считают, что при этом ломаются шейные позвонки, но это пока еще не доказано. Большей же частью они впиваются зубами в горло и душат таким образом свою жертву. Иногда с этой же целью сжимается зубами нос.
Неверно, будто бы это выпадает всегда на долю львиц, в то время как самцы только лениво наблюдают и ждут возможности поживиться готовой добычей. Когда я проделывал свой опыт с искусственной зеброй, которой подманивал львов и провоцировал их к нападению, из смешанных групп львов всегда первыми нападали самцы.
