сторону дороги и оторваться от преследователей.
— Отличная мысль! — одобрил мистер Ворчун.
— Тогда они пойдут по нашим следам и поймают нас, — мудро заметила миссис Ворчунья, что само по себе было удивительно.
— И в самом деле, — согласился Лучик под сильным впечатлением от этого замечания. — Но им ведь всё равно придётся нас догонять, а чем больше расстояние между нами, тем больше времени у них на это уйдёт.
— Почему бы нам не надеть обувь задом наперёд, чтобы им казалось, будто мы идём совсем в другую сторону? — предложил мистер Ворчун. — Ха! Так мы их одурачим.
— Но если бы мы и впрямь шли в другую сторону, они бы уже на нас наткнулись, — заметила миссис Ворчунья.
— Мама права, — подтвердил Лучик. — Так и есть. Давайте просто бросимся наутёк.
И они бросились.
— Бегать в такой обуви не так-то просто! — заметила миссис Ворчунья, посмотрев на свои тапочки-кролики. На фоне белого снега стало отчётливо видно, какие они грязные.
Колючий морозный воздух наполнил им лёгкие, пока они спешили укрыться от преследователей, дышать стало больно. Издалека послышались крики — их принёс ветер:
— Вон они!
— Вижу! Замечательно! Скоро мы их догоним!
— Я им покажу, как шинами бросаться!
— Вавайте фафавим вых акое![7]
— Гав!
На холме, что высился впереди, Лучик заметил какое-то движение. Оказалось, там паслось небольшое стадо коров. Их поле всё ещё было под снегом, но кое-где он уже стаял, и из-под него торчала вкусная трава.
— Бежим к коровам! — скомандовал Лучик, резко меняя направление.
Мистер Ворчун бежал рядом, а миссис Ворчунья семенила позади.
— Но зачем? — задыхаясь, спросила она.
Саблезуб снова залаял где-то позади. Уже ближе.
— Может, у нас получится перепутать наши следы с их следами! — сказал Лучик.
— Можно спрятаться вон там! — крикнул мистер Ворчун, указывая на какой-то заснеженный сарайчик, появившийся в поле зрения, когда Ворчуны стали взбегать на холм.
— Ну конечно! — усмехнулась миссис Ворчунья. — Им точно не придёт в голову обыскать единственное на много миль вокруг здание.
— Овощечистка! — выкрикнул мистер Ворчун.
— Мухобойка!
— Закуска!
— Голубятня!
— Тр…
— Мам. Пап. Поберегите силы, — попросил Лучик. — Давайте просто бежать!
Они поспешно поднимались на холм — ноги и лёгкие пока болели не слишком сильно.
У Лучика заканчивались идеи. Если бы только у лорда Великанна и компании не было с собой пса! Тогда можно было бы перехитрить и запутать преследователей: замести следы или спутать их с чужими, но собачий нос не провести. Возможность встречи с острыми собачьими зубами пугала, но больше всего Лучик боялся чуткого собачьего носа.
Они приблизились к коровьему стаду. Почти все животные — кроме одной коровы — подняли головы и со сдержанным интересом посмотрели на Ворчунов добрыми карими глазами. Они пожёвывали прошлогоднюю траву подобно тому, как скучающие подростки жуют жвачку.
— На что это они смотрят? — спросила миссис Ворчунья.
— На тебя, страхолюдина, — проворчал мистер Ворчун (который, кстати, считал, что миссис Ворчунья очень красивая, но не хотел этого признавать вслух).
И вот они подошли к стаду вплотную. Одна-две коровы испуганно отпрянули, но остальные остались на своих местах.
— А теперь что? — спросила миссис Ворчунья.
— Прячемся в сарай, — скомандовал мистер Ворчун.
Лучик хотел было предложить им продолжить путь, но Ворчуны уже забежали в домик. Он поспешил за ними, гадая, есть ли внутри хоть что-нибудь, что поможет им спастись. Сарайчик был двухэтажный. Второй этаж предназначался для сушки сена и попасть на него можно было по приставной лестнице. По итогам быстрой разведки Лучик обнаружил, что этот ярус наполовину забит тюками с сеном. Ещё там лежали горы пустых полиэтиленовых мешков голубого цвета. В сарайчике было поразительно тепло. Возможно, от сквозняков спасала солома.
На первом этаже лежали горы соломы и прятался один кролик. Да-да. Кролик. Наверное, он был диким и влез сюда, чтобы погреться. (Разве умные кролики не остаются на зиму в своих норках?) В любом случае, этот кролик был не самым умным, потому что, как только увидел левую тапку миссис Ворчуньи, влюбился в неё без памяти, приняв её за крольчиху.
А потом взглянул на правую тапку и люто её возненавидел. Он решил, что это соперник за сердце его новой возлюбленной!
В стене сарайчика была дырка, поверху которой, как казалось, росли неровные длинные зубы. На самом деле это были сосульки. Ворчуны выглянули в дырку, высматривая своих преследователей. Саблезуб залаял. Ещё ближе.
— А теперь что? — спросила миссис Ворчунья, пытаясь ногой отогнать сгорающего от любви кролика.
— Можно попытаться завести трактор, который я нашёл под брезентом, — предложил мистер Ворчун, пожимая плечами.
— Что? Где? Когда? — спросил Лучик, удивлённо осматривая сарайчик.
— Пока вы были на втором этаже, — сообщил мистер Ворчун, направляясь в тёмный, затянутый паутиной угол.
— Что ж ты нам ничего не сказал, а, пап?
— Ах ты боб садовый! — ругнулась миссис Ворчунья.
— Душилка!
— Свалка незаконная!
— У нас нет сейчас времени на это! — напомнил Лучик. — Они могут нагрянуть в любую минуту.
Как бы ему хотелось, чтобы Мими была рядом. Её сообразительность и поддержка очень бы ему помогли.
Мистер Ворчун и Лучик сдёрнули с трактора брезент. Миссис Ворчунья тем временем всё продолжала отбиваться от кролика.
— Но в замке зажигания нет ключа, — заметил Лучик.
— Будь у нас достаточно времени, я бы смог его завести, если в баке есть топливо, но времени у нас нет, — заметил мистер Ворчун. — Зато у меня есть идея.
Он схватил гаечный ключ — ОГРОМНЫЙ гаечный ключ, — висящий на ржавом гвозде, вбитом в деревянную стену, и начал колотить по ручному тормозу трактора.
Если раньше у кого-то оставались сомнения по поводу того, прячутся ли Ворчуны в сарае, теперь они полностью развеялись. Мистер Ворчун выдал их присутствие громким ударным соло.
— Запрыгивай на сиденье, — велел он Лучику. — И ты тоже, жена.
Они послушались. Мистер Ворчун обошёл трактор и принялся толкать его. Машина покатилась вперёд.
— А не надо было сперва открыть двери сарая? — выкрикнул Лучик.
— Поздновато об этом думать, — сказал мистер Ворчун. — Держитесь крепче!
Лучик ТАК сильно вцепился в руль, что костяшки пальцев, которые до этого успели посинеть от холода, побелели. К счастью, деревянные двери сарая были просто закрыты, а не заперты, поэтому под напором трактора одна створка тотчас же задрожала и распахнулась, а вторая отворилась чуть позже, с лёгкой неохотой, тихо
