«Все связанное с моей отставкой и отъездом, а также последующим молчанием, являлось неизбежным следствием ряда обстоятельств, пояснять которые в данном формате не намерен. Возможно, несколько позже.
В Ялте (на конференции по будущему Новороссии, организованной сторонниками нынешних руководителей ДНР и ЛНР – К.Д.) не был и не собирался. Там, под прикрытием моего имени, организовали пиар-шабаш платные друзья «пушного зверька» (очевидный намёк на Суркова – К.Д.). Ответственность за ситуацию в Донецке с себя не снимаю. Хорошо проинформирован о том, что там происходит.
Пусть мои многочисленные «доброжелатели» (в России и Новороссии, а также на Руине) никаких иллюзий не испытывают. Пока жив – им спать спокойно не придется. Кроме того, кое-кому в Донецке «посылаю месседж», как принято сейчас говорить: «я злой и память у меня хорошая». Ну и всяким шавкам из местных… советую не забывать, что я еще жив и вполне дееспособен».
Такая резкая критика не могла, естественно, остаться без ответа. Через три дня, 10 сентября, один из организаторов Ялтинской конференции и, по версии Стрелкова, «платных друзей Суркова» – Алексей Анпилогов, президент фонда исторических исследований «Основание», высказался так[11]:
«В Донбассе победила контрэлита. Плотницкий, Захарченко, Губарев, Болотов, Мозговой, сотни и тысячи других неизвестных прессе восставших – это именно они. Контрабандисты и мелкие бизнесмены, предприниматели и преподаватели, руководители полукриминальных бизнес-структур или же неформальных общественных объединений, авантюристы, романтики и идеалисты всех мастей и окрасок.
И вот сегодня эти люди творят новую политику. Творят неумело и грубо, с ошибками и с провалами начального периода.
Вначале у нарождающейся элиты Новороссии в «прицеле радара» был единый и понятный общий враг – киевская власть и посланные ею на земли Донбасса каратели. Но как только враг потерпел первые поражения, нарождающаяся элита Новороссии начинает весьма простой и незатейливый процесс.
Процесс обычной, привычной всем человеческой политики.
Поэтому не удивляйтесь сейчас тому, что многие вчерашние фотографии, где лидеры восстания позировали, держа друг друга за руки, вскорости будут не более чем историческими артефактами. А мы увидим непримиримую борьбу между вчерашними друзьями и однополчанами. Ведущуюся, надеюсь, уже политическими способами.
Не удивляйтесь тому, что вчерашние герои войны в Новороссии вдруг станут критиковать Новороссию как таковую. Героями они от этого быть не перестанут, но, возможно, их собственные представления о будущем родившейся страны не совпадут с той реальной страной, которая начнет выстраиваться на обломках Украины.
Это политика. Она начинается тогда, когда заканчивается война. А война в Новороссии завершится тогда, когда у бывшей Украины закончатся карательные батальоны. И этот рубеж, поверьте мне, уже очень и очень близок.
Как видите – политика, к сожалению, не очень приятная для честных участников политического процесса отрасль человеческих взаимоотношений. Если честно – я не всегда хочу сидеть рядом со многими моими визави, но это часто приходится делать – ради победы общего дела. Кто следил за последними заявлениями касательно конференции в Ялте – тот всё поймёт…»
Что же всё это значит? Как русская патриотическая общественность должна реагировать на этот раскол?
Думаю, спокойно и без надрыва. С одной стороны, репутация Суркова, который сегодня курирует Новороссию в статусе помощника президента, в патриотических кругах однозначно негативная. Мы не забыли, что именно он на протяжении долгих лет был главным архитектором антирусского погрома в России, главным мотором антирусских репрессий по пресловутым 280-й и 282-й статьям УК РФ. С другой стороны, «герои Русской весны» в политическом плане наивны и неумелы, им дай волю, они такого могут наворотить, что и десять Сурковых не расхлебают.
Что же получается? Выбор между плохим и худшим?
Так могло бы быть. Нет – именно так и было бы, если б не одно «но». И у этого «но» есть имя – Владимир Путин. Именно он сегодня определяет политику России на Украине. И только его политический талант способен провести корабль Русской весны между Сциллой махновщины и анархии полевых командиров, и Харибдой сурковской либеральной русофобии.
Думаю, он знает, что делает. Думаю также, что кроме него, этого полностью не знает никто. Можно, конечно, предположить, что передышка нужна для того, чтобы избежать широкомасштабной гуманитарной катастрофы, чтобы хоть как-то подготовить разрушенный войной Донбасс к грядущей зиме. Чтобы превратить ополчение в армию, унять махновщину, утвердить единоначалие в сфере военного и гражданского управления. Чтобы выиграть время на международной арене. Чтобы сместить акцент на экономическое удушение хунты. И т. д., и т. п.
Короче, предположить можно вообще всё, что угодно. А может, лучше не торопиться, а? Подождать. Ведь путинская интрига с мертворождённым Минским протоколом явно имеет свой смысл и свою цель. Поживём – увидим…
11.09.2014
Московские «правдорубы» – могильщики «Русской весны»
16 сентября Верховная Рада в Киеве приняла закон об особом статусе Луганской и Донецкой области и закон об амнистии. Эти документы были сформулированы на основании т. н. Минского протокола, подписанного представителями Новороссии и Киева 5 сентября, после масштабного наступления ополченцев и фактического разгрома украинской армейской группировки в Донбассе.
Принятые Радой законы тут же вызвали бурную и противоречивую реакцию как на Украине, так и в России. Не успев разобраться, что к чему, многие сразу начали судить и рядить о случившемся вкривь и вкось. В России «всепропальщики» в очередной раз объявили, что «Путин слил Новороссию», что «пятая колонна украла победу Русской весны», а на Украине бандеровцы в унисон с нашими «пикейными жилетами» завыли о «предателе Порошенко» и «позорной капитуляции».
Известные московские «правдорубы» заголосили: «Если это будет продолжаться, то через неделю самой надежной опорой режима окажутся бл*ди, которые будут маршировать “за мир”»[12]. «Власть ругает московскую интеллигенцию за то, что та оспаривает монополию власти на предательство. Это только мы имеем право торговать родиной! – кричат из Кремля. Это только к нам должен ходить американский посол, и только мы будем дружить с возлюбленным нашим Порошенко! А вы куда лезете? Вы что, тоже хотите быть предателями? Нет, предатели мы, и больше никому не позволим! Вы цену сбиваете! Мы по тридцать сребреников торгуем, у нас цена хорошая, раз и навсегда зафиксированная! А вы им по двадцать предлагаете, так нечестно!»[13]
Ну, и киевляне, натурально, не отстают. Тоже азартно бьют своих, чтобы чужие боялись. Лидер фракции украинских нацистов «Свобода» Олег Тягнибок заявил, что «принятие законов об особом статусе части Донбасса и амнистии для сепаратистов – это, по сути, капитуляция Украины». Знаменитая «женщина с косой» оповестила своих сторонников, что случившееся означает «легализацию терроризма и оккупацию страны»…
«Боевой петух» майдана, милашка Ляшко, назвал принятие законов «аферой века в Верховной Раде». «На табло даже не показали ход голосования, – горевал он. – Такого не было ни разу за все 23 года независимости. Если бы Янукович так голосовал, как сегодня Порошенко, он до сих пор был бы у власти». Нациста-педофила поддержал бывший министр обороны Гриценко (тот самый, который в прямом эфире ТВ предлагал «патриотам Украины» убить Путина). Он заявил: «Такого в Раде еще не было. Янукович отдыхает…»
Другой «щирый» патриот, депутат от «Батькивщины» Андрей Шевченко сокрушается: «Сначала выдавили голоса за режим закрытого заседания и потом глава Верховной Рады поставил на голосование законы в закрытом режиме, не получив предварительно согласия парламента. Это означает, что мы просто не знаем, кто голосовал за эти законы, и не знаем, действительно ли парламент поддержал эти законы. Мне очень стыдно за этот парламент».
Так что же написано в этих законах, почему они вызвали такую истеричную реакцию и в России, и на Украине?
Закон об особом статусе вводит на трехлетний срок особый порядок управления в Донецкой и Луганской областях – на той территории, где проходит т. н. «антитеррористическая операция». Закон об амнистии гарантирует недопущение уголовного преследования, привлечения к уголовной и административной ответственности тех, кто участвовал в событиях на территории Донецкой и Луганской областей (т. е. бойцов ополчения).
