для приобретения трансцендентного или духовного опыта. Индий цы используют чередование гипервентиляции с длительной за держкой дыхания; другие народы Востока перекрывают гортань откидывая назад язык или пережимая сонную артерию, путем подвешивания за ноги на длительное время достигается прилив крови к голове и кислородное голодание мозга. Даоисты приме няют во время медитаций дыхательную технику, при которой вдыхание воздуха происходит настолько медленно, что пушинка около ноздрей медитирующего остается неподвижной. В некото рых ранних формах крещения голову человека держали под водой до тех пор, пока он не захлебывался. Когда легкие начинали болеть, а крови и мозгу угрожало кислородное голодание, голову человека отпускали. В результате этой процедуры человек оказы вался при смерти, и неудивительно, что крещение казалось ем) вторым рождением, что оно и должно было символизировать На Востоке так поступает иногда гуру (учитель). Он держит голо ву ученика под водой и дает ему вынырнуть лишь после появления признаков удушья. Когда ученик посиневший, с выпученными глазами хватает ртом воздух, гуру спрашивает: "Что нужно тебе - знание или воздух?" Считается, что серьезный ученик предпочтет знание. Некоторые философы полагают, что наиболее ранние представления о жизни после смерти сложились на основе рассказов людей, имевших опыт воскрешения.
Существует много способов раздвинуть золотой занавес и уви деть иное царство. Трансцендентность, как мы знаем, играет главную роль во всех встречах со смертью. Техника, примененная доктором Грофом и доктором Халифа кс, может когда-нибудь стать частью американской "Книги мертвых", еще одну ее главу могут составить наблюдения психиатра Рассела Нойза, доктора медицинского факультета Университета Айовы. Доктор Нойз про вел длительное изучение случаев близости внезапной смерти. Его объектами стали те, кто чуть было не утонул, но был возвра щен к жизни, люди, которые, спасаясь от пожара, прыгали с небо скребов; альпинисты, которые, пролетев сотни футов, приземля лись на тонкий слой снега почти без травм; пережившие авиа катастрофу или несчастный случай при прыжке с парашютом, наподобие девятнадцатилетнего Боба Холла. В декабре 1972 г. Холл прыгнул с парашютом с самолета близ аэропорта в Кулидже, штат Аризона, его парашют не раскрылся, и он упал на землю со скоростью примерно шестьдесят миль в час. Чудом он выжил. Через несколько дней, оправляясь от травм, среди которых самы ми серьезными оказались разбитый нос и выбитые зубы. Холл рассказал репортерам, на что было похоже падение.
"Я закричал. Я знал, что погиб, что жизнь кончена. Все прош лое пронеслось Перед глазами, буквально пронеслось. Я видел мамино лицо, все дома, где я жил, военное училище, в котором учился, лица друзей - абсолютно все".
Доктор Нойз сделал вывод, что перед смертью разыгрывается нечто похожее на пьесу в трех актах.
Акт первый. Доктор Нойз называет его "сопротивление". Состояние паническое. Отчаяние толкает на безумные шаги. Ак тер, один на сцене, пытается одолеть силы, ведущие к неминуемой смерти. Альпинист хватается за скалу или ветви дерева, пытаясь остановить падение; захлебывающийся пловец с безумной надеж дой высматривает плывущий кусок бревна. На этой стадии Холл снова и снова дергал вытяжной шнур своего основного парашюта, затем запасного и, наконец, в панике, изогнувшись, пробовал рас крыть рукой висящий за спиной парашют. Здесь важно осознать, что герой первого действия-эго (я), бодрствующее сознание, скверный актер, полный решимости удержаться, отказывающийся быть уведенным со сцены смертью. Он одержим желанием сохра нить настоящее, здесь-и-сейчас, в котором живет. Но в таких поч ги-встрёчах-со-смертью эго проигрывает битву. Наконец этот "актер актеров", видя неравенство сил, идет на компромисс, и начинается второй акт.
Доктор Нойз называет этот акт "обозрение жизни". Когда исчерпаны все возможности выжить, перед актером проходит вереница счастливых воспоминаний: семейные пикники, любовное приключение (может быть, не одно), школьные годы, милое дет ство. Эти и другие воспоминания прокручиваются, как старый любительский фильм, чуть пожелтевший от времени, в романти ческом солнечном сиянии. Для многих ведущее настроение второ го акта - ностальгия. Интересно отметить, что, когда смерть на ступает медленнее, как в случае Дина, "обозрение жизни" может приобретать пугающую тональность - человек воскрешает воспо минания о том, в чем чувствует себя виновным. Поскольку у эго не остается настоящего, оно заново переживает прошлое - все что угодно, чтобы избежать столкновения со смертью, акта, в кото ром, как ему (эго) понятно, оно не играет роли. Доктор Нойз называет третий акт "переходом". Когда разум включает проектор памяти, эго, как мы знаем, обычно молчит. Так определена его роль в пьесе. Появляется новое действующее лицо - та часть нашего сознания, которая ценит духовное выше телесного, та часть, о существовании которой мы могли и не подозревать. Поскольку физическое тело перестает иметь значение, становится не важным и то, что врежешься в землю на скорости шестьдесят миль в час; сознательная жизнь больше не имеет ценности. Дух освободился от оков сознания и способен воспарить над физиче
ским уровнем-пережить ОВТ. Боб Холл наик, это потря сающим.
Керес Кросби, которая чуть не утонула в детстве, считает именно этот случай высшей точкой своей жизни: "Я видела усилия, направленные на то, чтобы вернуть меня к жизни, и пыталась не вернуться. Мне было всего семь, я была довольно ребячлива, но этот момент не сравним ни с чем в жизни - это было чистое сча стье". Алберта Хейма, швейцарского геолога, который пережил падение во время восхождения в Альпах в 1892 г., собственный трансцендентный опыт навел на мысль собрать информацию у тридцати людей, имевших подобный опыт. Хейм обнаружил, что как раз в мгновения перед "смертью", чувствуя, что освободились от тела, они слышали небесную музыку, видели чудесный свет и испытывали покой и отдохновение. Они не испытывали сожале ния, что "умирают", и продолжали думать, что если бы могли выбирать, то не вернулись бы к жизни.
Интересно отметить различие ощущений людей, переживших внезапную почти-смерть, которую изучали доктор Нойз и Ал берт Хейм, и тех людей, которые пережили клиническую смерть. Явление внезапной смерти разыгрывается в трех актах. Люди же. оказавшиеся в состоянии клинической смерти на операционном столе,- поскольку они уже без сознания, из-за шока или из-за наркоза - присутствуют лишь на третьем акте. Они избавлены от всегда неприятного первого акта и временами неприятного акта второго. Подобно опоздавшим зрителям, они занимают свои места как раз перед кульминацией. Возможно, что неудачливые самоубийцы, зашедшие так далеко, что получили трансцендентный опыт, стремятся вернуться и повторяют свою попытку, возможно, с большим успехом.
Дин, двадцатишестилетний негр, пережил встречи со смертью второго и четвертого рода. Он испытал индивидуальный, необы чайно красивый опыт, а также привел свидетельство того, что воспринимал окружающее, пока находился без сознания. Докто] Гроф и доктор Халифакс также пережили встречи со смертью встречи третьего и четвертого рода.
У сорокадвухлетнего терапевта Мэттью был обнаружен неопе рабельный рак поджелудочной железы. Болезнь застала его врасплох, у него был удачный брак, красавица жена, трое детей и неплохая врачебная практика. Мысль о собственной смерти приводила его в отчаяние, и он обратился к доктору Грофу ( Мэттью был хорошо знаком с ЛСД-терапией неизлечимо больных раком, он даже направил в свое время нескольких пациентов к доктору Грофу.) Однажды Мэттью получил 200 микрограммов ЛСД и примерно через час впал в иное состояние сознания, 'при этом он слышал классическую музыку, которую бпредеЛил как
"неземную". Он произносил отрывки фраз: "Мир и Вселенная... все-одно... ничто и все... блистательный конец... его величества владения... поэтому я бессмертен... это правда!" Дебора, его жена, поражалась, слушая, что говорит ее прагматичный, склонный к анализу муж.
Мэттью ощущал опыт с ЛСД как "пребывание в теплом коконе, окруженным бесконечной любовью, чувствуя себя беспомощным, но счастливым и вне опасности". До сих пор в его размеренной жизни самым сильным впечатлением была любовь к Деборе, ее теплое тело и супружеские объятия. После вызванных ЛСД стран ствий ему стало легче принять смерть, но физическое его состояние ухудшилось. Доктор Гроф и доктор Халифакс должны были уехать в Хартфорд, в Коннектикуте, на два дня. Беспокоясь за Мэттью, доктор Джоун Халифакс навестила его перед отъездом, и он спокойно сказал ей: "Нет смысла бороться дальше, если пришло время уйти... Не беспокойтесь, все в порядке". Мэттью знал, что умирает. Доктор Халифакс хотела остаться при нем, но дела заставляли ее ехать. '
