не могу. Ему нужно срочно прекратить принимать наркотики в таких количествах. Он должен
осознать свою Ответственность за начатое дело, за доверившихся ему учеников, за тебя, наконец – до чего он тебя довёл? Посмотри, на кого ты похожа? Ты же была красивая женщина? Ты же молода! Тебе ещё детей рожать, – почему он не думает об этом, Аня? – Почему ты не думаешь об этом?
Анна не отвечала. Девушка ещё какое-то время смотрела на неё, потом поднялась:
– Пожалуй, я пойду…
– Да, я и сама вижу – тебе пора уходить. Спасибо, что заглянула. Было приятно снова тебя увидеть, – и Анюта поднялась. На ходу к двери она произнесла:
– Тантра – это путь трансформации энергий желания. Воин должен прежде всего знать, что его действия бесполезны… – она остановилась, немного помолчала и добавила:
– Нет ни меня, ни тебя, в смысле чего-то конкретного, раз и навсегда четко определенного. Наши личности – эго – это и есть наши самые главные, коренные заблуждения. И, следовательно – личность, как бы её ни плющило – всегда можно просто взять и отставить в сторону. На это способен каждый человек.
***
Света шла по улице, вспоминала их прошлое – первое время счастья. Тогда ещё её возлюбленный был Рокки, а вовсе не Гаятри. Что с ними стало за эти годы? Ведь прошло, в общем-то, не так уж и много? И что с ними будет дальше?
Хотелось работать, чтобы всё было как прежде. Пусть он любит всех подряд и Анку, в частности. Пусть играет свои роли, пусть старается быть Гуру и Учителем, лишь бы он только взял себя в руки и не срывал занятий, не уезжал внезапно с тренингов, не оставлял её одну разбираться с разъярёнными недовольными личностями, которые орут на неё, а порой… угрожают посадить на три года за неизвестно что! Как недавно орала одна ментовская тётка. – Ходила на тренинг, как все, а оказалось – работала в милиции… и запросто могла натравить кого угодно. Мало им платить бандитам, так ещё придётся уворачиваться от милиции? И всё ей? Пока Гаятри, видите ли – выпадает в «самадхи»?!
И хоть кто-то помог бы? Так нет – все, как назло попрятались, и никто носа не кажет… Даже Кодын… и тот не может справиться с Гаятри. Верный друг детства?
А если вообще… – если он сойдёт с катушек окончательно? И что тогда со всеми ими будет? – Что будет с ней, его партнёршей от самого основания дела? – Столько лет она стояла рядом, столько вынесла от него оскорблений, и всё ради чего? Ради того, чтобы он сбежал в психушку? А её бросил посреди дороги? Мало он ей обязан?
В общем, что говорить… Света не находила себе места. И на Аньку, похоже, нечего было надеяться. Жалость к себе поднималась внутри жаркой волной и неумолимо затопляла… От отчаяния Светочка даже всплакнула, насморкав целых три бумажных салфетки.
А ведь как светло всё начиналось? Истина, Простота, Любовь…
Спустя немногим больше месяца Света узнала, что Анин покончила с собой, наглотавшись таблеток.
Часть девятая
Кодя и Рокки. После тренинга в Крыму
Кодеиныч был зол, как никогда. Его просто разрывало чувство неразрешимости ситуации, из которой он тщетно искал выхода. Много всякого пришлось пережить из-за своего школьного другана Рокки (или Рокмэна – как его ещё называли когда-то в классе). Все они были молоды, амбициозны, и играли какие-то роли: в основном, крутых парней, любимчиков девчонок, джентльменов… – да разве каждую упомнишь?
Сам Кодын особо не старался – не было у него каких-то великих талантов и излишних потуг ради признания личной особенности. Кодын знал о себе, что середнячок, и звёзд с неба не ждал. Другое дело Рокки – Рокмэн! Тот всегда был вне конкуренции! Всякие там идеи, вроде той, чтобы спрыгнуть с моста перед носом идущей баржи – это придумывалось на раз. И ведь шли они за ним – прыгали! Один чуть не утонул, откачивали уже на берегу. Но… снова и снова – ребята устремлялись за Рокки: то в ночной лес, то в заброшенный карьер – куда только не лезли их худые задницы вслед за дурными головами!
Неприятностей получали, шишек, но стоило ему позвать, и парни опять, словно заворожённые мыши под музыку волшебной флейты – шли за Рокменом стройными рядами!
Позже Рокки стал принимать наркотики, – тогда только его авторитет немного приутих. Потом дружище Рокмэна занесло на доморощенную студию сниматься в порнушках, – там он тоже не задержался слишком уж надолго. И вскоре загремел в психушку, то есть заработал нервный срыв или что-то наподобие того…
Когда вышел – стал генерировать идеи. А Кодеиныч, – это прозвище приклеилось тоже ещё со школьной скамьи, благодаря подростковому пристрастию к кодеину, – продолжал оставаться самым верным дружком, несмотря на остальных, постепенно отошедших от Рокки. Ну и, конечно – мутили они вдвоём.
То затеяли перепродавать цветы: покупать оптом, а потом развозить по нескольким магазинам или нанимать бабок-продавщиц. Бизнес не пошёл. Пробовали продавать девчонок – тоже ничего толкового не вышло, – мало того, что девчонки постоянно выкидывали всякие фортели (все же нервные!) – чего хорошего ожидать от пяти дур, когда они постоянно психуют? Но ко всему прочему, пришли с голыми черепами толстые дядьки и девок попросту увели. Иди за ними – гонись… или в милицию, типа… можно попробовать пожаловаться, ага? – Ясное дело: ни Кодеиныч, ни Рокки за дядьками не погнались. А поняли: чужая ниша не самое лучшее пристанище. И Рокки снова начал напрягать головушку, дабы изобрести нечто особое и «закрутить бизнес». – Помнится, они даже чуть было не попробовали торговать лесом, но это дело оказалось им не по зубам!
Короче, Кодеиныч знал Рокки как облупленного, когда однажды тот предложил «замутить новое дело». И поскольку Коде терять было абсолютно нечего – он, как всегда, поддержал начинание другана. И два соратника по партии Авантюрного Сюрреализма направились прямиком на тренинг: ставить нового Гуру на облачные рельсы, ведушие к золоту невидимого Духа.
Кодеиныч всегда поддерживал – незримо присутствовал за спиной Рокки. И постоянно вытаскивал его из очередной дыры, или вернее – жопы, оказываться в которых незадачливого дружбана тянул, видимо, сам дьявол! Чего стоило одно только «спрятаться» от коллег-конкурентов в несостоявшейся авантюре с лесом!
Но то, что на этот раз происходило с Рокки – выходило за рамки всего мыслимого и немыслимого! Кодеиныч просто сходил с ума, не представляя, как бы так повлиять
