ничего не сделал бы отцу, он его любил и уважал… Да и как он смог бы — я ведь говорю, он сущий мальчишка, хоть и выглядит взрослым!
Да, что-то тут явно не вязалось: похоже, Суркова права и Илья не причастен к случившемуся с Гагиным-старшим. Но где он тогда?
— Как думаете, Илью могли похитить?
— Илюшу? Похитить… зачем?!
— Ну, ваш работодатель был богатым человеком…
— Богатым? — удивилась домработница. — Да нет, вы ошибаетесь! Дмитрий Сергеевич, конечно, не бедствовал, но богачом его вряд ли можно было назвать!
Видимо, Линдт понятия не имела об элитной недвижимости, которую ее хозяин сдавал внаем. Квартира, где проживали Гагин с сыном, действительно не отличалась роскошной обстановкой, хоть и была достаточно просторной — похоже, покойный не желал афишировать реальный доход. Что ж, неудивительно, если он занимался темными делишками… Только вот какими?
— Скажите, Лидия Петровна, — продолжил после паузы Антон, — а гости Гагина, это были все одни и те же люди или разные?
— Некоторые приходили по несколько раз. Я думаю, это деловые партнеры Дмитрия Сергеевича. Иногда он и сам куда-то уходил, часто ездил в командировки, даже за границу.
— За границу? — насторожился Шеин. — А куда именно?
— Не знаю… один раз я видела билеты до… как же это — до Куала-Лумпура!
— Может, он отдыхать летал?
— На два дня? — с сомнением покачала головой домработница.
— Все его командировки были короткими?
— Не могу сказать, ведь я не каждый день приходила, но надолго Дмитрий Сергеевич не отлучался, ведь Илюшу нельзя оставлять без присмотра. Он, конечно, отлично может сам себя обслуживать, но ему требуется пригляд, как всем подросткам… Вы просто обязаны его найти, пропадет ведь парень!
— Не волнуйтесь, мы обязательно его отыщем, — пообещал Антон.
Его разочаровал разговор с домработницей: почему-то оперу казалось, что он должен прояснить дело, но на самом деле все только еще больше запуталось. Что за люди приходили к Гагину? А еще эти командировки… Очевидно одно: он явно проворачивал какие-то незаконные делишки, иначе зачем бы ему запираться в кабинете, чтобы ни домработница, ни даже сын не могли услышать его беседы с визитерами? Как и Суркова, Антон начинал испытывать азарт и непреодолимое желание докопаться до того, чем же все-таки занимался убиенный.
* * *
Белкин был явно расстроен: это было написано на его симпатичном, еще по-юношески пухлом лице. А ведь работа проделана немалая — и все зря!
— Я их всех обежал, Алла Гурьевна, а результата — с гулькин нос, — пожаловался он.
— Ничего, Александр, отрицательный результат тоже результат, ведь он позволяет отбросить ненужное, — постаралась подбодрить парня Алла, хотя и сама немного упала духом: честно говоря, она возлагала большие надежды на визитки, найденные у жертвы. — Расскажите, что удалось узнать, ладно?
— Да практически ничего, я же говорю, — развел руками молодой опер. — Почти никто из них не признается, что лично имел дело с Гагиным. Они утверждают, что визитные карточки ему не вручали, а получить их он мог где и когда угодно — к примеру, на какой-нибудь презентации, на выставке и так далее. Лишь двое сказали, что были знакомы с убитым — по работе.
— По какой работе? — навострилась Алла.
— Один из них занимается коммерческой недвижимостью, а другой — производством мебели. Первый, по его словам, давал Гагину советы по вложению денег в квадратные метры, а второй продавал ему обстановку для квартир под сдачу.
— Черт! — вырвалось у Аллы: это совершенно не проливало свет на то, что ей так хотелось узнать.
— Вот и я говорю, Алла Гурьевна, — вздохнул Белкин, качая головой. — Два дня коту под хвост!
— Не переживайте, Александр, со временем все выяснится, — сказала Алла, твердо веря в правоту собственных слов. — Зайдем с другого конца!
— С какого?
— Поищем Илью Гагина, а также тех, кому была выгодна смерть его отца.
— А ему самому разве не выгодна? — полюбопытствовал Белкин.
— Диагноз Гагина-младшего не предполагает изощренного убийства, с которым мы имеем дело. Наоборот, мне кажется, парень в опасности, и нам требуется найти его как можно скорее, пока он не пострадал!
— Думаете, убийца может охотиться и за ним?
— Пока не знаю, но вполне возможно — как вариант. В этом деле слишком много белых пятен! К сожалению, камер нет ни в подъезде, ни на соседних зданиях, поэтому мы не знаем, кто посещал квартиру Гагина незадолго до его гибели. Соседи тоже ничего подозрительного не видели и не слышали — что, собственно, неудивительно, так как, если верить отчету экспертов, смерть наступила около полуночи. Проблема в том, что в случае Гагина убийство и смерть произошли не одновременно!
— В смысле? — не понял Белкин.
— Ну вы же понимаете: для того, чтобы подменить ингаляторы или даже просто опустошить их, вовсе не обязательно присутствовать в квартире в момент самого преступления!
— То есть это могли сделать и неделю, и месяц назад?
— Да нет, не могли: Гагин быстро обнаружил бы отсутствие лекарства, полагаю, астматикам нужны ингаляции несколько раз в сутки. Я консультировалась с медиками: случаются обострения, когда необходимо принимать лекарство часто, а бывают периоды облегчения, когда больной может какое-то время не пользоваться ингалятором, однако временной промежуток не очень длительный.
— Ясно. Значит, нужно выяснить, кто приходил к Гагину накануне его гибели?
— Тут мог бы помочь Илья Гагин, но он, как мы знаем, бесследно исчез…
В этот момент зазвонил внутренний телефон. Алла сняла трубку.
— Алло!
Белкин видел, как на лице следователя появилось выражение легкого удивления.
— Что ж, пропустите его, — сказал она, выслушав дежурного.
— Вы кого-то вызывали? — поинтересовался Белкин. — Мне уйти?
— Нет-нет, Александр, останьтесь! — сделала знак рукой Алла. — В том-то и дело, что я никого не приглашала, но некий гражданин очень хочет со мной встретиться по поводу Гагина!
Алла по опыту знала, что порой такие вот неожиданные визиты здорово помогают следствию: кто-то что-то видел, слышал или о чем-то догадывается и, не поленившись, приходит к следователю. Часто это происходит тогда, когда расследование оказывается в тупике и
