Из дыры, которую прикрывала карта-схема, потянуло горелым, запах этот не казался им неприятным. Эдди подумал, что так пахнут листья, которые сжигали в Нью-Йорке каждый октябрь. Черная дыра теперь походила на глазницу в черепе. Все лампочки в ней потухли.
Твой гусь спекся, Блейн, подумал Эдди, и индейка изжарилась. Счастливый гребаный День поминовения.
5
Перестало скрипеть и под полом. Впереди что-то грохнуло, а потом все стихло и там. Роланд почувствовал, как его мягко потащило вперед, и уперся в стену свободной рукой, чтобы не потерять равновесия. Тело поняло, что происходит, раньше головы: двигатели Блейна сдохли. И теперь они просто скользили по рельсу. Но…
— Назад, — распорядился Роланд. — К самой стене. Мы катимся по инерции. Если конечная точка маршрута близко, столкновения все равно не избежать.
— И держитесь подальше от этой штуковины. — Роланд указал на музыкальный инструмент, некую помесь рояля и клавесина. Инструмент стоял на низкой платформе. — Он может сползти с нее. Господи, как бы я хотел посмотреть, где мы находимся. Ложитесь на пол. Прикройте руками головы.
Они подчинились. Роланд сделал то же самое. Лежал, уперевшись подбородком в роскошный синий ковер, закрыв глаза, думая о происшедшем.
— Извини меня, Эдди, — нарушил он тишину. — Вот как поворачивается колесо ка. Однажды мне пришлось просить о том же моего друга Катберта… и по той же причине. Ну почему я такой слепец? Высокомерный слепец!
— Извиняться тебе не за что. — Чувствовалось, что Эдди неловко.
— Есть. Я с пренебрежением воспринимал твои шутки. Но именно они спасли наши жизни. Извини меня. Я забыл лицо моего отца.
— Тебе не за что извиняться и ничьего лица ты не забывал, — возразил Эдди. — Против своей природы не попрешь, Роланд.
Стрелок обдумал последнюю фразу Эдди, и ему открылось нечто восхитительное и ужасное одновременно: а ведь такая мысль никогда не приходила ему в голову. Ни разу за всю его жизнь. В том, что он пленник ка… об этом он знал с раннего детства. Но вот насчет своей природы… своего естества…
— Спасибо, тебе, Эдди. Я думаю…
Прежде чем Роланд успел сказать, о чем он думал, Блейн Моно прибыл на свою последнюю стоянку. Всех бросило вперед по центральному проходу «баронского» салона. Ыш затявкал. Роланд плечом ударился о перегородку. Несмотря на толстую обивку, удар был так силен, что плечо сразу онемело. Люстру качнуло вперед и ударило о потолок. Их осыпало хрустальными осколками. Джейк откатился в сторону, вовремя освободив люстре место для приземления. Клавесин-рояль кинуло с возвышения. Он ударился о диван, перевернулся и застыл, издав долгий стон: б-р-р-р-а-н-н-н-г-г-г. Вагон перекосило вправо, и стрелок приготовился к прыжку, чтобы прикрыть своим телом Сюзанну и Джейка, если вагон перевернется. Но он вернулся в прежнее положение, пол покачался из стороны в сторону и остановился. Путешествие закончилось. Стрелок приподнялся. Плеча он еще не чувствовал, но рука действовала — добрый знак. Слева Джейк уже сел и стряхивал с брюк осколки хрусталя. Справа Сюзанна пыталась остановить кровь, текущую из пореза под левым глазом Эдди.
— Приехали. — объявил Роланд. — Кто ра…
Над их головами громыхнуло, напомнив Роланду взрывы шутих, которые Катберт и Алан бросали в канавы, а то и выгребные ямы аккурат в тот момент, когда в туалете кто-то справлял большую нужду. Однажды Катберт стрелял шутихами из рогатки. Только на этот раз они имели дело не с детскими шалостями.
Сюзанна вскрикнула, скорее от изумления, чем от страха, подумал Роланд… а потом они увидели дневной свет. Какое счастье. И свежий воздух потек к ним через взорванный люк аварийного выхода. Еще лучше. Воздух пах дождем и влажной землей.
Что-то стукнуло, и из паза вывалилась лестница со ступеньками-кольцами из скрученной стальной проволоки.
— Сперва бросаются в тебя люстрами, потом указывают на дверь. — Эдди. пошатываясь, встал, потом помог подняться Сюзанне. — Если от меня хотят отделаться, я это сразу чувствую. Что ж, зажужжим, как пчелки, и упорхнем.
— Это по мне, — Сюзанна вновь потянулась к порезу под левым глазом Эдди. Он взял ее за руку, поцеловал пальцы и предложил не суетиться понапрасну.
— Джейк? — спросил стрелок. — Как ты?
— Нормально. — отозвался Джейк. — А ты, Ыш?
— Ыш!
— Похоже, и у него все нормально. — Он поднял прокушенную руку, печально посмотрел на нее.
— Опять болит? — спросил стрелок.
— Да. Блейновы примочки больше не действуют. Ну и черт с ними… так хорошо остаться в живых.
— Да. Жизнь хороша. Как и астин. Есть он у тебя?
— Ты про аспирин?
Роланд кивнул. Магическое лекарство из мира Джейка, название которого он никак не мог произнести правильно.
— Девять из десяти врачей рекомендуют анацин, милый, — вставила Сюзанна, а когда Джейк вопросительно посмотрел на нее, добавила: — Наверное, в твоем времени им уже не пользуются, так? Ну и ладно. Мы-то здесь, сладенький мой, целые и невредимые, а это главное.
Она обняла Джейка, поцеловала его в лоб, нос, потом в губы. Джейк засмеялся и покраснел. — Это главное, и сейчас мы можем забыть обо всем остальном.
6
— Первая помощь подождет. — Эдди обнял Джейка за плечи и повел к лестнице. — Сможешь забраться?
— Да. Но я не смогу взять Ыша. Роланд, возьмешь его?
— Да. — Роланд подхватил Ыша и засунул за пазуху, как и в тот раз, когда спускался в подземелье, преследуя Джейка и Гашера. Ыш таращился на Джейка блестящими, с золотистыми ободками глазами. — Поднимайся.
Джейк полез первым. Роланд следовал за ним, так близко, что Ыш, вытянув длинную шею, мог обнюхивать пятки мальчика.
— Сюз? — спросил Эдди. — Тебя подсадить?
— Чтобы ты облапал мой аккуратненький зад? Ничего не выйдет, белый красавчик! — Сюзанна подмигнула ему и начала взбираться по лестнице. Подтягиваясь на мускулистых руках, опираясь о кольца культяшками ног. Поднималась она быстро, но не настолько быстро, чтобы Эдди не успел протянуть руку и ущипнуть за одно мягкое местечко. — О, моя непорочность! — вскрикнула Сюзанна, засмеялась и закатила глаза. А потом исчезла в люке.
Эдди остался один. Оглядел роскошный салон, который мог стать гробом для их ка-тета.
Тебе это удалось, парень, раздался голос Генри. Удалось загнать дьявола в его костер. Помнишь, что я говорил этим недоумкам в проулке за «Дали»? Джимми Полио и остальным? И как они смеялись. Но тебе это удалось. Ты отправил его домой с пером в заднице.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
