и проверил показания приборов. Через некоторое время он заметил, что свет красной лампочки тускнеет, до него через наушники шлема донесся свист, сначала слабый, но постепенно усиливающийся. Его скафандр утратил свою твердость.
Через некоторое время кто-то тронул его за плечо. Обернувшись, он увидел бледного человека с откинутым шлемом.
— Пробоина заделана, сэр,— доложил он.— Я — Ордовья.
Донал расстегнул шлем и откинул его назад, с наслаждением вдыхая воздух.
— Посмотрите, что с первым офицером,— приказал он.— Вызовите медика.
— Медик погиб. Но есть установка для замораживания.
— Тогда заморозьте ее и пусть все вернутся на свои посты. Через пятнадцать минут мы открываем огонь.
Ордовья вышел. Донал вновь повернулся к контрольному щиту, осторожно управляя ЦЧЖ и принимая все меры к безопасности корабля... В принципе он знал, как управлять кораблем, но никто лучше его не понимал, как далеко ему до настоящего пилота или капитана.
Он напоминал человека, получившего полдюжины уроков верховой езды: он знает, что нужно делать, но ничего не делает автоматически. Там, где Андерсену достаточно было бросить взгляд и немедленно начать действовать, Доналу приходилось прочитывать показания всех приборов и осмысливать их, прежде чем принимать решения.
Потому они очень поздно подошли к границе атмосферы Ориенте. Но еще не все десантные группы противника приземлились. Донал поискал на щите кнопку противопехотных устройств и нажал ее.
Донал отыскал Ллудрова в его личной каюте, которая была немного больше каюты самого Донала на ЦЧЖ.
— Хорошо,— сказал Ллудров, вставая из-за стола навстречу Доналу. Он подождал, пока выйдет провожатый, и протянул Доналу темную руку.— Как ваш корабль добрался сюда?— спросил он.
— Своим ходом,— ответил Донал.— Удар пришелся на контрольную рубку. Все офицеры убиты.
— Все офицеры?— Ллудров пристально посмотрел на него.— Вы?..
— Я принял командование на себя. Но ничего особенного делать не пришлось. Мы лишь использовали противопехотные установки.
— Дело не в этом,— сказал Ллудров.— Значит, заключительной части сражения вы исполнили обязанности капитана?
— Да.
— Отлично. Это лучше, чем я надеялся. А теперь,— сказал Ллудров,— поговорим вот о чем. Готовы ли вы подставить себя под удар?
— Я готов попробовать,— ответил Донал.
Он посмотрел на маленького, почти уродливого командира Патруля и понял, что тот нравится ему. Покинув Дорсай, он уже начал отвыкать от подобной прямоты.
— Хорошо, если вы согласны, я тоже подставлю себя под удар.— Ллудров взглянул на дверь каюты, она была плотно закрыта.— Я нарушил распоряжение службы безопасности и отправлю вас в экспедицию вопреки приказанию Штаба.
— Службы безопасности?— повторил Донал, чувствуя неприятный холодок за плечами.
— Да, мы теперь знаем, что скрывается за этой высадкой Нептуна-Кассиды на Ориенте... Вы знаете Ориенте?
— Изучал, конечно,— сказал Донал,— еще в школе и частично, когда прибыл из Фриленда. Температура около 78 градусов, скалы, пустыни и нечто вроде джунглей кактусов. Нет больших водных поверхностей, в атмосфере слишком много двуокиси углерода.
— Верно,— сказал Ллудров.— Они высадили там десант, и мы не можем уничтожить его. Мы думали, что это всего лишь жизненное управление и ожидали, что они через несколько дней или недель уберутся. Мы ошиблись.
— Ошиблись?
— Мы раскрыли причину их высадки на эту планету. Это совсем не то, что мы думали.
— Но ведь прошло всего четыре часа с момента высадки. Что можно было узнать за это время?
— Они использовали это время — и результат налицо. При помощи излучения нового вида они производят взрывы из множества излучателей, быстро перемещаются и снова взрывают. А взрывы их затрагивают Сириус. Мы отметили увеличение солнечной активности.— Он замолчал и посмотрел на Донала, как бы ожидая его комментария.
Донал обдумывал положение.
— Погодные изменения?— спросил он, наконец.
— Вот именно,— энергично ответил Ллудров, как будто Донал был учеником, неожиданно ответившим верно.— Метеорологи считают, что это серьезная угроза. И мы уже знаем их цену за устранение этой угрозы. Они требуют изменения торговых отношений с Новой Землей.
Донал кивнул. Он не удивился, что между воюющими планетами поддерживаются торговые отношения. Это было нормальной формой межзвездного существования. А приливы и отливы специалистов на договорных базах были кровообращением цивилизации. Планета, которая попыталась бы обходиться своими силами, была бы брошена на много лет назад и в конце колцов вынуждена была бы покупать специалистов по убийственным ценам. Развитие означало торговлю специалистами, а это означало контракты. И каждая планета старалась для себя добиться наилучших условий.
— Они требуют свободной торговли и большого комиссионного вознаграждения,— сказал Ллудров.
Донал пристально посмотрел на него. Открытая торговля контрактами помимо воли людей была начата около пятидесяти лет назад. Она означала спекуляцию человеческими жизнями. Она уничтожала остатки независимости и безопасности индивидуума и приравнивала его к домашнему скоту или скобяному товару, который можно было продать любому, кто больше заплатит. Дорсай вместе с Экзотикой, Марой и
Культисом всегда боролись против такой торговли. Однако для таких планет, как Нептун и Кассида, входивших в венерианскую группу, а отчасти для Френдлиз и Коби, свободная торговля была бы удобным орудием в руках правящих группировок, для миров же типа Фриленда она была бы ударом.
— Понятно,— сказал Донал.
— У нас три возможности,— сказал Ллудров.— Во-первых, принять их условия, во-вторых, страдать от изменений погоды, пока не удастся собрать силы и изгнать их с Ориенте. Или же, наконец, заплатить каким-то количеством жизней, но попытаться немедленно освободить Ориенте. Мое мнение: начинать игру. Это, конечно, мое мнение, а вовсе не Штаба. Они вообще ничего не знают об этом замысле. И не узнают пока. Вы согласны осуществить свой замысел атаки Нептуна?
— С удовольствием,— быстро ответил Донал, глаза его засверкали.
— Приберегите свой энтузиазм, пока не дослушали до конца,— сухо сказал Ллудров.— Нептун постоянно стерегут 90 кораблей первого класса, я же смогу дать вам лишь пять.
КОМАНДИР ПАТРУЛЬНОГО ОТРЯДА-I
— Пять,— сказал Донал. Он почувствовал холодок на спине. После первого разговора с Ллудровым он более тщательно обдумывал предполагаемую экспедицию. Его план был рассчитан на компактный небольшой флот из 30 кораблей первого класса, построенных треугольником и разбитых на три отряда по десять кораблей в каждом.
— Как вы понимаете,— объяснил Ллудров,— это совсем не все корабли, которыми я располагаю, даже с учетом потерь у меня более 70 кораблей в Голубом Патруле. Но я даю лишь те корабли, с капитанами которых у меня лично хорошие отношения, которые вызвались добровольцами по моему слову и не испугались наказания
