пистолет и попробовал прицелиться — метка сдвинулась. Каким-то образом устройство вычисляло, куда я целюсь, скорее всего, ещё придётся пристрелять оружие. По большей части мне это не нужно, но, если враг спрячется за укрытием и датчики смогут его «увидеть», поможет, чтобы не целиться на звук.
— Не стреляй здесь, — попросила девушка.
— Как тебя зовут? — спросил, убирая оружие.
Осторожно стянул с себя шлем вместе с очками, сложил всё в сумку и повесил на плечо. Паучиха так и не назвала своё имя, кажется, вообще ушла в себя. Копалась в вещах, начала собирать что-то из нижних ящиков. Вздохнула, спросила:
— Что собрался делать?
— Ты же сама сказала, что мне нужны деньги, — пожал плечами, — Не поможешь?
— Пф-ф-ф! Мне хватает проблем, — фыркнула девушка, поправляя волосы.
— А если я скажу, что это Чёрный? — закинул удочку.
Она извлекла откуда-то из кармана комбинезона пачку сигарет, вытащила одну губами. В руке оказался лазерный паяльник, затянулась. Я никогда не курил, но смотря на то, как она вдыхает, жутко захотелось попробовать. И только сейчас пришла мысль — возможно, вместе с чужими знаниями и опытом мне досталось и что-то ещё, например, зависимость?
— Не боишься мне рассказывать? — клуб дыма полетел к потолку.
— Почему бы и нет, есть же шанс, что ты и здесь поможешь, — пожал плечами.
— Нет шанса, Куга, я уезжаю, навсегда, — она снова затянулась, добавила тихо-тихо и мечтательно: — Наконец-то навсегда…
Паучиха забралась на одну из тумбочек, вытянула ноги в высоких ботинках и положила их на большую сумку. Я молчал, ожидая, чтобы меня или прогнали, или обнадёжили.
— Ты будто смерти ищешь, — наконец-то сказала девушка.
— Может, и так, — вздохнул, развернулся и пошёл к выходу, кинув за спину: — Спасибо.
Когда уже почти переступил порог, мне на плечо легла её ладонь. Пришлось немного себя сдержать, иначе на рефлексах мог схватить и вывернуть ей конечность.
— Стой, ты же решил себе имплант ставить, значит, нужна «Симба», — сказала, когда я повернулся.
— У тебя есть? — вскинул брови.
— У нас одна группа крови, — пояснила паучиха, — Подожди.
Она снова покопалась в сумке, вытащила на свет многоразовый инъектор. Выудила откуда-то полупустой картридж и вставила. Половина ёмкости заполнена адаптивным раствором. Это достаточно дорогая штука, специально для того, чтобы «Симба» прижилась. Паучиха прислонила дуло к сгибу своей руки, там, где должна быть вена. Загорелась красная лампочка, девушка немного поискала нужное положение и, когда появился зелёный огонёк, нажала на кнопку. Устройство издало тихий шипящий звук, ёмкость начала заполняться красной жидкостью. Через секунду осторожно убрала инъектор и резко встряхнула, подошла ко мне:
— Давай.
Закатал рукав и подставил руку, теперь всё повторилось, только уже со мной. Она убрала инъектор, устройство капнуло немного медицинского клея на небольшую рану.
— Температура сегодня будет, но за день должно пройти, — пояснила она, отходя в сторону, провела ладонью по лицу, будто смахивая с себя что-то: — Иди и прощай, Куга, береги себя.
Кивнул и двинулся на выход, особо не переживая о том, что она мне ввела. Смертнику уже плевать, а та же «Симба» должна перед имплантацией пробыть в организме хотя бы тридцать часов. Без бактерий симбионтов, к сожалению, ни один биоимплант или любой протез не приживётся, всегда будет отторжение. Синтетические бактерии — своего рода проводник для связи между нейрошунтом и другими имплантами в организме.
Обошёл дом с другой стороны, пытаясь снова увидеть слежку, но всё оказалось чисто. Вернулся туда, где недавно встретил парнишку-торговца, сейчас недалеко от него у стены появилась пара новых ребят. Подошёл и вопросительно глянул на малого — это ведь с ним мы договаривались. Он кивнул на одного из своих друзей.
— Принесли? — спросил незнакомца.
— Дядя, не боишься? — ухмыльнулся здоровяк.
Он стоял в майке, мышцы у него оказались что надо — аж бугрились. То ли какая-то дрянь химическая, то ли и правда занимается. Второй внимательно следил за мной, кажется, у него за спиной оружие. Во всяком случае, правая рука находилась именно там.
Моя ладонь метнулась к пистолету, оружие уже через секунду выстрелило пару раз в стенку рядом с головами ребят. Последний наконец-то достал древний револьвер и получил по руке, его игрушка упала на асфальт.
— Не боюсь, — сказал я ошарашенным ребятам, держа на прицеле раскачанного: — Принесли?
— На, две штуки.
Он протянул мне чёрный пакет, надо отдать должное парню, он постарался сохранить самообладание. Я убрал оружие и достал деньги, отсчитал две тысячи и сунул ему. Он всё пересчитал и уставился на меня.
Я открыл пакет и внимательно рассмотрел ампулы. В двух совсем прозрачная жидкость, в одной мутноватая, в четвёртой — чёрного цвета. Кивнул им, развернулся и пошёл к дому.
Теперь у меня было всё, чтобы попробовать осуществить задуманное.
Глава — 7
Никакой температуры так и не случилось. Это было для меня сюрпризом — чужие знания говорили, что «Симба» так быстро не приживается. Так что или мой организм убил все бактерии, или симбионты почему-то сделали всё быстрее, чем должны были. Будет жаль, если первое, тогда придётся у китайцев ещё и по новой закупаться этим препаратом.
Смешать вещества, что купил на улице, проблем не составило. Я знал пропорции, знал, как проверить то, что получится. Попробовал каплю каждой жидкости на вкус, словно делал это очень часто.
Заметил, что не знаю всё и сразу, а начинаю вспоминать, когда чем-то занимаюсь или о чём-то думаю. И каждый раз это даётся всё легче. Правда, боль из головы никуда не ушла, приходится продолжать глотать обезболивающие, чтобы хоть как-то её притупить.
Заправил авто-доктор армейской куртки сначала обычной водой и проверил, что всё работает. Гибкая игла выплёскивала из себя жидкость по команде через нейрошунт. Просушил и тогда уже залил приготовленный стимулятор и обезболивающие. Проверил бронежилет, он отлично сидел на куртке — судя по штампам времени, обе вещи принадлежали к одному периоду.
Пришла пора подсчёта боеприпасов. В общей сложности осталось шестьдесят три патрона. Зря я решил покрасоваться перед ребятами, у которых покупал вещества, ничего бы они мне не сделали. Но то, что случилось, немного меня успокоило. Такое мог сделать только я — обычный человек, всю жизнь проработавший за станком и ничего из себя не представляющий. Профессионалы, чью память в меня загрузили, так никогда бы не поступили. Такие не стали бы бравировать и кому-то что-то доказывать.
Так что я даже был рад выяснить, что я — это всё ещё я.
Гранат, как и было — три штуки, все обычные, осколочные.
